Анна Лэсс
Повязанные клятвой

Пролог.

Серые грязные стены, с которых тут и там осыпалась штукатурка, и облезший потолок усеянный обвалившимися кирпичами, создавали удручающую картину. Посреди этого помещения стояли стол и стул, к последнему была привязана девушка.

Больше грязной пыточной нечем было похвастаться. Время от времени тишину нарушал звук капающей с потолка воды, а гнетущая атмосфера наводила на мысль, что эта комната будет последним прибежищем для блондинистой девушки.

За дверью постоянно раздавались шаги мужчин, охраняющих ее, и если большинство проходило мимо, то сейчас послышался топот, спешивший ко входу в ее темницу.

Две недели. Ровно столько она провела в этой захудалой комнатке, время суток можно было узнать только благодаря маленькому окошку под потолком - сейчас на улице было темно, а значит был либо вечер, либо ночь.

Замки лязгнули так, будто дверь готова была сорваться с петель в любую секунду и убить входящего, но она только открылась и пропустила в комнату мужчину. Черные брюки и рубашка облегали его тело, кобура висела на груди, все его нутро так и кричало «это моя территория и я здесь главный», но на деле он был всего лишь будущим паханом братвы, если, конечно, доживет до этого момента. К сожалению, многие не доживали даже до своих наследников.

- Здравствуй, красавица. Давно не виделись.

Отвращение отразилось на лице девушки, как только она услышала прозвище данное ей в этом захудалом месте.

- Знаешь, этого всего можно было бы избежать, держи твой отец свое слово. - Волчий оскал озарил его лицо, он упивался происходящим, возвышал себя в глазах девушки и своих людей, которые с интересом наблюдали за происходящим в Братве последние недели.

Подняв на него голову, оно смогла прохрипеть только:

- Этого всего можно было бы избежать, не будь ты таким мудаком.

Мужчина сделал несколько шагов вперед, остановившись перед ней, и уже в следующую секунду его кулак встретился с её лицом. Резкая боль пронзила челюсть девушки и она откинула голову назад.

– Рикардо обещал мне прекрасный цветок, лучший, который есть в вашем паршивом синдикате. Хотел укрепить связи, потому что ему стало необходимо наше оружие, но, вот незадача: он решил, что может взять свои слова обратно. Разве так поступает человек чести?

- Ты тоже не являешься человеком чести, Александр. Иначе меня бы здесь не было. - Очередной удар приходится на живот девушки, от чего она заваливается вперед на собственные колени, пытаясь вдохнуть и выдохнуть. - Черт.

Подойдя к столу и взяв с него нож, он снова двинулся к девушке, которая уже подготовилась к худшему, когда мужчина резко схватил её футболку и сделал надрез, после чего рванул ткань в разные стороны.

- Значит, дальше будет веселее, Алессия. Я возьму все, что мне причиталось и даже больше. Никто не захочет тебя после этого, красавица.

Русские слова звучали как плевок в душу для того, кто вырос в итальянской мафии и всю жизнь избегал Братвы, как чумы. Каждого солдата, девушку, наследника воспитывали с ненавистью к другим мафиям.

Триада, Братва, Каморра, Братертсво. Каждого из них можно было записать во враги Коза-Ностры.

- Ты всего лишь грязная итальянская шлюха, которая выступает разменной монетой.

- Тогда зачем я тебе, раз являюсь всего лишь грязной итальянской шлюхой? Неужели хочешь запачкаться об меня?

Нож проходит по коже в районе ребер, оставляя после себя порез из которого сразу же начинает капать кровь.

- Ты уже проиграла.