ЕЛЕНА РАЗЕПИНА
Рассказы о животных

Дикая тайга

Тайга дышала так глубоко, будто под мхом и корнями у неё было огромное сердце.

Над кедрами висел туман. Он цеплялся за верхушки лиственниц, стекал в распадки, ложился серебристой пылью на бурелом. Где-то далеко перекликались кедровки, трещал лёд на ручье, а в чаще, мягко переставляя лапы, шла тигрица.

Её звали не люди, а сама тайга: Рыжая Мать.

У неё было трое тигрят. Два самца и маленькая самочка с белым пятном на лбу, похожим на снежинку. Тигрица вела их к старому логову под выворотнем, где сухие корни образовывали низкую пещеру. Там пахло хвоей, землёй и безопасностью.

Тигрята играли, спотыкались, кусали друг друга за уши. Рыжая Мать останавливалась, прислушивалась к лесу и тихо ворчала, возвращая малышей к себе.

В этот день тайга звучала неправильно.

Не было ветра, но ветки дрожали. Не было грозы, но где-то в глубине леса глухо перекатывался низкий рокот. Старый кедр у ручья сбросил шишку прямо перед тигрицей, словно предупреждая.

Она подняла голову.

Запах людей.

Не тех людей, что ходят осторожно и уходят засветло. Эти пахли железом, гарью, водкой и злой радостью.

Тигрица подтолкнула тигрят к логову. Малыши не понимали опасности. Самый крупный, полосатый как обгоревшая трава, хотел вернуться к ручью, но мать ударила его лапой по боку — не больно, строго.