Андрей Ефанов
Джульетта и Марк

Глава 1.

Марк остался. Это решение не было прописано ни в одном его жизненном алгоритме. Классический продукт Садового кольца, человек, чья квартира в Хамовниках напоминала операционную, где влажность поддерживалась с точностью до процента, теперь жил в мансарде, которая пахла старым деревом, оливковым маслом и неизбежностью дождя.

Утро начиналось не с будильника и не с отчета о фазах сна. Утро начиналось с того, что Джульетта выливала ему на живот стакан ледяной воды.

— Сон — это баг, — сообщала она, уже стоя на подоконнике в позе цапли. — А день уже скомпилирован. Вставай, Ромео, у нас дедлайн по восходу солнца.

Марк пытался работать. Он пытался сохранить остатки своей идентичности. Он лежал на полу мансарды, потому что единственный стол занимали ее тюбики с краской, и пытался рендерить визуализацию жилого комплекса в Хамовниках. Но стеклянные башни на экране его макбука казались картонными муляжами.

Тимлид нашел его через почту Джульетты.

[08:15] Тимлид: «Марк. Я знаю, что ты там. Сеть спит, но голуби летают. Клиент готов утроить бюджет. Секретный проект. Нейросеть, предсказывающая человеческие желания. Ты нужен здесь. Шесть нулей. До налогов».

Марк закрыл крышку ноутбука. Звук замка прозвучал как раскат грома. Он вышел на пожарный балкон, прилепленный к стене над самой водой. Джульетта сидела на ржавых перилах, свесив босые ноги, и рисовала углем тень от кипариса на древней кладке. Солнце золотило ее выгоревшие волосы.

Марк посмотрел на свой макбук, потом на нее. Он попытался вспомнить пароль от своего основного банковского приложения. И не смог. Ему было все равно.

Глава 2.

В Херцег-Нови нельзя просто появиться. Город старый интроверт, он не любит суеты. Но Аркадий Вениаминович, отец Марка, пренебрег правилами антиматрицы. Он прилетел на частном гидроплане, который сел на воду бухты с оглушительным ревом турбин, распугав всех чаек и половину пенсионеров на променаде.

— Я спасать тебя, — бросил он ошалевшему Марку на пирсе, ступая на бетон в идеальных кожаных туфлях.

Аркадий Вениаминович был физиком-ядерщиком. Человеком, который верил, что если явление нельзя измерить вольтметром или взвесить на аналитических весах, его не существует. Он приехал изымать сына из деструктивного культа босоногих.

Вместо лохматой сектантки он нашел Джульетту в саду под инжировым деревом. На ней был надет его, Марка, дорогой смарт-костюм, обрезанный ножницами до состояния шорт. Волосы она стянула в пучок кабелем от старого зарядного устройства «Юго». Джульетта стояла на стремянке и методично срезала секатором недозрелые плоды.

— Какова вероятность распада вашего союза в ближайшие полгода? — сухо спросил Аркадий Вениаминович, глядя поверх очков для чтения.

Джульетта даже не повернула головы. Она выбрала самый спелый инжир, прицелилась и метнула его в голову физика. Плод с влажным шлепком разбился о седую макушку, оставив на лысине россыпь рубиновых зерен.

— Нулевая, — спокойно ответила она, срезая следующий инжир. — И у меня нескончаемый запас инжира. К тому же, Аркадий, вы испортили мне тень. Вы загораживаете солнце своим скепсисом.

Отец Марка стер с лица липкую мякоть. Впервые за двадцать лет преподавания в МФТИ его законы физики дали сбой.

Глава 3.

Неожиданность вошла в марину на огромной, неприлично дорогой яхте цвета слоновой кости. Яхта называлась «Сирена» и принадлежала Луке — бывшему Джульетты. Местная легенда, контрабандист с официальной лицензией на перевозку устриц, обаятельный пират Адриатики, от которого пахло дизелем, солью и свободой. Он до сих пор считал Джульетту своей территорией.

Лука нашел Марка на набережной, где тот пытался купить воду, тыча в кнопочный терминал евро.

— Ты кто? — Лука навис над Марком, заслоняя собой солнце. Марк, привыкший смотреть в мониторы, чувствовал себя перед ним системным блоком в присутствии кувалды.

— Я архитектор баз данных, — произнёс Марк.

— Бедняга, — совершенно искренне посочувствовал Лука. — Она рисует на тебе рыбу?

Марк рефлекторно поправил штанину, на которой до сих пор проступал желтый контур карпа, дорисованного маркером.

— Тогда ты пропал, — Лука хлопнул его по плечу так, что у Марка щелкнули шейные позвонки. — Но по правилам Херцег-Нови, если ты пережил с ней лимонную атаку и остался, ты имеешь право на дуэль.

— Какую? — похолодел Марк, представляя перестрелку на смарт-часах.

— Кто быстрее починит мою помпу охлаждения. Она греется. Иди за мной.

Глава 4.

Марк спустился в машинное отделение «Сирены». Это был филиал ада. Плюс сорок пять градусов, запах нагретого металла, солярки и мазута. Для человека, чей организм впадал в анабиоз при плюс двадцати трех, это был физический шок.

Марк ничего не понимал в железе. Но Марк понимал системы.

Он не стал чинить помпу. Зачем чинить сломанный паттерн? Он достал из кармана (он все еще носил рубашки с карманами для ручек) салфетку и начал чертить. Он перекраивал всю схему охлаждения яхты, используя законы гидродинамики, которые впитал с молоком матери-физика. Он рассчитал новые изгибы труб, минимизируя сопротивление.

Лука смотрел на перепачканного сажей парня, который объяснял ему про турбулентность потока, используя в качестве указки гаечный ключ на семнадцать.

Через три часа мотор сыто заурчал. Лука потрогал трубы.

— Холодные, — удивился он. — Ты странный, Ромео. Ты видишь структуру. Джульетта всегда любила структуру, просто прятала это за босыми ногами и авоськами с лимонами. Защищай ее. Она слишком легкая. Ее может унести ветром.

Глава 5.

Джульетта была в ярости. Это была не истерика с разбитыми тарелками. Это было холодное, белое пламя. Она нашла Марка в «Чуче» — старой австро-венгерской прачечной, где он теперь обустроил себе кабинет с видом на воду, притащив туда кусок фанеры вместо стола.

— Ты починил лодку Луки?! — прошипела она, уперев руки в бока.

— Я применил научный подход! — защищался Марк. — Снижено гидродинамическое сопротивление!