Алексей Зенюк
Колыбельная для солнышек

Глава

Время для неё утратило привычную линейную форму. Оно больше не текло размеренной рекой от утра к вечеру, а превратилось в густой, вязкий кисель, который она безуспешно пыталась процеживать сквозь сито памяти. Сколько часов или дней минуло с того момента, как мир за окном перестал иметь значение?

Что случилось , она так и не поняла. Мгновение назад она была единым целым со своими малышами—словно ценнтр их маленькой вселенной, который пульсировал в такт их дыханию. А затем реальность треснула. Резкий сквозняк мазнул по усам. Она лежала, вытянувшись насколько позволяли борта коробки. И кормила пищащих котят.

Совершенно беспомощные, слепые комочки жизни. Их глаза всё ещё были туго спаяны бледной кожицей век, но они уже чувствовали её. Чувствовали тепло, родной запах и вибрацию шагов задолго до того, как она переступала порог комнаты.

Едва учуяв её приближение, пятеро крошечных гладиаторов бросались в бой. Так отчаянно борются за место у её живота, пытаясь яростно оттолкнуть друг друга слепыми мордочками и передними лапками от её живота. Это был первобытный танец выживания. Тот, кто родился чуть крупнее старался оттеснить соседа вбок; тот, кто проворнее, ныряет под теплый бок, чтобы первым ухватить розовый сосок.