Селена Гримм
Тихий дом

Пролог

Река не замерзала даже в январе.

Марк помнил это с детства — странную, неестественную теплоту воды, которая не подчинялась законам зимы. Отец говорил: «Там внизу что-то есть. Что-то горячее». Мать молчала. Она всегда молчала, когда отец говорил что-то подобное. Но однажды, когда ему было шесть, Марк проснулся ночью от того, что она стояла в его комнате — в темноте, босиком, в ночной рубашке — и смотрела в окно, выходящее на реку. Он спросил: «Мама, что там?» Она не обернулась. Сказала тихо, почти неслышно:

— Там никто не спит. Никогда.

Он не понял тогда. Он понял сейчас.

Он приехал в Литтлфорд три дня назад. Похоронил мать в среду — закрытый гроб, потому что рак съел её лицо, и работник морга сказал: «Так будет лучше». Сегодня — суббота. Он должен был уже уехать. Сказал себе: разберу дом, продам, забуду. Как забыл всё остальное. Как научился забывать. Но не уехал.