Мария Соколова
Сквозь лед

Глава 1

В глубинах чёрного и бесконечного пространства корабль клана Малах’вей («Кровавый Восход») возвращался с очередной успешной охоты. Помимо трофеев, они выполняли поручение старейшин. Не потеряв ни одного охотника, они взяли живьём королеву улья — матку Каинд-Амедах. Вырванная из своего царства, теперь она покоилась в недрах корабля, погружённая в криосон. Она должна была обеспечить охотникам множество славных охот для молодой крови. Они возвращались на Атолл, где оставят ценный груз и наберут новых воинов, чтобы расширить и укрепить клан. Хотя сейчас их новый вожак Цвеин’де не очень рассчитывал на то, что под его копьём окажутся достойные воины. С тех пор как бывший вожак, великий Вормур, взял в клан умана, статус Малах’вей существенно упал в глазах собратьев. Теперь клан вызывал интерес не столько количеством и статусом трофеев, сколько своим необычным членом экипажа. Всех интересовало, как выживает малявка среди охотников. Подогревало интерес ещё и то, что уман оказался самкой. Это породило лавину сплетен, в том числе носивших откровенно оскорбительный характер. Больше всего это выводило Цвеин’де из себя. На одном из Атоллов он сцепился с охотником, статусом ниже. Тот позволил себе заявить, что погибший великий Вормур исполнил с уманом брачный обряд инициации, а затем передал необычный трофей в пользование новому вожаку. Обычно выдержанный Цвеин’де потерял над собой контроль и заставил охотника заплатить жизнью за свои слова. Но это лишь породило ещё больше сплетен. Да, решение Вормура было спорным. Цвеин’де, тогда ещё первый помощник, пытался его отговорить.

— Не место уману среди охотников, — говорил он.

Но Вормур, старый упрямый вожак, остался непреклонен. На склоне лет такое с ним бывало.

Теперь Вормур отправился тропой к Чёрному Воину, Цвеин’де встал во главе клана, а уман по-прежнему оставался на их корабле. Кантве, его советник, предложил отвезти её домой, но Цвеин’де не стал этого делать. Решение было спорным: верховный совет мог расценить его как изгнание. А она не совершила ничего, за что её можно было изгнать. Да, она была шумной и болтливой, раздражающе любопытной, недисциплинированной, пугливой, вела себя и реагировала странно. Но при этом была предана клану, иногда даже больше остальных его членов. Соблюдала кодекс. Гордыня не коснулась её. И по меркам Яутов её трофеи были вполне неплохими. Однажды, на одной из охот, которые ещё проводил великий Вормур, из улья Жёсткого Мяса вернулись все, кроме неё. Это были первые охоты молодой крови, и от юнцов много трофеев не ждали. Как не ждали и большого числа выживших. Сезон выдался неудачным: молодняк был слабым. Тогда все решили, что уманка погибла, и собрались улетать. Но Вормур проверил компьютер. Уман оказался жив и, судя по трекеру, всё ещё двигался. Тогда Вормур взял пару охотников и вернулся за ней. Он вывел это маленькое, жалкое существо из улья. Взъерошенная, она нелепо смотрелась в наудских доспехах. Спотыкаясь и оглядываясь, семенила своими лапками, постепенно отставая и переходя на бег. Она даже не смогла унести свои трофеи. Их на копье нёс Вормур.