Андрей Корниенко
Легенды Зазеркалья - Алиса

Глава 1

В этом городе ночь никогда не наступала сразу.

Она стекала на улицы медленно, как густая чёрная смола, просачивалась между кирпичными стенами, заполняла собой пустые дворы, заброшенные станции и безымянные переулки. Сначала гасло небо, затем тускнели окна, потом исчезали лица прохожих. И лишь после этого мегаполис начинал дышать по-настоящему.

Днём он казался огромным механизмом, созданным для того, чтобы перемалывать человеческие жизни. По его мостам двигались бесконечные потоки машин, в подземных туннелях с грохотом проносились поезда, заводские трубы извергали в небеса тяжёлый дым, а рекламные экраны без устали обещали людям счастье, успех и новую жизнь. Но ночью яркие вывески становились похожи на лихорадочные глаза, а стеклянные башни напоминали надгробия, поставленные неизвестным богам.

Алиса жила на девятом этаже дома, прижатого к старому промышленному району. Из её окна открывался вид на кирпичные стены соседних зданий, ржавые лестницы пожарных выходов и длинную трубу, из которой в любое время суток поднимался серый дым.

Её комната была маленькой и почти всегда сумрачной. Даже утром свет добирался до неё уставшим, разбитым, словно проходил через множество чужих снов. На стене висело зеркало с потемневшей рамой. В нём Алиса часто видела себя не целиком.

Иногда отражение появлялось с запозданием.

Иногда улыбалось тогда, когда она оставалась серьёзной.

А иногда Алисе казалось, что в глубине зеркала стоит кто-то ещё. Тонкая фигура, прижавшая ладонь к стеклу изнутри.

Она никогда не говорила об этом вслух.

Люди не любят тех, кто замечает трещины в привычном мире. Они предпочитают считать такие трещины усталостью, плохим освещением или расстроенными нервами. Им проще назвать безумием то, чего они сами боятся увидеть.

Алиса тоже долго убеждала себя, что с ней всё в порядке. Она исправно ходила на работу, отвечала на сообщения, покупала хлеб в магазине на углу и иногда даже улыбалась соседке, встреченной на лестнице. Она умела выполнять все действия, которые делают человека похожим на живого.

Но внутри неё существовала пустота.

Не тихая и не спокойная. Пустота, похожая на огромный вокзал после последнего поезда, когда табло продолжает мигать, объявления звучат в пустом воздухе, а двери уже закрыты.

Алиса чувствовала себя расколотой. Не сломанной, потому что сломанное можно починить. Не потерянной, потому что потерянное иногда находят. Она была разделена на две части, и обе они продолжали жить внутри неё, не соглашаясь одна с другой.

Одна часть хотела тишины, покоя, ясного утра и простой дороги без поворотов.

Другая тянулась к ночи, к опасности, к дверям без названий и голосам, которые доносились из-за стен. Первая часть боялась перемен. Вторая боялась остаться прежней.