Ракаду
Юлия Бычкова

© Юлия Бычкова, 2026

ISBN 978-5-0071-3091-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Мой дедушка умер 12 дней назад. Я — уже взрослый мужчина, отец двоих детей. Но до сих пор чувствовал себя ребёнком каждый раз, когда приходил в гости к нему. В квартире, где вырос мой отец, куда принесли маленького меня, где дедушка один доживал свою жизнь, всё ещё ждало его появления. Вы не подумайте, старик сам отказался съезжать и принимать кого-то в свой дом. Он сказал, что вполне дееспособен, и если ему нужна будет помощь, то он позвонит.

Наконец-то, впервые за 76 лет он прожил целых 2 года один. Кажется, это была его мечта. Одна из тех, которую дедушка успел исполнить перед смертью. Второй затеей были дневники. Да, да, глубокий старик вёл дневники. Он начал это делать сразу после смерти бабушки. Мы думали, что это такой способ справиться с одиночеством. Но теперь, когда я ознакомился с записями, с уверенностью могу сказать, что дедушка действительно был счастлив последние годы. И одиноко ему точно не было.

Меня удивили многие страницы его дневников. Где-то всплыли не самые приятные для меня воспоминания, где-то я увидел в своём эталоне точно те же недостатки, которые не люблю в себе. Но эта история не про рефлексию, а про один день, описанный моим дедушкой в его тетради. Это была вторая запись. В первой дедушка рассказывал о себе и нашей семье.

*Запись от 29.10.2020 года*

28 января 1994 года. Я шёл с автобуса, который привёз полсотни простых рабочих к своим домам. Тусклый свет подъездной лампы освещал бордюр около входной двери. Снег с дождём шёл уже четвёртый день и не думал останавливаться. Ночные морозы только ухудшали положение и так до смерти загруженных работников коммунальных услуг. Здесь же, на скамейке около подъезда я встретил Василича, который курил рядом с поставленным на скамейку пакетом с продуктами.

— О, какие люди! Здорово! — протягивая руку, заговорил сосед.

— Здоровей видали! Давно тебя не было! Уезжали куда-то?

— Нет! — посмеялся мужчина, сбрасывая пепел с сигареты. Работа! Только и всего… А ты откуда путь держишь?

— Оттуда же, — с усталым вздохом ответил я, — Покурю с тобой. А то дома моя постоянно ругается, уже 30 лет ей запах сигарет не нравится.

— Но терпит же? — с улыбкой спросил Василич, поправляя пакеты с продуктами.

— Я предпочитаю думать, что просто любит.

Мы по-доброму посмеялись и продолжили дело.

— Я сегодня на работе так сдал! Проиграл в карты молодняку! На обеде мужики решили сыграть, ну и я подключился. А у нас новеньких с института сразу позабирали. Мы их и учим.

— Не только работе… — заметил сосед.

— Ну так! Конечно! — я поднёс сигарету и сделал затяжку, — Я думал, покажу всем мастер-класс. Меня мужики мои обыграть не могут уже 3 года. А я не смог отбить последнюю шестёрку в колоде! Представляешь? Он и выиграл, молодняк этот.

— Ну, с кем не бывает… Парни сейчас резвые, умные, как и мы когда-то…

— Ну уж нет! Просто новичкам и дуракам везёт!

— Так почему же ты тогда проиграл? — Василич посмотрел на меня и улыбнулся.

— А! Хорош! Ты вот точно хватку не теряешь!

— Ещё бы. Ладно, пойдём домой, а то моя ворчать опять будет.

Мы зашли в подъезд, оставив за собой только следы на быстро заметавшемся асфальте.

На следующее утро пешеходные дорожки больше напоминали каток, чем тротуары. Я вышел, закурил сигарету, накинул капюшон и пошёл к автобусной остановке, чтобы уехать на работу и, может быть, взять реванш у того парня с несчастной шестёркой. Не мог я никак себе признаться, что меня так сильно могла задеть такая мелочь. Перед сном я вспоминал ходы и несколько раз проигрывал их снова и снова, чтобы понять, как нужно было действовать. Но каждый раз оставалась эта шестёрка самым неприятным погоном на плече. Карты были моей последней не потерянной за жизнь страстью.

Я и не заметил, как почти дошёл, а вернее доскользил до автобусной остановки. Но внезапно правая нога отказалась ехать в нужную сторону. Левая не смогла удержать тело. И я упал. Очень неудачно упал. Закрытая рана черепа от удара об лёд. Обычно не смертельная, но не в этот раз.

Следующее, что я помню: медленно открываю глаза, вокруг всё в серо-белом свете, и только где-то отдалённо слышны шорохи. Нащупываю руками огромную шишку размером с кулак на голове и вспоминаю, что произошло. Только тогда я замечаю, что лежу на полу в больничной пижаме. «Так… Я либо в какой-то новой продвинутой больнице, либо умер. Одно из двух», — вместе с этими мыслями я попытался перевернуться на бок. К удивлению, голова совсем не болела, а вот тело стало ужасно закостенелым и непослушным. Хотя, может быть, оно таким и было, просто на это уже не обращалось внимания. Но я нашёл в себе силы и поднялся на ноги.