Великопоженская гарь
Сборник стихов
Иван Бобрецов

Корректор Алексей Леснянский

© Иван Бобрецов, 2026

ISBN 978-5-0071-2896-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Стихи

Богатства Пижмы

Монету с неба золотую
Прячет за рекой Тиман.
Листья медные засунет
Вглубь оврага, как в карман.

Покрывало у болота
Всё усеяно морошкой,
Словно, пробегая, кто-то
Уронил своё лукошко.

Косолапый к муравьям
Бродит осенью за данью.
Дом их вновь не устоял —
Он снесён до основания.

Серебро на дне реки,
Рыбаки об этом знают.
Водяному дорогие
Подношения кидают.

Рыси в дорогих мехах,
Лось с короной на горе,
Как на троне. А глухарь —
Как жар-птица на заре.

А сосновая смола
Янтарём на сучьях, ветках.
Изумрудная скала
Называется Еленской.

Все богатства на ладони —
Дар от Пижемского края.
Но одно никто не тронет —
Клад в тайге закопан тайно.

Он за шумными ручьями,
За борами вековыми.
Да за мшистыми камнями
Глубоко его зарыли.

Закопал его Ефрем —
Злато братьев Рябушинских¹.

С ним иконы, книги те,
Что собрал однажды в Скитской.

Он увёз их навсегда.
Охранял тот клад Исидор.
Та легенда — борода
Из сказаний, мифов свита.

Верховская

По обросшей травою горе,
То по свежо подстриженной пожне
Мы в поход наш ушли наконец,
Где ничто ничего не тревожит.
Тишина, только где-то мотор
Зажужжит за буграми лесными.
Разожжём на поварне костёр,
И с природой мы станем иными.
Поздним вечером там при свечах
Мы расскажем друг другу страшилки.
Привидения, духов встречать
Кто на улицу выйти решится?
А на следующей день — по тропе,
И по плитам Тиманским сакральным.
Средь пушистых берёз по траве —
Путь к петляющей Пижме зеркальной.
Мы подходим к скалистому краю,
Краю северных троп и дорог.
Пижма быстро внизу пробегает,
Громко бьется сердечко-порог.
Мчится слвная Пижма-река,
Вниз по склонам и мимо Верховской —
Той деревни, где встали с утра,
За скалой она прячется ловко.
Мы оставим на дереве след —
На сосне, что крепка, как гранит.
И возможно, ещё много лет
Она наше клеймо сохранит.

Смена

Осень в шляпе набекрень входит, как шпана.
В летнюю стучится дверь — топоты слона.
На груди медаль — листок: «Это — за заслуги!
Убираю весь лесок для Зимы-подруги».
Лето:
— То-то небо всё грустит и впускать не хочет!
Ей не нравится ваш вид. Знали? Между прочим,
Вы то в сером пиджаке, то пальто в заплатках…
С веником в одной руке. Снова без зарплаты?
Осень:
— Листья акварелью вновь расписали поле.
Новою берлогою мишка наш доволен.
Ягоды, грибы вокруг — Осень всех накормит…
Лето:
— Это я дала плоды!
Осень:
— Всё равно уволят.

Лето:
— Птицы машут нам и людям. И летят на юг.
Осень, ты виновна в этом — реки закуют.
И земля, смотри, раздулась, дождик — твой лакей.
Дерево стоит, сутулясь, в рыжем парике.
Листья спрыгивают в лужу, и легла трава.
Солнышка лучи всё хуже. Я была права.
Осень:
— Время ваше вышло, Лето. Старая, седая.
Вам на пенсию, а я только наступаю.

Первые холода

Самолётный шлейф —
Как полоска от мелочка.
Небо, словно в сейф,
Прячет солнце наше ночью.

Дни так холодны.
Тополь без одёжки дрогнет.
Все дома видны:
Что за ним и за дорогой.

А в домах огни,
Что тепло детишкам дарят.
Бабушка бранит:
«Что так долго вы гуляли!»

Вот уже зима.
С неба сахарная пудра.
Снова без ума
Дети мчатся в переулок.

Бабушка в окно
За внучатами следила.
На душе одно —
Чтоб они не простудились.

Меркурий

К светилу он ближе любого из нас,
Но морозы бывают суровее.
Три раза поднимется солнечный глаз
Над горизонтом и скроется.

Медленно кружится в танце своём,
Но быстрее, чем мы, облетает.
Поэтому так мы его и зовём:
Меркурий — торговец в сандалиях.

Он, как Икар, приближается к солнцу,
Нагреется, вновь остывает.
Эллипс его — как коварное донце:
С водою для нас искажается.

Долго учёные бились и спорили:
«Противоречит законам.
Плохо изучена та территория».
«Mariner² все тайны откроет!»

Впервые увидели близко планету —
Похожа на шарик из Nesquik.
Поверхность как лунная, те же приметы —
Эскарпы³ высокие, резкие.

Горные пики и тысяча кратеров,
Внутри их запрятался лёд.
Только на полюсах, нет на экваторе.
Вдруг там пришелец живёт?

Спустя много лет отправляются в рейд
Важнейшие два аппарата:
BepiColombo⁴ — Колумб, новый Дрейк —
Открыватели, космопираты.

Помню, проснулся ночью…

Помню, проснулся ночью.
Морозной, декабрьской ночью.
В окно посмотрел, во двор:
Небо в россыпи, многоточия,
Большая Медведица, Гончие…
В душе астроном я с тех пор.

В сельской библиотеке,
В школьной библиотеке
Перебрал я книжек полно.
Много о нашем веке,
О природе и человеке.
Узнал мифы, истории, но…

Ничего о далёких звёздах.
Сколько там их, живых и мёртвых?
Мы с нашей Землёю одни?
Где наша граница? Чёрт с ней!
Где окраины мира замёрзшие
Бесконечной вселенской страны?

Вопросы впиваются в мозг.
Проза с детства построила мост
К прошедшим забытым годам.
К тайнам жизни, к её подземелью.
Мы вырастем с тем, что посеяли.
Но зачем? Неизвестно нам.

Вопросов всё больше, страшнее
Угрозы от прошлых падений.
Стареем —
Как звёзды, мы гаснем.
К чему нам стремиться вообще? —
Так реквием по мечте
Всё ближе, ещё опаснее.

Вечерний променад

Поздней осенью, в пять часов вечера,
Тьма к нам крадётся, как ночью.
Пришла, словно делать ей нечего,
Во время своё внерабочее.
Забралась во дворы и дома,
Лишь спасают в квартирах лампы.
Одним цветом коты и трава —
До всего добрались её лапы.
И наш каждый фонарь как солдат —
В карауле стоит по обочинам.
Горизонт защищает закат,
Его битва пока не окончена.
Городской силуэт по бокам —
Облепленный вновь светлячками.
Листья машут деревьям «Пока»,
Снежноягодник⁵ — хруст под ногами.

Кто-то бродит, гуляет в саду.
Позже с ним я собачку увидел.
Так Луна ходит на поводу
У хозяйки Земли по орбите.
В нашем море небесном шуга
Вдаль несётся и за горизонты
И сплавляется там в облака,
Закрывая глубокое донце.
А за ними на дне Вселенной
Золотые рыбёшки мерцают.
Астроном — рыболов, наверное,
Телескопом их все собирает.
Деревьев неспешный фейерверк,
С перемоткою жизнь несётся.
Вот ещё один годик померк,
Окончив виток за Солнцем.

История

Века — как река: землю точат и точат.
Года — как вода: смотрим, что напророчат.
Дни — как огни: так мгновенно сгорают.
Часы — блеск росы: испаряются, тают.

В театре абсурда либретто⁶ мы учим.
Мы — бутафория. Кто нас навьючил?
Звёзд как молекул, квазары⁷ — глаза.
Как же устроен вселенский устав?

Стихи непонятны и точно как жизнь.
Грехи так приятны, но яд для души.
В айфонах-скафандрах проходят года,
Где раньше иконы, там плазма — экран.

Наш предок ночами смотрел на огонь,
Его отпечаток в пещере — ладонь.
Это привет от истории нашей.
Оставим печати на многоэтажках.

Не понимая законов природы,
Ходим, грустим под бетонные своды.
Мы разные все, потому мы одни.
Сны разве вымыслы? Всё это — мир.

Жду

Заступила зима
С нарядом в наряд.
Вечером звёзды и окна горят.
Спит мой Тиман,
Его скал караван.

Замолчала река,
И ручей укрыл снег.
Льды скрывают от нас их стремительный бег.
Побелели холмы,
Помню, с санками мы…

Я раньше скучал
По земле в облаках,
Когда летние спят в этих райских борах.
Помню снежные шапки
На избах, на лавках.

Я скучаю по Пижме
И пижемке-лодке⁸.
Хочу ощутить её мощь и походку.
А пока что на кундах⁹
В морозное утро

Рыбак с ледобуром,
С замёрзшею щукой
Бредёт, а навстречу — пощёчину вьюга.
Он рад этой хмурой
Погоде понурой.

А я жду, когда лето вернётся.

В каждом из нас

Я рано читал Шопенгауэра,
В колледже — опусы Ницше¹⁰.
Кому-то, возможно, и лишняя
Философско-заумная аура.
Но я полюбил их творения.
Удивлялся, копался в себе
И смысл неудач и побед
Не приписывал вновь провидению¹¹.
Ведь в каждом, проверьте, из нас
Есть нечто большое, огромное,
Что в нужный момент вероломно
Возникнет, поможет в сей час.
Литература, скульптура,
Творения музыки — пища уму.
Они помогают! И только тому,
Кто может впитать их с натуры.
Течение времени, денег и рек.
Течения жизни, течения мыслей.
В русле идей мы подобны Всевышнему.
Но если без цели — бессмыслен наш век.
В своём я пути получил и любовь,
И цель, что ведёт меня через года.
Того же желаю и вам, господа,
Чтобы счастье ловить вновь и вновь.

Метро

Из точки А до точки Я доставит вас маршрут.
Под дворцами колея, мимо — камни, грунт.
Крот, но скорость велика, фонари на лбу.
Шумит, как горная река, по туннелям гул.
Змея железная спешит, развозит работяг,
Студентов, школьников, и вот отправился и я.
Люблю метро, вагоны в нём и часто езжу в центр.
Я Скичанин, Усть-Цилем¹², там нет прорытых недр.
Метро — как чудо для меня, я рад там прокатиться.
Книги, музыка в ушах, пока по рельсам мчишься.
Люди в нём всё чаще злы, толпы на работу,
Словно лошадь под уздцы и солдат в окопы.
Лица пасмурнее ночи, горе и печаль.
Начиная от детишек до бабулек, жаль…
Нет, друзья, с улыбкой надо! Будете богаче.
В городе непросто жить, и село — не дача.
С детства и до двадцати довелось в деревне
Лес валить, траву косить, складывать поленья.
С точки А до точки Б едешь средь мороза.
Летом комары и — да, от зверей угроза.
После этого в метро радостно мне мчаться
Под дорогами в нутро и не свой, как Чацкий.

Одни?

Жизнь — засушливые земли,
Дует день и ночь ветрище.
Тьма повсюду, и жилище
На вершине чудо-стебля.

И для каждого он свой.
Кто повыше, кто пониже.
Поливает, почву движет,
С листьев пыль смахнёт долой.

Одному, конечно, сложно.
Вот поэтому веками
Все мужчины ближе к дамам
Подползают осторожно.

Оплетаются друг другом,
Им теплее так и крепче,
Веселее тёмный вечер.
На двоих их все заслуги.

Но бывает — ближних душат,
Если вдруг прошла взаимность.
Кончилась вода, интимность.
Смысла нет друг друга слушать.

Думал — правильно ли жил?
Скажут — без него не хуже…
Разве был кому-то нужен?
С другом сильно ли дружил?

Я не слаб, немного скромен.
Рисовал, писал неплохо.
Но пройдут года, эпохи —
Выживут стихи из Коми?

Извне

Этот дьявол извне
Подливает нам масла в огонь?
Когда просто родным за ничто причиняем мы боль.

Этот дьявол извне
Разжигает в нас сильную ревность?
Наблюдет, как душим любимых, ругая их гневно.

Этот дьявол извне
Убивал все надежды и цели.
Он как будто скитался за мною, следил… А на деле

Этот дьявол во мне!
И я с ним нарушаю законы
Нерушимые, те, что веками слагались в поклонах.

Этот дьявол во мне
Уничтожил добро и желания.
Обесценил все то, что достигнуто было старанием.

Тебе, дьявол, конец!
Я свяжу твои грешные руки.
Утоплю, растерзаю, отправлю на вечные муки.

ДЬЯВОЛ!
Это свинец,
Я убью тебя скоро, сдавайся!
Нажимаю на спуск…

В удельном парке¹³

Знаменитый на «Удельной» рынок посетили днём.
После через лес весенний мы теперь гулять идём.

Все деревья приоделись и духами в парке манят.
Птицы песенки запели для Сашули и для Вани.

Для жены воспоминаний — словно вновь после учёбы.
Для меня пейзажи станут для стихов моих основой.

Солнца взгляд и духота, мы — под ели, как под зонтик.
Вдруг в тени нашли кота. Мяу, мяу — голодный ротик.

Угостили пирожком и пофоткаться успели.
Он опять гулять пошёл. Мы ещё немножко млели.

Дальше нам идти пора, парк большой и вечер скоро.
С шашлычками детвора, по пути встречались норы.

— Может лисьи?
— Это крот. Рыл, искал клады природы. —
Арка лип, как у ворот, нас встречает с небосводом.

Не туда свернули, что ли, средь лугов шли и оврага.
И опять на то же поле — не пускает парк бедняжек.

Лес нас тянет, как магнит, изначально в нём с природой
Жили мы. Душа болит, если вдруг в нём непогода.

На пленэре

« — Над светло-зелёным — синее с белым
Окружают оранжево-желтое.
Желтое светит на белое тело…
Ну разве же серое, блеклое?
Цвета как сияют, смотрите, играются!
А что же на вашей картине?
Пятна — бараны… Все лбами врезаются.
Где глубина, перспектива?!»
Сидим на пленэре, одни — под зонтом,
А кто — под открытым небом.
Я на лужайке. Планшет и картон.
Тихо малюем с соседом.
Пред нами поляна с фигурой Карины.
Она нам помашет рукой.
На фоне колючей лиловой малины
Позирует нам под горой.
Вдруг дождик внезапно, а он — растворитель…
Мы все под еловый навес.
Спасаем для вас, уважаемый зритель,
Похожий на Дырносский¹⁴ лес.
У кого-то красивый и пышный, «как надо».
Другие — зелёный забор.
Каждый в нём видит свою колоннаду —
Не роботы мы и не фотоаппараты,
Не бездушный айфонский прибор.
Мы разные все, как и эти цвета:
Жёлтый, синий, зелёный.
Учитель нас мучит, проходят года —
Мы все одинаковы, годные.
Вдруг жёлтое стало не жёлтым, а красным.
Зелёный темнее… Темнеет.
«Всем собираться! Тут ночью опасно.»
С речки прохладою веет.
Идём по тропинке, планшеты в руках.
Тропинка всё уже, чернеет.
Красное меркнет за краем холма.
И стало ещё холоднее.
Идём, а за нами-то слышится шум:
«Это вампиры и лешие».
Девчонки ругают то нас, то маршрут:
«И так нам здесь страшно, утешили».
Но нам не до смеха, мы тоже боимся.
Учитель наш сбился с пути.
Ходим по кругу, тропинка-возница
Заставила бедных блудить.
Чёрные ветки — змеи и клешни?
Фантазия наша абсурдна.
Картина сменилась на грозную, грешную
Мистику selva oscura¹⁵.
И всё превращается в чёрный квадрат
До возрождения света.
Мы — негры в пещере, сидим без костра.
В упадке искусства планета.
Все эти стихи, карандаш, акварель,
Творчество с нами повсюду.
Спасибо, друзья, за тех дней карусель,
Я вас никогда не забуду.

В тот день

В тот день и солнца диск, и тучи
Боролись за господство дня.
Все сомневались, но не я —
Выбор сделал верный, лучший!

В тот день мятежники войны,
Мишенью выбрав красный Кремль,
Как смерч, помчались скакуны,
Играл оркестр их целый день.

Тот день я в памяти храню —
Гуляли по лесам Сосновки¹⁶.
К переменам, к счастью робко
Тропою шёл с тобою к пню.

На пень взобравшись, ты тогда
Была счастливой и прекрасной.
Коленом в мох я, ты — Согласна!
— Будь моей.
— Ещё раз ДА!

Освободили солнце тучи,
Мятеж закончился в Москве.
У многих жизнь на волоске,
А наши вместе слились в узел.

За кулисами

В кармане театра,
Всё время за кадром
Художник. На сцене — старинная книга.
Из пенопласта
И в крафте под краской
Расписана кистью его невеликой.

Из бутафорки¹⁷ —
Той тесной каморки
Вышла на сцены страну покорять.
Страницы бездушные.
Обложка лишь служит
Для глаза обманом — вас всех обаять.

Книжка другая,
Нигде не мелькая,
Пишется долго — она не для сцены.
Невидимо, тайно
От всех, на окраине.
Качество текста в ней — вот драгоценности.

В камнях и узорах

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Рябушинские — династия российских предпринимателей, которая принадлежала к старообрядчеству. В 1914 году Рябушинские снарядили геологоразведочную экспедицию в бассейн реки Печоры для поиска месторождений золота, угля и нефти. После начала революции, находясь в эмиграции, продолжали финансировать экспедицию. Вместе с оборудованием в Усть-Цильму тайно перевезли около 200 тысяч золотых рублей.

Ефрем Кириллов был родственником Рябушинских (по жене — зятем) и наставником старообрядческой общины в деревне Скитской. Рябушинские, зная о преданности старообрядческих общин, доверили хранение денег своим единоверцам.

Вернуться

2

Маринер-10 (Mariner 10) — американская автоматическая межпланетная станция, которая стала первым космическим аппаратом, исследовавшим Меркурий с близкого расстояния. Три пролёта мимо Меркурия. 29 марта 1974 года (на расстоянии около 703 км), 21 сентября 1974 года (около 48 069 км) и 16 марта 1975 года (минимальное расстояние — 327 км)

Вернуться

3

Эскарпы — это характерные формы рельефа, наблюдаемые на планете Меркурий. Они представляют собой обрывы или крутые откосы высотой от сотен метров до 2—3 км, а их протяжённость может достигать сотен или даже тысяч километров.

Вернуться

4

BepiColombo — совместная автоматическая космическая миссия Европейского космического агентства (ESA) и Японского агентства аэрокосмических исследований (JAXA) по исследованию Меркурия. Запуск в космос произошёл 20 октября 2018 года.

Вернуться

5

Снежноягодник — род листопадных кустарников семейства Жимолостные.

Плоды этого растения — плотные округлые ягоды белого цвета, которые могут оставаться на кусте до поздней зимы. Они хрустят при надавливании из-за своей плотной структуры и сочной мякоти, которая легко трескается при механическом воздействии.

Вернуться

6

Либретто (от итальянского libretto — «книжечка») — это словесный текст музыкально-сценического произведения: оперы, оперетты, мюзикла, балета, а ранее — кантаты или оратории.

Вернуться

7

Квазар (англ. quasar) — класс астрономических объектов, которые представляют собой активные ядра галактик на начальном этапе развития. Название образовано от слов quasi-stellar («квазизвёздный» или «похожий на звезду») и radiosource («радиоисточник») и дословно означает «похожий на звезду радиоисточник».

Вернуться

8

Пижемка — это традиционная длинная и узкая лодка, распространённая в Республике Коми, особенно в районе реки Пижмы. Её конструкция специально приспособлена для плавания по быстрым, неглубоким и извилистым таёжным рекам с порогами и мелями.

Вернуться

9

Кунды — это разновидность охотничьих лыж, которые подбивают оленьим или лосиным мехом. Такие лыжи используют для передвижения по снегу, в том числе в районах лесотундры, во время охоты, пастьбы и загону оленей. Мех на скользящей части лыж препятствует отдаче назад при движении в гору и предотвращает ненужное скольжение.

Вернуться

10

Артур Шопенгауэр (1788—1860) и Фридрих Ницше (1844—1900) — немецкие философы, чьи идеи оказали значительное влияние на развитие философии, культуры и мысли XIX—XX веков.

Вернуться

11

В религиозном и философском смысле — высшая божественная сила, направляющая судьбы людей и всего мира к благу; промысел Божий. Это целесообразное действие Высшего Существа, направленное на наибольшее благо творения в целом, человека и человечества в особенности.

Вернуться

12

Усть-Цильма — это село в Республике Коми, которое служит административным центром Усть-Цилемского района и сельского поселения с тем же названием. Оно считается одним из самых древних русских поселений на Европейском Севере.

Вернуться

13

Удельный парк — это крупный лесопарк в северной части Санкт-Петербурга, на границе Приморского и Выборгского районов.

Вернуться

14

Дырнос — микрорайон в Сыктывкаре. Название происходит от ручья Дырнос (Дырнöс), который протекает в этом районе. В переводе с коми «дыр» — «долгий, длинный», «нöс, нöш» — «возвышенность, гора».

Вернуться

15

Фраза «selva oscura» (с итал. «тёмный лес») происходит из поэмы Данте Алигьери «Божественная комедия». Она встречается в первой песне «Ада».

Вернуться

16

Сосновка — крупнейший городской парк в Санкт-Петербурге, расположенный в Выборгском районе.

Вернуться

17

Бутафорка — это специальное помещение в театре, или отдельные мастерские по изготовлению бутофории, предметов, которые используют в театральных постановках, киносъёмках, на телевидении и в других сферах вместо настоящих вещей.

Вернуться