Екатерина Грейз
Реликты завтра. Первый день

РЕЛИКТЫ ЗАВТРА

Книга третья

ПЕРВЫЙ ДЕНЬ

Роман

Екатерина Грейз

2026

Аннотация

Прошло девять лет с тех пор, как у памяти появились берега, а у Ники — имя и дом. Реликты почти утратили силу, разломы стали частью мира, и Лера впервые поверила, что будущее больше никому не принадлежит.

Но над Москвой возникает город из белого стекла. Огромные часы над ним отсчитывают время назад, а его жители называют Миру создательницей прошлого. Через девять дней наступит Первый день — момент, когда будущее отправит в историю первые реликты и замкнёт причинный круг.

Если Лера разорвёт этот круг, исчезнут миллионы людей, родившихся благодаря ему. Если позволит ему замкнуться, свобода снова станет заранее написанным сценарием. Чтобы завершить историю реликтов, Мире и Нике придётся создать прошлое, которое никого не заставит повторять будущее.

Пролог

Город появился над Москвой в четыре часа семнадцать минут утра.

Сначала облака стали прямоугольными. Потом между ними проступили белые башни, прозрачные мосты и улицы, висящие в воздухе без опор. На самой высокой башне находились часы. Вместо стрелок у них было десять серебряных лепестков.

Цифры показывали:

ВОСЕМЬ ДНЕЙ, ДВАДЦАТЬ ТРИ ЧАСА, СОРОК ДВЕ МИНУТЫ.

И шли назад.

Девушка на смотровой площадке города наблюдала за просыпающейся Москвой. У неё была золотая нить на запястье и седая прядь в тёмных волосах.

— Они видят нас, — сказал человек за её спиной.

— Значит, прошлое началось.

— А если твоя младшая версия снова откажется?

Девушка посмотрела на фотографию двух сестёр рядом с Лерой.

— Тогда у нас никогда не будет Первого дня.

Внизу, в квартире у реки, Мира проснулась от стука.

Три коротких удара. Пауза. Один.

Стучали в окно.

Глава 1. Город над городом

Мире было девятнадцать. За девять лет она привыкла к дверям, которых вчера не существовало, к людям с двумя детствами и к тому, что семейные фотографии иногда меняют фон. Но город в небе не был разломом.

Он отбрасывал настоящую тень.

Лера вызвала всех в бюро. Марк проверял спутниковые данные, Елена спорила с правительственной комиссией, а Ника стояла у окна босиком и держала компас с десятью лепестками.

— Он не показывает путь, — сказала она. — Он считает.

На стекле компаса горели те же цифры, что на башне.

Машина свободной ошибки под домом проснулась. Из динамиков раздался голос Алексея:

— До Первого дня осталось девять лет.

Запись повторилась, затем исправила себя:

— Девять дней.

Белый город опустился на несколько метров. Его нижние улицы прошли сквозь телевизионную башню, не разрушив её.

На всех экранах Москвы появилась девушка с золотой нитью.

— Мира Морозова, — сказала она. — Ты обещала создать нас.

Глава 2. Старшая Мира

Девушка назвала себя Мирой Первой.

Она была старше на семнадцать лет, хотя город пришёл всего из девятилетнего будущего. В её времени годы текли быстрее, когда прошлое сопротивлялось.

— Я не могу быть тобой, — сказала Мира.

— Правильно. Ты ещё можешь не стать мной.

Связь шла через компас. Старшая Мира показала город: школы, больницы, жилые кварталы, сады под стеклянными куполами. Там жили почти два миллиона человек.

Все они родились в линиях, возникших после освобождения памяти. Их существование зависело от реликтов, которые однажды должны были появиться в прошлом.

— Через девять дней мы отправим первый комплект в тысяча девятьсот шестьдесят третий год, — сказала старшая Мира. — Оттуда начнётся всё, что привело к вам и к нам.

— А если не отправите?

За её спиной один дом стал прозрачным. На секунду в квартирах исчезли люди.

— Тогда нас не было.

Связь оборвалась.

Ника закрыла компас.

— Она просит не спасти город. Она просит сделать его неизбежным.

Глава 3. Первый комплект

В хранилище Машины свободной ошибки появились восемь пустых ячеек.

Подписи возникали одна за другой: Камертон, Игла, Маска, Монета, Ключ, Красная нить, Свидетель, Компас. Девятая ячейка оставалась без имени.

Кир осмотрел схему и побледнел.

— Это мои чертежи. Только я ещё не успел их создать.

Виктор стоял рядом и видел те же линии как смутные воспоминания. Будущий Корвин когда-то считал себя изобретателем реликтов. Теперь стало ясно: он лишь копировал устройства из сна, посланного городом.

— Значит, у них нет начала, — сказал Марк. — Каждый реликт создан потому, что уже существовал.

Елена покачала головой.

— У круга есть точка решения. Не техническое начало, а человек, который согласился его замкнуть.

Все посмотрели на Миру.

Золотая нить вспыхнула и потянулась к девятой ячейке.

На металле появилось слово:

СОГЛАСИЕ.

Глава 4. Цена причинного круга

Правительства требовали уничтожить город, пока он не коснулся земли. Учёные предлагали эвакуацию. Миллионы людей снимали белые башни на телефоны и спорили, настоящее ли небо осталось за ними.

Машина рассчитала последствия.

Если разорвать круг, исчезнет не только город. Изменится вся история реликтов. Мира, Ника и многие дети разлома никогда не появятся. Лера получит другую посылку или не получит её вовсе. Белая минута может произойти заново — уже без тех, кто знает, как её остановить.

Если замкнуть круг, город сохранится, но каждое прежнее решение станет частью обязательного сценария.

— Получается, мы были свободны только потому, что заранее выбрали свободу, — сказал Марк.

— Это не свобода, — ответила Лера.

Ника положила ладонь на девятую ячейку. Та была тёплой.

— Есть третий вариант.

— Какой?

— Создать не те реликты, которые уже были.

Где-то над ними в белом городе треснула башня.

Глава 5. Девять дней

Каждый день город опускался на триста метров. В момент Первого дня он должен был совместиться с Москвой.

На улицах появились белые тени. Они проходили сквозь дома и искали людей по именам. Одна тень пришла за Северином. Другая — за Киром. Третья стояла у школы, где когда-то училась Ника.

Люди из будущего пытались закрепить своих предков. Если человек соглашался признать потомка, тень становилась плотной, а в городе зажигалось окно.

Мира увидела мальчика лет десяти с её глазами.

— Я твой сын, — сказал он.

— У меня нет сына.

— Пока.

Он протянул фотографию. На ней старшая Мира держала его за руку перед белой башней.

Мира не взяла снимок.

— Как тебя зовут?

Мальчик открыл рот, но имя исчезло раньше звука.

В городе погас целый этаж.

— Они распадаются, — прошептал он. — Пожалуйста, вспомни меня заранее.

Глава 6. Гость из Первого дня

Мальчика впустили в дом. Он назвал себя Ян, потому что настоящее имя не удерживалось в прошлом.

Ян знал привычки Миры, которых у неё ещё не было. Он рассказал, что она научится пить кофе без сахара, перестанет бояться закрытых дверей и однажды исчезнет на семь лет.

— Кто твой отец? — спросила Лера.

— В моём времени этот вопрос запрещён.

В городе будущего происхождение считалось опасным. Любая семейная линия могла стать причинным приказом. Детей воспитывали общины, а сведения о родителях хранил Центральный Свидетель.

— Вы построили свободу без родства, — сказала Ника.

— Мы построили мир, где никто не обязан повторять родителей.

— И всё равно пришли требовать, чтобы Мира повторила себя.

Ян опустил глаза.

Он признался: городом управляет Совет Первого дня. Старшая Мира не глава Совета, а его носитель. Золотая нить не связывала людей — она держала сам город.

Если нить оборвётся, Ян исчезнет первым.

Глава 7. Совет будущего

Переговоры провели на середине высоты — в пустой станции лифта между Москвой и белым городом.

Совет состоял из девяти человек. Каждый носил один из реликтов, но предметы выглядели иначе: Камертон был встроен в горло, Маска стала кожей, Компас заменял Нике будущего левый глаз.

— Мы не хотим власти над прошлым, — сказала председатель Совета Ада Рейн. — Мы хотим право родиться.

Лера понимала её лучше, чем хотела.

— Право родиться не даёт права назначать чужие решения.

— Ваши решения уже создали нас.

— Тогда зачем вам наше согласие?

Совет замолчал.

Старшая Мира ответила:

— Потому что круг разомкнут. Кто-то изменил первый комплект.

В тысяча девятьсот шестьдесят третьем году нашли не восемь реликтов, а семь. Компаса в контейнере не было.

Ника машинально сжала свой компас.

Он никогда не принадлежал кругу.

Глава 8. Реликт без происхождения

Компас появился на берегу Мнемоса после разрушения Согласия. Его не создавал Корвин и не хранил Контур. Он пришёл от детей, которые ещё не существовали.

— Значит, это не реликт будущего, — сказала Елена. — Это реликт возможности.

Ника раскрыла десять лепестков. Под каждым была дата, когда она выбирала себя: берег, новый дом, день рождения, отказ от памяти прежних Ник.

Последний лепесток оставался пустым.

Компас не указывал обязательный путь. Он хранил решения, которые могли не произойти.

— Поэтому Совет хочет его, — понял Марк. — Он может заменить причинный круг сетью вариантов.