Ника Снежная
Академия Пленниц, или (Не)желанная невеста Дракона

️ Глава 1. Продажа с молотка

Карета Королевского приюта пахла сыростью, старой высушенной кожей и девичьими слезами. Нас было семеро — семеро «даров», призванных оплатить позорный мирный договор между нашим поверженным королевством и суровой северной Империей Драконов.

Я сильнее закуталась в дешевый дорожный плащ, стараясь унять дрожь в пальцах. Мой дар исцеления всю жизнь спал, едва согревая ладони слабым теплом, но имперские артефакты на границе безжалостно зазвенели, определив меня в категорию «пригодных для высшего распределения». Какое мерзкое, сухое и унизительное слово. Для них мы были не людьми, а ценным ресурсом для разбавления их древней магии.

— Приехали, — хрипло бросил кучер, распахивая тяжелую деревянную дверцу.

Нас вывели во внутренний двор Академии Высших Лордов, которую в народе чаще называли просто Магической Школой Севера. Огромный замок из черного камня буквально давил своей величественностью. Острые шпили пронзали тяжелые, низкие тучи, а в небе над нами, закладывая крутые виражи, с грохотом пронеслась тень огромного ящера с чешуей цвета запекшейся крови. Драконы. Настоящие, безжалостные хозяева этого мира.

Нас выстроили в ряд на мраморном подиуме в центре двора. Перед нами стояли мужчины. Высокие, широкоплечие, в безупречных темных военных мундирах с золотым шитьем. Их взгляды сканировали нас медленно и оценивающе, словно породистых лошадей на ярмарке.

— Выбирайте, лорды, — раздался вкрадчивый, леденящий душу голос ректора школы. — Чистая кровь, подтвержденный магический потенциал. Из них выйдут прекрасные, покорные хранительницы ваших очагов.

«Покорными? Как бы не так», — зло подумала я, упрямо вздернув подбородок и глядя прямо перед собой. Годы, проведенные в сиротском приюте, научили меня главному правилу: если ты покажешь свою слабость и излишнюю покорность, тебя просто растопчут и не заметят.

Шаг. Еще шаг. Драконы начали подходить к девушкам. Кого-то забирали сразу, едва коснувшись руки, кто-то из пленниц оставался стоять, бледнея от стыда и безмолвного унижения.

Очередь дошла до меня. Мужчина, остановившийся напротив, заставил воздух вокруг мгновенно похолодеть. Черный мундир, идеальная военная осанка и глаза... вертикальные золотые зрачки дракона смотрели на меня с абсолютным, леденящим равнодушием. Лорд Рейнард. Главнокомандующий северной армией. Тот самый, чьим именем в наших краях матери до сих пор пугали непослушных детей.

Он лениво поднял руку в черной кожаной перчатке и коснулся пальцами моего подбородка, заставляя поднять голову выше. Его прикосновение внезапно обожгло кожу, словно чистый огонь. Внутри меня, где-то в самой глубине груди, что-то испуганно встрепенулось, а золотые искры в его глазах вспыхнули ярче. Дракон едва заметно нахмурился, почувствовав этот резонанс.

— Строптива, — негромко произнес он. Его голос, низкий и бархатный, пробирал до самых костей. — И дар едва теплится, почти пустышка. Зачем мне эта девчонка, ректор? У нее нет смирения.

— Ну что вы, генерал, у нее редкий генофонд по записям... — начал было лебезить и оправдываться ректор.

Я не выдержала. Страх внутри меня перерос в чистую, звенящую злость.

— Если великий лорд считает меня недостойной своего величия, он может выбрать кого-то более... податливого, — отчетливо и громко произнесла я, глядя ему прямо в золотые глаза. — Я не навязываюсь. Можете оставить меня здесь.

По двору пронесся тихий, испуганный вздох других девушек. Перечить дракону высшего ранга на глазах у всей Школы было чистым безумием.

Рейнард замер. Его пальцы на моем подбородке сжались чуть сильнее, фиксируя добычу, но не причиняя боли. В его ледяном взгляде промелькнуло нечто новое — хищный, опасный интерес. На губах мужчины появилась едва заметная, жесткая ухмылка.

— Надо же. С зубами, — протянул он, и в его ладони на мгновение вспыхнуло темное, едва заметное пламя, отозвавшееся искрами света на моих пальцах. — Оформляйте её, ректор. Я забираю эту дикарку. Посмотрим, как быстро ты разучишься кусаться в моей башне, девочка.

Мое сердце ухнуло куда-то вниз, пропустив удар. Я попала. И, кажется, мой личный ад только что обрел имя.

️ Глава 2. Хозяин черной башни

Тяжелая дубовая дверь, обитая полосами потемневшего от времени железа, захлопнулась за моей спиной с глухим, зловещим стуком. Этот звук показался мне приговором.

Я осталась одна в огромном холле личной башни генерала Рейнарда.

Здесь все дышало суровой, чисто мужской практичностью и пугающей роскошью. Стены из грубого черного камня не были скрыты гобеленами, как в замках нашего королевства. Вместо них на стенах висели скрещенные клинки, щиты с гербом в виде пикирующего ящера и редкие факелы, горевшие странным, ровным синим пламенем. Пол был выложен темными плитами, в которых, словно в зеркале, отражался этот призрачный свет.

— Осматриваешься, дикарка? — раздался сзади низкий, бархатный голос, от которого вдоль позвоночника пробежала волна ледяных мурашек.

Я резко обернулась. Рейнард вошел бесшумно. Он уже снял свой парадный военный мундир, оставшись в легкой черной рубашке с расстегнутым воротом и высоких кожаных сапогах. Без официальной брони он казался еще огромнее, шире в плечах и... опаснее. В его движениях сквозила ленивая грация сытого хищника, который точно знает, что добыче бежать некуда.

— Пытаюсь понять, куда именно я попала, лор… генерал, — я вовремя прикусила язык, вспомнив, как ректор раболепно величал его на площади.

— Ты попала в мою полную собственность, Ливия, — спокойно ответил он, сделав шаг ко мне. — До тех пор, пока Школа не признает твою магию стабильной, а меня — твоим законным супругом. А пока ты здесь, мы зафиксируем правила, по которым ты будешь жить.

Мужчина остановился в двух шагах от меня. От него пахло морозным воздухом, горькой полынью и едва уловимым, сухим теплом — так пахнет нагретый солнцем камень или... засыпающий вулкан.

— Правило первое, — Рейнард поднял руку, и между его пальцами лениво крутанулся тяжелый серебряный браслет, покрытый светящимися синими рунами. — Ты носишь это. Всегда. Это ограничитель магии. Твой дар исцеления нестабилен и может привлечь диких тварей с гор. Браслет усмирит твою силу.

— А заодно сделает меня абсолютно беспомощной? — я сощурилась, глядя на металл с искренней ненавистью.

— Заодно, — не стал отрицать дракон, и на его губах снова появилась та самая жесткая ухмылка. — Правило второе: ты не покидаешь эту башню без моего личного разрешения или без моего сопровождения. Территория Школы огромна, и не все лорды так терпеливы к строптивым девчонкам, как я. Правило третье: на ночь твоя спальня запирается снаружи.

— Это не правила, генерал. Это условия содержания в тюрьме! — воскликнула я, сделав шаг вперед и упрямо вздернув подбородок. — Я приехала сюда учиться, а не сидеть на цепи!

Золотые глаза Рейнарда опасно сузились. В один неуловимый миг он оказался вплотную ко мне. Расстояние между нами сократилось до нескольких сантиметров. Я почувствовала, как жар, исходящий от его тела, окутывает меня, заставляя сердце биться в сумасшедшем ритме. Он наклонился к моему уху, и его дыхание обожгло кожу.

— Если бы я хотел посадить тебя на цепь, дикарка, ты бы сейчас сидела в подземелье на хлебе и воде, — тихо, но весомо произнес он. — Я даю тебе защиту. Но взамен требую послушания. Шагни в свою комнату. Она прямо по коридору.

Генерал отстранился и указал рукой на приоткрытую дверь в конце холла. Я сжала кулаки так, что ногти впились в ладони. Злость душила меня, но разум подсказывал: сейчас не время для открытого бунта. Отрезав его ледяным взглядом, я гордо развернулась и направилась к своей новой комнате.

Спальня оказалась на удивление уютной: огромная кровать под темным балдахином, камин, в котором уже весело трещали дрова, и высокое стрельчатое окно с видом на заснеженные пики гор. Я подошла к кровати и без сил опустилась на мягкое покрывало.

Вдруг у входа послышался шорох. Я подняла голову. Рейнард стоял в дверном проеме, оперевшись плечом о косяк. В полумраке комнаты его силуэт казался огромным, а золотые глаза дракона светились во тьме, словно два миниатюрных костра. В его руке все еще тускло поблескивал серебряный браслет-ограничитель. Он молча смотрел на меня, и в этом взгляде уже не было прежнего равнодушия — только тяжелое, давящее внимание хозяина, который оценивает свою самую строптивую пленницу.

️ Глава 3. Змеиное гнездо

Утро в Черной башне началось не с кофе, а с лязга открывающегося замка. Солнечные лучи едва пробивались сквозь узкое стрельчатое окно, когда в мою спальню без стука вошла пожилая, суровая служанка. Она молча оставила на стуле форму студентки Магической Школы — глухое темно-синее платье из плотной шерсти с серебряной вышивкой на манжетах — и серебряный браслет-ограничитель, который Рейнард крутил в руках накануне.

«Заодно сделает тебя абсолютно беспомощной», — вспомнила я его вчерашние слова.

Сжав зубы, я застегнула холодный металл на левом запястье. Руны на нем тут же вспыхнули тусклым синим светом, и внутри меня словно захлопнулась невидимая дверь. Слабое исцеляющее тепло, всегда греющее мои ладони, исчезло. Я осталась один на один с чужим, враждебным миром. Без магии. Без защиты.

Генерал не удостоил меня своим присутствием за завтраком. Меня провожал хмурый стражник, который довел меня до главного корпуса Школы и лаконично бросил: «В три часа обратно. Не опаздывать».

Главный холл Школы гудел, как разворошенный улей. Огромный зал со сводчатыми потолками был заполнен студентами. Драконы-аристократы держались особняком: высокие, безупречно одетые, они общались высокомерно и лениво. Пленниц из моего королевства было легко узнать — мы жались друг к другу, испуганно озираясь по сторонам.

— Эй, Ливия! — ко мне подбежала невысокая рыжеволосая девушка. Это была каретная соседка, Мира. — Ты жива! Мы все видели вчера, как тебя забрал сам лорд Рейнард... По Школе уже такие слухи ходят! Говорят, он сожрет тебя к концу недели.

— Пусть попробует, подавится, — буркнула я, но сердце все равно тревожно екнуло.

— О, смотрите-ка, приютская сиротка уже отрастила голос, — раздался за нашими спинами язвительный, растягивающий слова женский голос.

Мы с Мирой обернулись. К нам шла группа местных студенток-дракониц во главе с высокой платиновой блондинкой. На её безупречной форме поблескивал дорогой золотой кулон, а в глазах цвета колотого льда читалось абсолютное презрение.

— Леди Кассандра, — прошептала побелевшая Мира, отступая на шаг.

— Значит, это тебя вчера выделил генерал Рейнард? — Кассандра остановилась в метре от меня, скрестив руки на груди. Её взгляд прошелся по моему простому платью. — Смешно. Лорд главнокомандующий, видимо, совсем ослеп на войне, раз позарился на бесцветную приютскую замарашку без капли приличной магии. Посмотри на свой браслет, нищенка. Он даже не светится. Твой дар — пустышка.

Остальные драконицы согласно зашептались, злорадно разглядывая меня.

— Мой дар касается только меня и генерала, леди, — спокойно ответила я, глядя ей прямо в глаза. — И раз уж он выбрал меня, вам стоит поучиться манерам. Или вы сомневаетесь в решениях своего главнокомандующего?

Кассандра резко изменилась в лице. Её ледяные глаза на мгновение вспыхнули опасным вертикальным зрачком, а воздух вокруг нас стал ощутимо горячее. Она сделала шаг вперед, сокращая дистанцию.

— Ты думаешь, что если он привел тебя в свою башню, ты стала неприкосновенной? — прошипела она мне в самое лицо. — Ты здесь никто. Игрушка на пару недель. И если ты попадешься мне на практических занятиях, я лично выжгу из тебя эту спесь. Запомни мое имя, приютская. Скоро ты будешь умолять вернуть тебя обратно в твою нищую карету.

Она развернулась, и её банда двинулась дальше по коридору, оставив нас в звенящей тишине.

— Ливия, зачем ты с ней связалась? — испуганно выдохнула Мира, хватая меня за рукав. — Кассандра — дочь одного из высших советников Императора. Её прочили в невесты Рейнарду еще до войны! Она тебя уничтожит на полигоне.

Я посмотрела вслед удаляющейся блондинке, чувствуя, как внутри, вопреки блокирующему браслету, начинает подниматься глухая, упрямая ярость.

— Пусть попробует, — тихо повторила я.

Первый день в Магической Школе Севера ясно дал понять: Черная башня генерала Рейнарда была далеко не самым опасным местом в этом замке. Настоящая война за выживание только начиналась.

️ Глава 4. Граница дозволенного

Возвращение в Черную башню после первого дня в Школе показалось мне побегом из змеиного гнезда. Я весь вечер мерила шагами свою комнату, не находя себе места. Слова Кассандры о том, что я лишь «игрушка на пару недель», намертво засели в голове, разжигая упрямую, злую гордость.

Около полуночи дверь моей спальни открылась. На пороге стоял Рейнард.

Он сменил рубашку на простую темную майку, обнажавшую рельефные плечи и руки, покрытые сеткой старых боевых шрамов. В его ладони тускло поблескивал хрустальный стакан с янтарной жидкостью. Мужчина выглядел уставшим, но его золотые драконьи глаза сканировали меня с прежней хищной внимательностью.

— Мне доложили, что ты сегодня устроила сцену в главном холле, дикарка, — ровно произнес он, проходя вглубь комнаты. Каждый его шаг отзывался во мне глухим ударом сердца.

— Я лишь защищалась, генерал, — я отступила на шаг назад, пока не уперлась спиной в холодный камень стены рядом с окном. — Или в вашей Империи принято молча глотать оскорбления от высокомерных дур?

— Кассандра — дочь высшего советника. И она опасна, — Рейнард остановился так близко, что я почувствовала идущий от него жар. Он поставил стакан на подоконник и резко поймал мою левую руку за запястье, поднимая её вверх. — Но меня интересует другое. Почему мой начальник охраны утверждает, что во время вашей перепалки руны на твоем браслете раскалились докрасна?

Я попыталась вырвать руку, но его хватка была подобна стальным тискам — надежной, крепкой, но не причиняющей боли.

— Я не знаю! — соврала я, тяжело дыша. — Ваш браслет бракованный.

— Не лги мне, Ливия, — его голос упал до опасного, вибрирующего шепота, от которого по коже побежали мурашки. — Браслеты куются в имперской кузнице. Они блокируют обычную магию. Если руны греются, значит, твоя сила пытается пробить блок. Кто ты такая? Какую магию скрывали в твоем приюте? Ты шпионка?

Мужчина подался вперед, практически прижимая меня своим сильным телом к стене. Между нами не осталось свободного пространства. Я отчетливо видела каждую золотую искру в его вертикальных зрачках, чувствовала горьковатый запах полыни и бешеное, тяжелое тепло его дыхания на своих губах. Это была опасная, дурманящая близость. Сердце колотилось в груди как сумасшедшее, но не от страха — от странного, пугающего притяжения, которое вспыхнуло между нами, как сухой порох.

— Я не шпионка, — выдохнула я, глядя ему прямо в глаза и отказываясь отводить взгляд. — Мой дар всегда спал. Я не знаю, почему он реагирует на... на вас.

Рейнард замер. Его взгляд скользнул с моих глаз на мои губы, задержавшись там на долгую, мучительную секунду. Напряжение между нами стало настолько осязаемым, что казалось, протяни руку — и посыплются искры. Его пальцы на моем запястье едва заметно дрогнули. Металл браслета между нами снова начал стремительно нагреваться, отдавая синим свечением.

— Ты играешь с огнем, девочка, — тихо произнес он, и в его голосе прорезалось низкое, утробное рычание дракона. — С очень опасным огнем.

Он резко отпустил мою руку и сделал шаг назад, разрывая эту удушающую близость. Мне показалось, что из комнаты разом исчез весь воздух.

— Завтра у вас практические занятия на полигоне, — уже холодным, официальным тоном добавил генерал, направляясь к выходу. — Посмотрим, что покажет твоя магия там. Спать, Ливия.

Дверь закрылась, и я услышал отчетливый щелчок замка снаружи. Я опустилась на подоконник, прижав горящую руку к груди. Мое запястье под браслетом все еще пульсировало от его прикосновения, а внутри меня, глубоко под замком имперских рун, впервые по-настоящему заворочалась чужая, огромная и горячая сила, требуя свободы.