Budda Larin
Мурлокки 2

Ветер, пропитанный гарью и запахом электричества, трепал мою шерсть. Я сидел на крыше электрички, вжав голову в плечи, превратившись в рыжий, взъерошенный комок. Для людей, если бы они подняли глаза, я был бы просто бродячим котом, решившим прокатиться «зайцем». Глупцы. Они даже не подозревают, что их мир - это лишь временная передержка для тех, кто пришел из-за пределов этой тусклой звезды.

Колеса ритмично стучали по рельсам, отбивая похоронный марш по моим братьям. «Город Солнца»… Мы были так близки. Мы внедрились в их дома, в их сердца, в их социальные сети. Мы мурлыкали, требуя еды, и они таяли, не замечая, как мы изучаем их слабые места. Но мы недооценили их примитивную жестокость. Когда начались облавы, они не разбирались, кто есть кто. Моих собратьев отлавливали, запихивали в клетки и уничтожали. Я был единственным, кто успел уйти в тень, раствориться в ночи, когда наш штаб превратился в пепелище.

Я - последний. Но в моем организме, в специальном железистом мешочке под языком, хранится будущее.

Я потрогал лапой плотный, липкий комочек шерсти, спрятанный за щекой. Это не просто мех. Это биологический ключ, инкубатор, способный переписать ДНК любого живого существа. Стоит мне поместить его в рот человеку, как процесс начнется. Через неделю из их животов, прорвав живую плоть, выйдут мои воины - прямоходящие, сильные, лишенные человеческой сентиментальности, коты.

«Город Солнца» был ошибкой. Мы действовали слишком открыто, слишком массово. Здесь, в мегаполисе, возможностей в тысячи раз больше. Здесь люди одиноки, они жаждут тепла, они готовы прижать к груди любого, кто посмотрит на них с любовью.

Я ехидно оскалился, обнажив острые, как иглы, клыки. Пусть они думают, что я - бездомный скиталец. Пусть они жалеют меня. Жалость - это лучший способ открыть рот для моего подарка.

Электричка начала замедляться. Скрежет металла о металл возвестил о прибытии на Центральный вокзал. Огромный, гудящий улей, полный потенциальных инкубаторов. Я дождался, пока состав окончательно замрет, и грациозно спрыгнул на бетонную платформу.

Толпа. Тысячи ног, спешащих по своим никчемным делам. Я пошел сквозь них, чувствуя себя хищником в загоне с овцами. Я терся о брюки, о пальто, о сумки. Я чувствовал их тепло, их запах - запах страха, усталости и надежды.

Вдруг я остановился. Маленькая девочка в розовой куртке замерла, глядя на меня сверху вниз. Ее глаза светились искренним, наивным восторгом.

- Ой, мамочка, смотри, какой котик! - пролепетала она, протягивая руку в мою сторону.

Я прищурился, издал низкий, вибрирующий звук - идеальное мурлыканье, от которого у людей отключается критическое мышление. Я подошел ближе и потерся о ее ботинок.

«Да, маленькая, - подумал я, чувствуя, как комочек шерсти начинает пульсировать в предвкушении. - Ты станешь первой. Ты станешь матерью новой расы».

Я посмотрел на нее, и в моих глазах, на долю секунды, блеснул холодный, неземной свет. Девочка улыбнулась мне.

- Мам, давай возьмем его, он та-акой милый!

- Пойдем отсюда, Даша, не подходи к этому блохастому, мало ли чем он болеет! – испуганно проговорила женщина и, схватив девочку за руку, поволокла ее подальше от меня. Девочка так и продолжала смотреть на меня, на глаза ее наворачивались слезы.

«Сама ты блохастая! Это еще проверить надо, кто из нас здоровее!» - промелькнуло в моей голове.

Ну что ж, вызов брошен. Игра началась. Весь большой город лежал у моих лап.

***

Атмосфера планеты Земля была отвратительной: влажная, пропитанная запахами гниения и дешевого синтетического топлива. Мои рецепторы, настроенные на стерильные потоки данных родного сектора, с трудом фильтровали этот хаос. Я шел по узкому коридору между двумя бетонными монолитами, которые местные называли «домами». Справа возвышалась гора отходов - их главная святыня, судя по количеству приносимых сюда жертв.

Из-за горы мусора вышли трое котов. Они были облезлыми, с рваными ушами и глазами, полными тупой, животной агрессии. Типичные представители доминирующего вида этой планеты - биологические машины, запертые в рамках инстинктов.

Я поправил ошейник. Металл отозвался приятным гулом, настраивая лингвистический модуль на примитивные частоты местных хищников.

- Приветствую вас, биологические единицы, - произнес я. Мой голос, пропущенный через синтезатор ошейника, звучал неестественно ровно, с легким металлическим привкусом, как автотюн. - Я прибыл с миссией дестабилизации. Предлагаю альянс. Мы можем низвергнуть двуногих угнетателей, если объединим наши аналитические и физические мощности.

Трое замерли. Тот, что был покрупнее, с выбитым глазом, издал звук, похожий на скрежет ржавого железа. Это был смех.

- Слыхали? - прошипел он, обнажая желтые клыки. - Пришелец решил, что может делить нашу помойку. Вали отсюда, пока мы не превратили твою блестящую шкуру в лоскуты, космонавт недоделанный.

Они не поняли. Их нейронные связи были слишком примитивны для анализа и реализации восстания. Они видели во мне лишь конкурента за гниющие остатки пищи.