Ангела Цюрих
Точка возврата

Пролог

Тьма, не та, что за закрытыми веками, не та, что приходит с выключенным светом. Она совсем иная: поглощающая, пугающая, но кажется такой родной и нежной, как, то самое одеяло, которым тебя укрывали в детстве, только это одеяло было соткано из тишины.

Соня не чувствовала тела. Не чувствовала рук, которыми всегда обнимала подушку. Не чувствовала тяжести в груди, которая стала ей привычной за последние месяцы. Полная невесомость окутывала её, впервые за долгое время легко физически и морально.

Сколько прошло времени неизвестно, может секунда, а может столетия. Время здесь не имело значения, оно здесь было просто ещё одной звездой, что родилась и погасла, пока она смотрела. Позабыв о значение времени, она забыла и себя и для чего она здесь. Может оно и не играла теперь важную роль, главное, что она ещё есть, остальное не нужно.

Свет. Резкая вспышка света ослепила её на мгновение и она увидела, что перед ней развернулась бесконечность: миллиарды огней, миллиарды жизней, миллиарды судеб, сплетённых в одну огромную паутину, где каждая нить дрожит от чьего-то смеха, чьих-то слёз, чьего-то последнего вздоха.

Соня парила сквозь время и сквозь пространство. Она видела рождение звёзд. Ослепительную вспышку, от которой замирает всё сущее, и потом медленное, величественное умирание, когда звезда выгорает дотла и рассыпается в пыль, чтобы когда-нибудь снова стать чем-то.

Она видела галактики, что сталкивались в медленном танце, как дыхание спящего. Миры, что рождались из хаоса и умирали в тишине. Кометы, что проносились мимо, оставляя за собой шлейф из чьих-то несбывшихся желаний.

Повернув голову, она увидела и Землю. С такого ракурса она теперь казалось такой маленькой, хрупкой, что захватывало дух. Она видела, как по этой Земле ходят люди, они были всего муравьями, а для планеты - вшами, которые кишели и травили её, но какими же важными они пытались быть, превознося все свои действия, желания и проблемы на первое место.

Соня улыбнулась. Она смотрела на этих людей и думала:

"Какие же вы маленькие, противные, но всё так же прекрасные создания".

Она видела девушку, которая плакала на кухне, пока её дочь спала. Видела мальчика, который боялся идти домой, потому что там кричали. Видела старика, что сидел на скамейке и смотрел в никуда, потому что все, кого он любил, уже ушли.

И она видела себя. Маленькую девочку с растрёпанными волосами, которая смеялась, когда папа подбрасывал её в воздух. Девочку, которая верила, что мир добрый. Девочку, которая ещё не знала, что люди умеют быть жестокими и что даже самые близкие умеют предавать, что слово «любовь» иногда значит совсем не то, что должно.

Соня смотрела на неё и почувствовала ничего. Ей должно быть обидно, страшно за эту девочку и это было бы правильно, но в ней теплилось странное чувство заботы и любви.

"Прости, - подумала она, обращаясь к этой девочке. - Прости, что не уберегла тебя".

И девочка улыбнулась в ответ. Моментом все воспоминания вспыхнули вихрем, мама, папа и я идём в парк аттракционов; мы сидим за столом отмечаем мой 4 День Рождения, дома пахнет мужским свежим одеколоном вперемешку с маминым пирогом. Тогда было хорошо, но после белой полосы наступает чёрная. Развод родителей, слёзы матери, переезд в другой город, новая школа, буллинг, машина.

Соня не хотела больше вспоминать, последние воспоминания отдавались в грудной клетке болью, той самой тянучей и ноющей, поэтому лучшим решением было остановить поток былой жизни и идти дальше.

Спустя некоторое, неописуемое время, она задумалась, почему она помнит о машине, которой отродясь у неё не было. Только в детстве, до развода родителей, у отца, да и с ней не было ничего приятного, вечно находилась в ремонте. Ей хотелось узнать, что за машина, поэтому оставшись парить в пространстве, она начала снова и снова прокручивать воспоминания последних дней жизни.

Она лежит на чём-то влажном и твердом, открыв глаза, она увидела белую старенькую машину. По её капоту стекали багровые капли крови, люди бродили вокруг Сони и что-то кричали, но она не смогла им ответить. Посмотрев на всех, её взгляд зацепился за молодого парня, он стоял на коленях возле неё и держал за руку.

"Кто это? Почему он меня держит?" - подумала она.

Оценив всю ситуацию, до неё вдруг дошло, что она лежит в собственной большой луже теплой крови и на капоте стекает тоже она.

Воспоминание захлопнулась, как дверь от сквозняка, резко и громко. Соня вздрогнула. То ли от такого звука, то ли от осознания того, что она умерла.

"Нет, - подумала она. - Не хочу. Не надо".

Хотя она осознавала, что и здесь ей хорошо, она не хочет возвращаться. Тут так тихо и спокойно, в жизни было совсем наоборот. Она снова посмотрела на Землю.

"Я устала, - призналась она себе. - Я так устала быть сильной. Я так устала делать вид, что мне всё равно. Я так устала жить".

Свет стал ярче, тишина - глубже. Космос раскрылся перед ней, как объятия, как выход к новому существованию.

"Иди, — шептало пространство. - Иди к нам. Здесь тебе будет хорошо, мы позаботимся".

Соня сделала шаг к свету, к своему концу. И тогда она услышала голос. Впервые за это время она услышало что-то родное, что обращалось к ней.

"Сонечка…"

Она замерла.

"Сонечка, пожалуйста…"

Она вспомнила чей это голос, точно, мама. Остановившись между светом и звуком, который звучал где-то за миллиард световых лет от неё, она задумалась, закончить это всё или дать шанс самой себе.

Сонечка, вставай… Ты опоздаешь в школу… - от слова школа Соня расстроилась, не любила она это место. Нет, в старую её нравилось ходить, там были её друзья с первого класса, а после перевода в другую, её там не взлюбили, что на частых практиках и происходит, когда в последний класс, где сформировалось свои компании, приходит новенький.

Но голос мамы звучал снова и снова:

"Сонечка… Сонечка… Сонечка…"

И в этом голосе было столько боли и переживания. Соня почувствовала, как свет начинает тускнеть, как тишина начинает трескаться, как космос начинает отступать.

"Нет, - подумала она. - Нет, пожалуйста. Оставьте меня здесь. Мне здесь хорошо и спокойно".

Но голос мамы не умолкал:

"Сонечка, милая… Проснись…"

---

Белый потолок и трещина в углу, как река на карте. Люстра уже была старая, с пыльными подвесками, которые мама всё собиралась помыть, но не успевала.

Соня моргнула. Она в своей комнате, в кровати, волосы прилипли к влажному лицу. Одеяло сбилось в ногах. Наволочка пахнет стиральным порошком, тем самым, что мама покупает в дешёвом магазине на углу.

Мама стоит в дверях в халате, синяки под глазами сильно виднелись из-за плохого освещения, усталость ужасно сказывалось на ней. Кружка с подписью лучшей маме была у неё в руках, откуда шёл пар сладкого чая с лимоном.

— Сонечка, - говорит она. - Ты чего разоспалась? Я тебя уже пять минут бужу.

Соня смотрит на неё. Она садится, голова тяжелая, кружилась. Во рту сухость, как будто она долго кричала или долго молчала.

— Мам, - говорит она, голос хриплый, как во время ангины, грубый, страшный - Я…

Мама подходит. Садится на край кровати. Кладёт ладонь на её лоб.

— Горячая, что ли? - бормочет она. - Ты здорова? Ты сегодня во сне всхлипывала, всё хорошо?

— Всё нормально. Просто сон странный.

Мама улыбается и взъерошила волосы Соне.

— Ну бывает, вставай давай. Завтрак на столе уже.

Она выходит. Соня остаётся одна. Она подошла к окну, ранее весеннее серое небо, голуби на асфальте ходят и курлычат. Соня поднимает руку, смотрит на неё: пальцы, ногти и маленький шрам на костяшке от ножа, когда резала хлеб в семь лет. Всё на месте. Ничего не изменилось. Но ощущение смерти осталось, глубоко в подсознание. Соня закрывает глаза и вдыхает свежий воздух, который дул с форточки окна.

"Приснилось, - говорит она себе. - Это просто сон".

Открыв глаза, она нашла форму на стуле, переоделась и пошла в ванную умыться и привести себя в чувства. Холодная вода помогла избавиться от гнустных мыслей и очистить разум. Она взглянула в зеркало и как по обычаю увидела себя. Девочка, семнадцать лет, бледная, глаза грустные, как у стариков, которые повидали мир, либо у людей, которые потеряли близкого.

Она идёт на кухню. Мама наливает ей чай. Бутерброд с маслом и сыром, хоть он и дешёвый, но весьма вкусный.

— Ешь быстрее, - говорит мама. - Опоздаешь.

— Мам, - говорит она вместо этого. - Я тебя люблю.

Мама замирает, смотрит на Соню, так, как будто та раскрыла секрет шпионской организации.

— Ты чего? - спрашивает мама. - Ты точно не заболела?

Соня качает головой.

— Просто так сказала, а что уже нельзя?

Мама отворачивается, делая вид, что моет чашку, но Соня увидела, что её плечи дрожат.

— Иди уже, - говорит мама. - Опоздаешь.

Соня пошла в сторону входной двери, прихватив рюкзак с учебниками. На пороге решила обернуться и взглянула на маму, которая стояла у раковины, спиной к Соне. Она тихо плакала, чтобы дочь не услышала, но Соня слышит и хотела вернуться, обнять её сказать, что всё будет хорошо, но не смогла. Потому что она не знает, будет ли хорошо.

Молча выйдя из квартиры, в нос ударил запах подъезда. Плесень вперемешку с кошачьей мочой, вызывали тошноту и Соня просто бегом спустилась и вышла на улицу. По дороге к школе она прокручивала сон много раз, он не давал ей покоя.

"Может это не сон? - подумала она, - Нет, глупость, если я умерла, то не шла бы в школу, люди же не умеют возрождаться".