Алекс Родионов
Черный кофе.

Глава

Ночь рассыпалась, как старая кинопленка. В ней не было тягучего вязкого мрака бессонницы или липких кошмаров. Она прошла стремительно, оставив после себя лишь звенящую пустоту глубокого сна и несколько редких, пронзительно ярких кадров полета души. Я помню их так отчетливо, словно смотрел на мир широко открытыми глазами сквозь хрустальное стекло иллюминатора.

Мы летели над холмами, поросшими седым от росы вереском. Душа пела — это была не метафора, а физическое ощущение вибрации в самой сердцевине моего «я». Мы скользили между старыми дубами, чьи кроны сплетались в бесконечный зеленый свод, проносились над чистым полем, где воздух был густым и золотистым. Там, у самого горизонта, бил ослепительный свет. Он не слепил, а притягивал, обещая абсолютное знание. Казалось, если подняться еще чуть-чуть выше, к этим голубым, размытым далям, можно коснуться предела совершенства. Там, за чертой света, заканчиваются все вопросы, боль, страх и время. Это было состояние чистого, дистиллированного восторга.

Реальность ударила по барабанным перепонкам резким, безжалостным электрическим треском. Мобильник зазвенел, вторгаясь в симфонию полета ржавым гвоздем. Звук отбросил сознание назад, вниз, швырнул его в тесную коробку спальни с низким потолком и люстрой. Пора вставать… Тяжесть земного притяжения навалилась на веки, на плечи, на грудную клетку. Медленно двигаясь, я бросаю пригоршни ледяной воды на лицо, пытаясь смыть остатки небесной невесомости. Пробуждаюсь.

Кухня встречает меня гулом старого холодильника и металлическим голосом чайника. Он стоит на плите, звонко подбрасывая пузырьки кипящей воды, и зовет, настойчиво требуя внимания. Его свист звучит почти членораздельно: «Быстрее ставь чашку. Заваривай черный кофе. С лимоном».

Я достаю тяжелую керамическую кружку цвета горького шоколада. Кладу две ложки мелкого, смоляного порошка. Заливаю кипятком. Вода мгновенно темнеет, становясь густой, как жидкий асфальт, но через секунду взрывается тысячей мелких воронок. Беру нож, отрезаю тонкий, почти прозрачный ломтик лимона. Желтый диск падает в черную бездну. Кофе шипит, возмущенно выдыхая эфирные масла, которые тут же смешиваются с цитрусовой кислинкой. Воздух наполняется терпким ароматом утра.