Виктор Лусто
Дефицит бюджета

Виктор Лусто

Дефицит бюджета

2026 год

Каким должен быть бюджет? Дефицитным? Профицитным? А, может быть, расходы должны быть равны доходам? Посмотрим, что об этом говорят разные ученые экономисты.

Отношение экономистов к дефицитному бюджету исторически менялось от категорического неприятия до признания его необходимым инструментом развития. В экономической теории выделяют три основных состояния бюджета: дефицитное (расходы превышают доходы), профицитное и сбалансированное.

Взгляды различных ученых и практиков на эту проблему можно разделить на несколько ключевых направлений:

1. Кейнсианство: дефицит как инструмент роста Основоположником политики дефицитного финансирования считается английский экономист Джон Мейнард Кейнс. Он утверждал, что в периоды спада или застоя государство должно сознательно идти на превышение расходов над доходами для «взбадривания» экономики.

Логика: Рост государственных вложений стимулирует совокупный спрос, создает рабочие места и обеспечивает полную занятость. Дефицит рассматривается не как признак кризиса, а как инструмент государственного регулирования конъюнктуры для обеспечения прогрессивных сдвигов в структуре производства.

Современная интерпретация: Эту мысль развивает российский экономист Михаил Делягин. По состоянию на август 2026 года он характеризует ситуацию с дефицитом федерального бюджета России (около 2,8% ВВП) через концепцию «денежного голода». По его мнению, нехватка ликвидности тормозит экономику, а бюджетный дефицит выполняет позитивную функцию: он насыщает рынок деньгами, оживляет деловую активность и парадоксальным образом может сдерживать инфляцию, выступая антидотом денежного сжатия.

2. Современный институциональный подход (российская практика) Российские финансовые власти придерживаются прагматичной позиции, рассматривая дефицит как управляемый риск. Министр финансов РФ Антон Силуанов призывает не пугаться дефицита, если ситуация находится под контролем и вписывается в бюджетные правила. Однако глава Минэкономразвития Максим Решетников указывает на тревожный сигнал — практически исчерпанные резервы российской экономики.

Оценка ситуации (2025–2026 гг.): Экономист Игорь Масленников отмечает, что текущая ситуация неординарна. Если в первом квартале 2025 года дефицит составлял 0,9% ВВП, то в аналогичном периоде 2026 года он вырос до 1,9% ВВП при падении доходов на 8,2% и росте расходов на 17%. При этом бюджетный импульс сократился почти вчетверо — до 0,4% ВВП.

Способы сокращения: Для балансировки предлагается оптимизация расходов без аритмии, возвращение ненефтегазовых доходов к плану (в том числе через «обеление» экономики и поддержку МСП новыми поправками в Налоговый кодекс) и осторожное увеличение госзаимствований (ОФЗ). Резкое форсирование займов нежелательно, так как процентные расходы уже высоки и могут сократить инвестиционный ресурс.

Структурные вызовы: Эксперты указывают на необходимость корректировки плана структурных изменений до 2030 года. Текущие отраслевые пропорции ограничивают долгосрочные темпы роста полутора-двумя процентами ВВП, что требует повышения гибкости институтов рынка труда и процедур банкротства.

3. Классическая школа и монетаризм: приоритет бездефицитности До 1930-х годов, а также в рамках современных консервативных подходов (например, монетаризма Милтона Фридмана), основным принципом финансовой науки считалась ежегодная бездефицитность. С этой точки зрения, хронический дефицит ведет к неизбежным негативным последствиям:

Инфляция: Монетизация дефицита (прямая эмиссия денег центральным банком для покрытия нужд правительства) увеличивает денежную массу, не обеспеченную товарами, что разгоняет цены.

Эффект вытеснения: Массовые государственные заимствования на внутреннем рынке повышают процентные ставки. Это делает кредиты слишком дорогими для частного бизнеса, который буквально вытесняется государством из финансового сектора.