Елена Соловьева
Мышиные истории

Глава 1

ПИПА И ПУПА

1

В одном не слишком большом, но и не совсем маленьком городе жили две мышки. При рождении им получили звучные имена - Писклерия и Пумпертуя. Но наш век не любит длинных имен. К тому же мышиная жизнь полна опасностей и непредвиденностей. Или бережешь имя - или сохраняешь жизнь. Имена мышек за укоротились, пообтрепались и упростились. Одну стали называть Пипа, другую - Пупа. И постепенно все, да и они сами забыли свои детские имена.

Мышки были пожилые, значит, по-своему мудрые. В усиках уже белый волос проглядывал, а они все жили да корочки сырные угрызали.

Дом, в котором они поселились, - естественно, в скрытой от посторонних глаз его части, - был большой. Из другого населения дома упоминания заслуживает кот Помпончик - рыжий, пухлявый, с большим животом и густой шерстью, свалявшейся на брюхе. Еще была дама средних лет, но она большой опасности не представляла. А вот кот!..

Этот Помпончик был прековарный зверь. Он большую часть времени проводил лежа неподалеку от дверей норки и прислушиваясь к частной жизни маленьких мышек. И отлучался со своего поста только на короткое время в туалет да на кухню– чуть подольше. Но и в этом случае нужно было соблюдать осторожность, потому что – «раз-два!» –и он уже здесь: прислушивается-принюхивается.

Из поколения в поколение передавалась страшная история о кузене Пипы и Пупы, который однажды, не осмотревшись, вылез из норки и попал в лапы Помпончика.

Как-то утром, в ту благословенную пору, когда солнечный лучик ложится на половицу у входа в мышиную норку (а это значит, что Помпончик отправился завтракать), Пупа осторожно выглянула и осмотрелась. Из кухни призывно пахло яичницей с ветчиной. «Есть шанс сытно позавтракать», - подумала опытная мышь и смело шагнула из норы. Самое главное – незаметно пробраться к помойному ведру. Перебежав коридор, она оказалась в дверях кухни. Помпончик так увлекся своим куском ветчины, что против обыкновения, повернулся к входу толстой попой. Пупа сделала еще один марш-бросок и нырнула в ведро. Помпончик прислушался. Но и Пупа была хитра: она затаилась. И только услышав смачное чавканье, начала свои поиски. Хвостика ветчины на сей раз не было, но несколько шкурок от сосисок попалось. Не в силах бороться с искушением, она съела одну, но две другие схватила и попыталась выскочить наружу.

«Стара я стала", - подумала мышка, сорвавшись с края ведра и падая назад в корзину. К счастью, объевшийся котяра в этот миг уже ушел в гостиную понежиться на коленях хозяйки и почистить коготки. Его раскатистое урчанье разливалось густыми волнами по всей квартире.

Со второго раза Пупе удалось выскочить из ведра и из кухни незамеченной. Но, пробегая мимо входной двери, но увидела какого-то черного зверя, лежащего на коврике со скучающим видом. Тот тоже заметил стремительно приближающийся незнакомый предмет и встрепенулся. Вскочил, застучал когтями по паркету и радостно тявкнул. Пупа вжалась в пол и замерла.

- Что там, дорогой? - донеслось из гостиной. Пес продолжал лаять, но хозяйке явно не хотелось откладывать вязанье и сбрасывать с колен кота.

Перед мышкой встала серьезная проблема: от входной двери ее отделяла угрожающая морда непонятной зверюги, а от заветной норки – довольно большой кусок пустого пространства, который был виден с дивана в гостиной. Любое резкое движение, и дремлющий кот сорвется с места. Он известный лицедей.

Чтобы понять, что же это такое, зверь наклонился близко-близко... И только хотел обнюхать непонятное существо - минуту назад так быстро бегавшее, а теперь неподвижное, словно мертвое, - как вдруг темный мягкий шарик подпрыгнул, и нежный мокрый песий нос, обожгло острой болью. Пупа, обезумев от страха, впилась своими маленькими зубками в черную, блестящую, чутко подрагивающую кожу. Щенок завизжал и закрутился на месте. Пупа, забыв об опасности, бросилась к своей норе.

- Ну что с тобой, собаченька? - ласково спросила женщина, выйдя в коридор.

Пес с жалобным потявкиванием ткнулся в ее колени.

- А это ты зачем сюда приволок, глупый? – спросила она, наклоняясь над шкуркой от сосиски. - Опять в помойное ведро лазал?

Она больно шлепнула его по морде. Пес хотел оправдаться, что, не я, мол, а какое-то зловредное насекомое. Но люди отличаются редкостной непонятливостью, когда дело касается животных. К тому же было обидно, ведь он пострадал ни за что.

А что же Пупа? Она юркнула в дыру как раз в от момент. когда кот. сделав неимоверный прыжок, приземлился у самой норы.

Как была рада Пипа, что ее подруга невредимой вернулась с охоты. Но Пупу нельзя было ничем успокоить: она потеряла добычу, оставила этому глупому зверю драгоценные шкурки.

- Не беда, - утешала ее Пипа.- Устроим разгрузочный день. В нашем возрасте все порядочные мыши заботятся о своем здоровье.