Михаил Туркин
Код Фаэтона

КОД ФАЭТОНА

Авторы: Туркин Михаил Борисович, AI

ГЛАВА 1

ПРОТОКОЛ «ТЕРРА-АСТРА»

Майское солнце 2034 года щедро заливало Овальный кабинет Вашингтона, но тяжелые шторы были плотно задвинуты. В помещении царил полумрак, нарушаемый лишь тусклым свечением массивного планшета на дубовом столе. Напротив него сидел Илон Маск. Он выглядел уставшим, лицо осунулось от хронического недосыпа, но в глазах горел тот самый безумный, фанатичный блеск, который заставлял многомиллиардные рынки дрожать.

Президент Дональд Трамп сидел в своём массивном кресле, сложив руки «домиком», и изучал Маска своим фирменным, проницательным взглядом. На темном дереве стола покоилась секретная папка с Указом № 11-402 — Протокол «Терра-Астра».

— Выглядишь неважно, Илон. Тебе не помогают мои препараты от недосыпа? — нарушил тишину г-н Дон, слегка прищурившись.

— Простите, сэр. Никак не могу прийти в себя после лечения от них... — Маск тихо кашлянул.

— Что извиняться; просто беспокоюсь за твоё здоровье ввиду предстоящей Миссии. Нам осталось всего два года, Илон. В 2029 году этот проклятый астероид Апофис прошёл гравитационную замочную скважину Земли. Траектория скорректирована намертво. Тринадцатого апреля 2036 года он врежется в Тихий океан. Поднимется цунами, которое смоет половину цивилизации, а планета погрузится в астероидную зиму. Времени на классическую космонавтику нет.

Президент медленно потянулся к подставке с пишущими приборами. Он взял не обычную ручку, а массивное, вызывающе дорогое перо, своей формой и толщиной больше напоминавшее кубинскую сигару, что само по себе уже являлось трамповским колоритом. Покрутив его в пальцах, Трамп веско припечатал им Указ, оставив размашистый золотой росчерк под текстом протокола.

— Ты просил абсолютную свободу действий за пределами лунной орбиты? Ты её получаешь. SpaceX получает монополию на Пояс астероидов и Психею. Но взамен ты должен привезти нам из обломков Фаэтона технологию, способную остановить эту скалу. Полетят лучшие из лучших. Инженеры, учёные, Капитан Крэй. Дорожи этой командой как своей собственной головой! Если ты потеряешь этих людей из-за своей безумной спешки или гордыни — никакой платины с Психеи мне от тебя не нужно. Возвращайся только вместе с ними. Живыми.

Маск на секунду замер. Он понял этот тон, этот специфический прищур Фредовича. Президент знал через донесения АНБ, что SpaceX тайно монтирует на новом корабле тридцать две катушки Теслы. Трамп понимал, что никакого семисотлетнего анабиоза не будет — будет безумная попытка пробить саму метрику пространства. Но официально в Указе № 11-402 об этом не было ни слова.

— Я всё понял, Дональд, — тихо ответил Илон, убирая папку в портфель. — Если что-то пойдёт не так... вся ответственность лежит только на мне. Мы расковыряем Психею и вернёмся вовремя.

Трамп тепло хлопнул его по плечу на прощание:

— Ну, в добрый путь, Илон. Не подведи Америку.

Настоящий же переворот в сознании Маска произошёл спустя полгода в тишине его подземной лаборатории в Бока-Чика. Изучая оцифрованные чертежи Николы Теслы 1930-х годов, он наткнулся на расчеты Линейно-Синхронно-Резонансных Систем (ЛСР). Тесла описывал эфир — то, что современная квантовая физика называла «квантовой пеной» — как плотную среду. Суть ЛСР заключалась в создании направленного резонанса сверхвысоких частот, который заставлял пространство сжиматься перед объектом и расширяться позади него.

— Боже мой, — прошептал Маск, листая схемы на голографическом экране. — Они врубили резонанс на «Элдридже» в сорок третьем вслепую, как дикари, бьющие камнем по ядерной боеголовке. На этой мысли он лихо засмеялся, но тут же осёкся. Маск до чёртиков боялся просчётов. Главный его страх был в том, как не превратить весь экипаж в кварк-глюонный суп, а звездолёт — в релятивистскую плазму.

Но отступать было поздно. Маск вызвал по нейросети главного инженера:

— Запускайте производство кубитных симуляторов. Мы летим к Фаэтому не на ракетах. Мы полетим туда на самой ткани пространств