Анатолий Бевза
Кто украл сны

Глава 1. Ночь без снов

Тася проснулась и поняла, что не помнит ничего.

Не то чтобы совсем ничего. Она помнила, как легла спать. Помнила, как мама поправила одеяло. Помнила, как Барон пробормотал что-то про печенье из своего угла. Но между «легла» и «проснулась» была пустота. Как будто ночь вырезали ножницами и выбросили.

Тася села в кровати.

– Странно, – сказала она.

Она всегда помнила сны. Не все, конечно. Но хотя бы кусочек. Иногда – летающих котов. Иногда – реку из какао. Иногда – что она умеет дышать под водой. А сегодня – ничего. Пусто. Как в выключенном телевизоре.

Она пошла на кухню. Мама сидела за столом и смотрела в чашку.

– Мам, – сказала Тася. – Тебе снилось что-нибудь?

Мама подняла голову. У неё были круги под глазами.

– Нет, – сказала она. – Я не спала.

– Совсем?

– Совсем. Я лежала, закрывала глаза, но сна не было. Как будто я просто выключилась.

– И я, – сказала Тася.

Мама посмотрела на неё.

– Ты тоже?

– Тоже.

Мама поставила чашку.

– Это странно, – сказала она.

– Это не странно, – сказала Тася. – Это дело.

Она вернулась в детскую и открыла шкаф.

– Пушистым – пушистое, тайнам – тайное.

Шкаф вздрогнул. Повеяло печеньем и мокрой шерстью. Дверца открылась.

Но Бюро выглядело странно. На столе лежала подушка. Обычная подушка. Но она была пустая. Как будто из неё что-то вытащили.

Глава 2. Бюро и подушка

Барон сидел на стуле. Он был в галстуке-бабочке, но выглядел очень сонным. Он зевал так широко, что было видно все зубы.

– Барон, – сказала Тася. – Ты спал?

– Спал, – сказал Барон. – Но не выспался.

– Почему?

– Потому что мне ничего не снилось, – сказал Барон. – Я закрыл глаза, а потом открыл. И всё. Никаких снов. Никакой сметаны. Никакого печенья. Ничего.

– И мне, – сказала Тася.

– И мне, – сказала Соня из угла.

Тася обернулась. Соня сидела на подушке. На ней была шляпка, а на шляпке – крошечная звёздочка. Звёздочка была бледная.

– Соня, – сказала Тася. – Ты видела что-нибудь?

Соня молчала. Она всегда сначала думает.

Тася подождала.

– Я видела перо, – наконец сказала Соня.

– Перо?

– Да, – сказала Соня. – Оно лежало у кровати. Оно было из сна.

Соня протянула лапку и показала перо. Оно было мягкое, воздушное, переливающееся. Но оно было бледное, как будто выцветшее.

– Это перо из сна, – сказала Соня. – Сны сделаны из перьев. Если перо падает, сон рассыпается.

– Как это? – спросила Тася.

– Сны – это как облака, – сказала Соня. – Они летают в голове. Если их потревожить, они рассыпаются. И тогда перья падают.

Барон подошёл к подушке. Он понюхал её.

– Подушка пустая, – сказал он. – Из неё вытащили сны.

– Кто? – спросила Тася.

– Тот, кто боится темноты, – сказала Соня.

– Почему?

– Потому что сны – это свет в темноте, – сказала Соня. – Если ты боишься темноты, ты хочешь, чтобы свет был только у тебя.

В этот момент из угла вылетел Плутень. Он был лёгкий, как пёрышко, но сегодня он был бледный.

– Я не видел снов, – сказал Плутень. – Я не видел ничего. Я просто летал в темноте и не знал, куда лететь.

– Бедный, – сказала Тася.

– Я не бедный, – сказал Плутень. – Я испуганный.

– Мы разберёмся, – сказала Тася.

Она достала блокнот и записала:

«1. Пропали сны.

2. Перо из сна лежало у кровати.

3. Подушка пустая.

4. Подозреваемый – тот, кто боится темноты.

5. Нужно понять, что такое сон».

– Тогда идём, – сказала Тася. – В спальный район. Там все спят. Может, кто-то видел.

– Идём, – сказал Барон. – И помните: если увидите сон, не будите его. Он может быть хрупким.

Глава 3. Спальный район

Спальный район был тихий. Это был район с большими домами, длинными улицами и множеством окон. Обычно вечером в окнах горел свет, а утром все просыпались и шли на работу. Но сегодня район был странный.

Люди ходили медленно. Они зевали. Они держались за стены. Они выглядели так, как будто не спали неделю.

– Извините, – сказала Тася женщине с коляской. – Вы не знаете, почему все такие сонные?

Женщина посмотрела на неё.

– Мы не спали, – сказала она. – Мы закрывали глаза, но сна не было. Как будто ночь – это просто темнота. А раньше ночь была... интересная.

– Интересная? – переспросила Тася.

– Да, – сказала женщина. – Раньше я видела сны. Про море. Про детство. Про бабушку. А теперь – ничего. Просто темнота.

Тася посмотрела на Барона.

– Это не просто пропажа, – сказала она. – Это потеря.

– Да, – сказал Барон. – Потеря снов – это потеря части себя.

– Почему?

– Потому что сны – это не просто картинки, – сказал Барон. – Сны – это то, как мы думаем ночью. Мы переживаем. Мы решаем. Мы отдыхаем. Если снов нет, мы не отдыхаем.

Они пошли дальше. На площади стоял памятник – мальчик, который спит. У мальчика были закрытые глаза и улыбка.

– Это памятник Сновидению, – сказала Соня.

– Кто это? – спросила Тася.

– Дух снов, – сказала Соня. – Он живёт в башне Снов. Он следит за снами. Если он устал или испугался, сны исчезают.

– Как Хранитель? – спросила Тася.

– Как Хранитель, – сказала Соня. – Но только Хранитель следил за временем. А Сновидение следит за снами.

– Где он живёт?

– В башне Снов, – сказала Соня. – На холме. За парком звёзд.

– Тогда идём, – сказала Тася. – Но сначала – в парк. Может, звёзды видели.

Глава 4. Ложный след: одеяло, которое тоже грустило

По дороге они встретили одеяло. Оно лежало на скамейке и выглядело очень грустным. Одеяло было большое, тёплое, с узором из звёздочек.

– Здравствуйте, – сказала Тася. – Вы одеяло?

– Я одеяло, – сказало одеяло. – Но я не грею.

– Почему?

– Потому что меня никто не укрывает, – сказало одеяло. – Все лежат и не спят. А если не спят, я не нужен.

– Но ты же тёплое, – сказала Тася.

– Тёплое, – согласилось одеяло. – Но тёплое – это для сна. А если сна нет, я просто ткань.

Тася задумалась. Она провела рукой по одеялу. Оно было мягкое, но какое-то поникшее. Тася уже знала: сны не украли. Их просто неправильно хранили. И одеяло – не вор, а такой же пострадавший.

– А вы видели что-нибудь необычное? – спросила она.

– Видело, – сказало одеяло. – Он приходил. Маленький, воздушный. С ушами. Он собирал перья.