Владимир Гудошник
Романтика отношений

Глава

Романтика отношений..

Вечер плавился в мареве дыма, растворялся в терпком запахе полыни и дешевом перегаре, густым туманом оседал на наши возбужденные тела. Мир вокруг сузился до этого клочка вытоптанной травы над пропастью оврага, где время остановилось, повинуясь ритму наших грубых, лишенных стыда движений. Твои пальцы сжимали мой с такой силой, словно пытались удержать саму реальность, ускользавшую сквозь пальцы, а я, захлебываясь собственным дыханием, вжимался в твою влажную горячую суть, чувствуя, как пульсирует под кожей сама жизнь. Мы были двумя животными, забывшими о человеческих законах, отдаваясь в жертву инстинктам, где каждый стон сливался с шелестом сухой полыни, а каждое неприличное слово становилось молитвой этому дикому, ночному божеству, наблюдавшему за нами из глубины темного оврага.

Земля под нами дышала холодом, пытаясь остудить тот яростный жар, который вырывался из наших грудей, но мы лишь глубже вгрызались в эту почву, словно пытались прорасти сквозь неё в самую бездну. Каждое мое движение было пропитано отчаянием и сладострастной яростью, каждый её ответ — судорожным содроганием, что откликалось во мне болезненным сладким спазмом. Мы не искали нежности, мы искали выхода, пытаясь выжечь из себя весь тот накопившийся мусор будней, что душило нас днем, превращая в безликие тени. Здесь, на краю пропасти, где звезды казались холодными глазами безразличных богов, мы были настоящими — грязными, растрепанными, обнаженными до самой сути, где не оставалось места для фальши или украшений. Воздух вокруг стал густым, почти ощутимым на ощупь, наэлектризованным от нашей общей агонии, которая вот-вот должна была взорваться финальным аккордом. Я чувствовал, как ты изгибаешься дугой, впиваясь ногтями в мои плечи, оставляя на них кровавые следы – единственные доказательства того, что эта ночь не была бредом. Мы слились в одно целое, в один сплошной нерв, вибрирующий на грани боли и экстаза, пока где-то далеко внизу, в черном брюхе оврага, шевелилась ночная тишина, готовясь поглотить нас вместе с нашими грехами, нашими криками и этой короткой, неистовой вспышкой жизни.