Алисия Гудерман
Тень Властелина

Глава

ТЕНЬ ВЛАСТЕЛИНА

Алисия Гудерман

Роман

АННОТАЦИЯ

Лика — обычная девушка из маленького городка, у которой нет ни знатного происхождения, ни магического дара. Её сила совсем в другом: в упрямстве, сострадании и странной способности слышать природу там, где другие слышат лишь тишину.

Однажды на городской площади появляется Ремарк — Тёмный Властелин Северных земель, правитель, перед которым склоняются даже самые сильные. Но Лика не преклоняет колени. Она ещё не знает, что этот поступок изменит не только её собственную судьбу.

Когда исчезает её младший брат, Лика отправляется в Северную крепость, чтобы вернуть его. Там между девушкой и властелином начинается история, в которой постепенно переплетаются древнее проклятие, Свет и Тьма, тайны прошлого и чувство, способное бросить вызов силам, существовавшим задолго до них.

Но чем ближе Лика и Ремарк подходят к разгадке, тем яснее становится: их встреча могла быть вовсе не случайностью. И чтобы обрести свободу, им придётся сделать самый трудный выбор — перестать быть оружием чужой воли и впервые выбрать друг друга сами.

Лика и Ремарк — встреча, с которой всё начинается.

Глава 1. Девушка, которая не преклонила колени

Я — обычная девушка по имени Лика из маленького городка, затерянного среди лесов и холмов. Наши дома жались друг к другу, словно люди здесь боялись остаться в одиночестве, а за последними улицами начинался лес — густой, тёмный и почти бесконечный. Я знала каждую тропинку вокруг города, каждый старый дуб и каждую поляну, где весной первыми появлялись лекарственные травы.

В нашем городе живут разные люди. Есть те, кто наделён магией. Они занимают все важные посты, обладают влиянием, уважением и властью. Их мнение имеет вес, а одно лишь имя способно открыть двери, перед которыми для остальных вырастает непреодолимая стена. Есть богатые. Те, у кого нет магического дара, но есть деньги. Они покупают себе уважение, связи и возможность добиваться желаемого. А есть такие, как я и мой младший брат Роберт.

У нас нет ни знатного происхождения, ни магической крови, ни особых способностей. И, если честно, раньше мне казалось, что это несправедливо. Теперь же я понимаю: иногда отсутствие привилегий становится единственным настоящим поводом научиться стоять на собственных ногах.

Когда была жива наша бабушка, она научила меня лечить людей травами и энергетическими камнями. Камнями, которые за долгие годы впитали в себя силу солнца, моря, ветра и земли. Поговаривали, что таких камней осталось совсем немного. Их почти невозможно найти, а уж почувствовать их энергию и того сложнее.

Я же никогда в это не верила. Люди просто разучились их чувствовать. Нужно было уметь настраиваться на их энергию, слышать её, ощущать то, что скрывается за холодной гладью камня.

С травами у меня была особая связь. Я могла разговаривать с ними.

Не словами — сердцем.

Стоило прикоснуться к стеблю, провести пальцами по листьям или вдохнуть аромат цветка, и я словно слышала тихий шёпот. Растения рассказывали мне о многом: какая из них сильнее, какая устала, какая способна снять жар, а какая — вытянуть яд из крови.

Бабушка говорила, что это тоже своего рода магия. Только не та, которой принято хвастаться.

Мой брат ещё совсем маленький. А родители….

Родители уехали несколько лет назад. Они отправились через лес в соседний городок и так и не вернулись.

Сначала мы ждали.

Потом искали.

Сначала вместе с соседями, потом своими силами.

Мы пытались найти хоть какую-нибудь весть, след, причину их исчезновения. Но лес молчал, а дорога не возвращала тех, кто однажды по ней ушёл. В конце концов мы остались вдвоём. Я и Роберт.

Денег от лечения людей и животных у нас было немного. Ко мне чаще всего приходили те, кто не мог позволить себе помощь настоящих магов. Такие же простые люди, как мы. Я брала ровно столько, сколько могла себе позволить попросить. Мне нужно было прокормить нас, купить одежду, благо лекарства я делала сама, и хоть немного отложить — на всякий случай. Потому что жизнь научила меня одному простому правилу: если не позаботишься о себе сама, никто другой этого не сделает.

За годы без родителей я привыкла рассчитывать только на себя. Стала прямолинейной. Упрямой. Наверное, даже слишком. И больше всего на свете я терпеть не могла, когда кто-то пытался распоряжаться моей жизнью. Особенно когда делали это якобы из лучших побуждений.

Соседка, например, постоянно повторяла, что мне давно пора выйти замуж.

— Лика, ну нельзя же всё тянуть на себе! — причитала она каждый раз, когда встречала меня у дома. — Найдёшь хорошего мужчину, он и тебя, и брата обеспечит.

Я обычно улыбалась и молчала.

Потому что объяснять ей, что я не собираюсь отдавать свою жизнь первому мужчине, который согласится взять на себя мои расходы, было бесполезно.

Другие тоже любили давать советы. Кому-то не нравилось, что я слишком самостоятельная. Кому-то — мой характер. Кому-то казалось, что девушке вообще не пристало иметь собственное мнение.

Но я давно научилась пропускать подобные слова мимо ушей. До того самого дня.

В тот день я отправилась на городскую площадь, чтобы встретиться со своей знакомой Анжеликой и передать ей лекарства.

Она держала небольшую аптеку неподалёку от центральной площади и сама же там работала.

Я пришла немного раньше и решила подождать её у городского фонтана.

Вода тихо стекала по каменным чашам, переливаясь в солнечных лучах. Вокруг кипела привычная жизнь: торговцы выкрикивали цены, дети бегали между лавками, кто-то спешил по своим делам.

Я уже собиралась присесть на край фонтана, когда вдруг заметила странное движение в толпе. Сначала один человек опустился на колени. Затем второй. Третий.

Через несколько секунд вся площадь словно застыла. Люди один за другим преклоняли колени, склоняя головы так низко, будто боялись даже случайно встретиться взглядом с тем, кто приближался.

Все.

Кроме меня.

Я нахмурилась.

И только тогда услышала приглушённый шёпот:

— На колени…

Я подняла взгляд. И увидела его.

Ремарк.

Тёмный властелин.

Правитель Северных земель.

О нём ходили десятки историй, и ни одна из них не была доброй. Говорили, что его боятся даже те, кто никогда не встречал его лично. Холодный. Жестокий. Невероятно сильный. Человек, который привык получать всё, чего пожелает, и никогда не объясняет своих решений. Кто-то называл его чудовищем. Кто-то — величайшим правителем своего времени. А кто-то просто предпочитал не произносить его имя вслух.

Сегодня он приехал в наш город за данью.

Его появление невозможно было спутать ни с чьим другим.

Чёрный плащ тяжёлыми складками спускался с плеч. На груди серебром блестела застёжка в форме неизвестного мне герба. Тёмные волосы были растрёпаны ветром, а взгляд…

Лучше бы я никогда не встретилась с ним глазами. В этом взгляде не было ни капли тепла. Только холодная, почти пугающая уверенность человека, который привык повелевать.

Ремарк спрыгнул с коня и передал поводья одному из сопровождавших его мужчин.

Затем двинулся вперёд.

Прямо через склонённую толпу.

— На колени, — снова прошептал кто-то рядом со мной.

Я посмотрела на людей.

На склонённые головы.

На испуганные лица.

На руки, сжатые в кулаки от бессилия.

И внутри меня поднялась знакомая злость.

Каждые полгода он приезжал за данью.

Каждые полгода забирал часть того, что люди с таким трудом зарабатывали.

Кто-то отдавал деньги.

Кто-то — урожай.

Кто-то последние запасы.

А затем весь город снова пытался выжить до следующего сбора.

Я прекрасно знала, сколько труда стояло за каждой монетой. Сколько бессонных ночей. Сколько пустых тарелок. Сколько детских слёз.

И потому…

Я не опустилась на колени.

Ремарк прошёл мимо нескольких человек. Ещё несколько шагов. И вдруг остановился. Прямо передо мной.

Я почувствовала, как площадь замерла.

Даже ветер, казалось, перестал дышать.

— Ты не слышала приказ? — его голос был спокойным.

Слишком спокойным.

Я подняла глаза.

— Слышала.

Несколько секунд он просто смотрел на меня.

— Тогда почему не подчинилась?

Я могла бы промолчать. Могла бы опустить голову. Могла бы сделать то же, что и все остальные. Но почему-то именно в этот момент мне совершенно не хотелось отступать.

Я медленно подняла подбородок и посмотрела ему прямо в глаза.

— Потому что вы мне не король.

Тишина.

Такая глубокая, что я услышала собственное сердцебиение.

Раз. Удар. Другой.

Где-то рядом тяжело сглотнули. Я краем глаза заметила Анжелику. Оказывается, она всё это время была на площади.

Она стояла на коленях совсем неподалёку и смотрела на меня так, будто я только что собственными руками подписала себе смертный приговор. Потом её взгляд метнулся к Ремарку. И она тут же опустила голову ещё ниже.

Я снова посмотрела на него.

Ремарк медленно наклонил голову набок.

На его лице не дрогнул ни один мускул.

— А кто же я?

В его голосе появилась едва уловимая насмешка.

Я сглотнула. Но отступать было уже поздно.

— Человек, который слишком привык к тому, что его боятся.

На площади стало ещё тише.

На губах Ремарка появилась улыбка. Едва заметная. Почти невидимая. Но от этой улыбки мне почему-то стало гораздо страшнее, чем от его гнева. В ней не было ни капли доброты. Только интерес.

— Интересно.

Он тихо хмыкнул и прошёл мимо меня.

Просто прошёл. Будто ничего не произошло. Будто я не ослушалась его приказа. Будто только что не бросила вызов человеку, перед которым склоняли головы целые города.

Я смотрела ему вслед и не могла понять, почему сердце до сих пор колотится так сильно.

Когда всё закончилось и люди начали медленно подниматься с колен, первым делом ко мне подбежала Анжелика. Она схватила меня за рукав и прошипела:

— Ты в своём уме?!

— Вполне. — ответила я.

— Ты хоть понимаешь, что сейчас сделала?

Я пожала плечами.

— Ничего особенного.

Анжелика посмотрела на меня так, будто я окончательно лишилась рассудка.

— Ничего особенного?! Лика, это Ремарк!

— Я знаю.

— Тёмный властелин!

— И это я тоже знаю.

— Он может уничтожить тебя одним приказом!

На этот раз я промолчала.

Анжелика тяжело выдохнула и оглянулась по сторонам.

— Я, конечно, понимаю, что тебе терять нечего, но ты хотя бы подумала о своём брате?

Я замерла.

Роберт.

Чёрт.

Я действительно не подумала.

В тот момент в моей голове была только злость.

Злость на Ремарка. На дань. На людей, которые вынуждены преклонять колени. На весь этот мир, в котором одни рождаются с властью, а другим остаётся лишь молча подчиняться.

Но у меня был Роберт. И если со мной что-нибудь случится…

Я впервые за весь этот день почувствовала не злость, а страх.

Мысли Ремарка

Кто она?

Этот вопрос не выходил у меня из головы. Я видел тысячи людей, которые преклоняли передо мной колени.

Видел страх.

Видел ненависть.

Видел покорность.

Но никогда — подобного взгляда.

Она смотрела на меня так, будто совершенно не понимала, почему должна бояться.

Или…

Понимала.

Но всё равно не боялась.

«Потому что вы мне не король».

Я невольно усмехнулся, вспоминая её слова.

Как она посмела?

Никто не говорил со мной подобным образом.

Тем более девушка, имени которой я даже не знал.

Она не представилась.

Не опустила головы.

Не отвела взгляда.

Просто стояла посреди площади, словно весь мир принадлежал ей.

И самое странное — меня это не разозлило.

Меня заинтересовало.

Я ещё раз прокрутил в памяти её лицо.

Зелёные глаза.

Упрямо поднятый подбородок.

И тот самый взгляд, в котором не было покорности.

Она запомнилась мне.

Девушка, которая не преклонила коле

Глава 2. Ненависть

После того как я передала лекарства Анжелике, пришлось задержаться в городе дольше, чем я планировала. Я прошлась по нескольким лавкам, купила кое-что необходимое для дома, заглянула на рынок. Время пролетело незаметно. Когда я наконец подняла голову к небу, солнце уже скрылось за крышами домов, а улицы постепенно погрузились в сумерки.

Наш городок был тихим и спокойным. Здесь все знали друг друга, а дети могли часами играть на улице, не вызывая у родителей особого беспокойства. Поэтому я совершенно не переживала, оставляя Роберта одного дома. Он давно привык к самостоятельности.

На вырученные за лекарства деньги я купила большой кусок мяса, картофель и немного овощей. По дороге домой уже представляла, как приготовлю вкусное рагу, а потом, как обычно, почитаю Роберту книгу перед сном.

Я невольно улыбнулась.

Мой маленький брат…

Я часто думала о том, каким он был раньше.

Когда родители собирались в последний раз отправиться в соседний город, отец настоял, чтобы мы с Робертом остались дома. Он собирался посмотреть новую мебель для дома и обещал вернуться через несколько дней. Роберт тогда ужасно хотел поехать с ними. Ему было всего четыре года. Он цеплялся за отца, просил взять его с собой, обещал вести себя хорошо, но отец был непреклонен.

И сейчас я впервые за долгое время поймала себя на мысли, что благодарна ему за это решение. Если бы Роберт поехал тогда вместе с ними…

Я даже не хотела думать, что могло бы произойти.

Сейчас ему уже девять. Он вырос самостоятельным, смышлёным мальчиком и старался во всём мне помогать. Иногда я смотрела на него и не могла поверить, как быстро он растёт. Мне хотелось дать ему нормальное детство. Хотя бы настолько нормальное, насколько это было возможно.

Я была погружена в свои мысли и потому не сразу заметила неладное. Только подойдя к дому, я остановилась. Калитка была открыта. Я нахмурилась. Мы никогда не оставляли её открытой.

— Роберт?

Ответа не последовало.

Я вошла во двор.

— Роберт, я дома!

Тишина. Слишком тихо. Я ускорила шаг и распахнула дверь.

— Роберт?

В доме никого не было. Я прошла из комнаты в комнату.

Пусто. Его нигде не было. Я выбежала обратно на улицу.

— Роберт!

Мой голос разнёсся по тихой улице.

— Роберт!

Я бросилась к соседям.

Он часто играл с их детьми, поэтому я надеялась, что он просто забыл предупредить меня и сейчас сидит там.

Но и у соседей его не оказалось. Я вернулась домой. Снова заглянула в комнату. Снова позвала. Ничего. Ни ответа. Ни шагов. Ни привычного:

«Лика, я здесь!»

Слёзы сами выступили на глазах.

Я медленно прислонилась спиной к стене. Ноги больше не держали меня. Я сползла на пол и обхватила себя руками.

— Роберт…

Голос сорвался.

— Роберт…

Я повторяла его имя снова и снова, словно это могло каким-то чудом вернуть его домой.

— Роберт…

Время остановилось. Не знаю, сколько я просидела на полу.

Несколько минут?

Полчаса?

Может, больше.

Но постепенно сквозь пелену отчаяния начали пробиваться мысли. И тогда я поняла. Я знала, кто это сделал. Солдаты Ремарка. Кто же ещё?

Он приехал сегодня в город. Я ослушалась его. Бросила ему вызов. И теперь он решил наказать меня. Но почему забрал Роберта? Почему не меня?

Я стиснула зубы.

— Это всё из-за меня…

Если бы я промолчала. Если бы просто опустилась на колени. Если бы сделала то, что делала сотни раз, когда слышала чужие советы. Почему я не могла хотя бы сегодня промолчать?

Анжелика была права. Я действительно сошла с ума.

Но сожалеть было поздно. Я резко поднялась. Если Ремарк решил использовать моего брата, чтобы заставить меня подчиниться, он сильно ошибся. Я найду Роберта. И верну его домой.

Я собрала небольшую поклажу.

Взяла немного еды, воду, тёплую одежду, лекарства и мешочек с накопленными деньгами. Накинула дорожный плащ. Из старой конюшне вывела свою кобылу. Перед тем как уехать, я забежала к соседям и попросила присмотреть за старым псом. О своём решении никому больше не сказала. Да и кому?

Каждая минута могла стоить Роберту слишком дорого. Я не знала, где он. Не знала, что с ним. Не знала, зачем он понадобился Ремарку. Но знала одно. Я должна была попасть в Северную крепость. Как можно скорее.

Я скакала всю ночь. Дорога казалась бесконечной. Холодный ветер бил в лицо, плащ развевался за спиной, а тёмный лес вокруг казался живым существом, наблюдающим за мной из-за деревьев. Кобыла устала. К рассвету её шаг стал тяжелее, и я решила сделать короткую остановку. Мы вышли к реке.

Я спешилась, подвела лошадь к воде и позволила ей напиться. Затем отпустила её немного пощипать густую траву на берегу. Эти места я хорошо знала. Я часто ездила сюда за травами для лекарств. Когда-то мы с Робертом приезжали сюда вместе. А потом искали здесь следы родителей.

Воспоминание неприятно кольнуло сердце. Я отвернулась. Достала из сумки кусок хлеба и немного вяленого мяса. Устроившись на берегу, стала есть. Именно тогда я услышала шорох.

Я резко подняла голову. Из-за деревьев появилась старушка с корзиной. Она выглядела очень старой. Настолько, что я удивилась, как она вообще одна ходит по лесу. Но двигалась старушка неожиданно бодро.

Она подошла ко мне и улыбнулась.

— Доброго утра, дитя.

Я настороженно посмотрела на неё.

— Доброго утра, бабуль.

Старушка присела рядом.

— Что ты забыла здесь одна, в лесу?

Я на мгновение задумалась. Почему-то мне не хотелось рассказывать ей правду.

— Еду в Северные земли.

Старушка посмотрела на меня внимательнее. Но ничего больше не спросила.

Несколько секунд она молчала, а затем тихо произнесла:

— Не угостишь старушку хлебом? Давно я здесь хожу…. уже и не помню, когда в последний раз ела.