Блеяние ягнят

Глава 1. Запах спелой хвои.

Осень в том году пришла рано. Холодные туманы спускались на долину по утрам, задерживаясь над полями так долго, будто старались спрятать деревню от наступающей зимы. Воздух пах влажной землёй, созревшим виноградом и дымом костров - таким запахом, который бывает только в маленьких французских селениях, затерянных между холмами. На окраине деревни, где старый каменный дом смотрел на поле пшеницы, стоял юноша. Он держал в руках вилы, но работа давно остановилась. Он вглядывался в горизонт, словно пытаясь разглядеть там что-то важное - может быть, далёкие города, о которых он слышал только в рассказах, или дороги, ведущие к морю. Но в тот момент перед ним была лишь спокойная полоска земли, с которой он вырос. Его звали Пьер. Ему было восемнадцать, и он никогда не покидал пределы своей провинции дальше ближайшего рынка. Его дни проходили между полем, домом и рекой, где он летом купался с соседскими ребятами, а зимой ловил рыбу с отцом. Мир был простым, понятным - и, как тогда казалось, вечным. За спиной послышались шаги.

— Ты опять смотришь, как будто увидишь там Париж, - тихо сказала мать, вытирая руки о передник.- Иди, помоги отцу. Сено само себя не сложит. Он улыбнулся, но не сразу оторвал взгляд от далёкой линии холмов.

— Конечно, уже иду, - сказал Пьер. Он воткнул вилы в землю, отряхнул руки и направился к амбару. Подойдя ближе, он облокотился на прохладную деревянную стену и заглянул внутрь. В амбаре, не разгибаясь, трудился отец - аккуратно укладывал стога сена, будто каждое движение имело особое значение. Пьеру совершенно не хотелось работать. Тело было здесь, но мысли бродили далеко: за холмами, дорогами, за границами привычной жизни. Он мечтал о чём-то большем, чем стричь овец и вспахивать грядки. Отец заметил, что сын стоит без дела.

— Что застыл, Пьер? Может, всё-таки поможешь? - сказал он чуть резковато, но без злобы.

— Да, конечно, - Пьер быстро пришёл в себя и подошёл ближе.

Они начали работать вместе, перекидываясь короткими фразами.

— Пап, есть какие-нибудь новости? - спросил Пьер, поднимая очередной стог.

Отец выпрямился, вытер пот со лба тыльной стороной ладони.

— Новости? Нам ничего не говорили. А что случилось?

— Да так... вдруг что... -Пьер помедлил. - Я бы хотел уехать в Париж. Учиться.

Отец положил тяжёлую, мозолистую руку ему на плечо. Несколько секунд молчал, будто взвешивая слова.

— Сынок... - тяжело вздохнул он. - А впрочем… неважно. Давай закончим с сеном, а потом иди отдыхать.

Пьер кивнул и снова взялся за работу, стараясь спрятать в себе то, что ещё только начинало рваться наружу. Закончив с сеном, Пьер со спокойной душой направился в дом и опустился в старое кресло у окна. Он мельком взглянул на часы - было всего три часа дня.«Неужели мне всю жизнь горбатиться в деревне, по локоть в навозе?» - с тоской подумал он, но тут же отмахнулся от этой мысли, словно от надоедливой мухи. Ему хотелось куда-то направить свою энергию. Он был молод, силён, словно полный пруд весенней водой. Ему нужно было лишь русло - место, где эти силы могли бы наконец обрести смысл. Но здесь, среди полей и курятников, он чувствовал, что утыкается в стены, которых никто не видит, кроме него.Вечером Пьер отправился на рыбалку, надеясь добыть что-то на ужин. Два часа онсидел у воды, слушая плеск нечётких теней в реке, но поплавок так ни разу и не дрогнул. Отчаяние уже подступало, и он почти собрался уходить, когда услышал знакомый голос.

— Пьер! Дружище! Как ты? Не клюёт? - весело выкрикнул Эмиль, появляясь из-за кустов. Пьер только хмыкнул, не поднимая глаз.

— Ага… будто рыба вымерла. Меня же дома прибьют, если я снова приду с пустыми руками. Не люблю я эту рыбалку. Эмиль на мгновение задумался, а затем лицо его просияло.

— Слушай, давай я половлю вместо тебя, а ты займись чем хочешь! Родителям скажешь, что сам поймал - всё равно никто не узнает. Пьер невольно улыбнулся. Он протянул ему удочку.

— Ладно… Я всё равно посижу рядом. Идти некуда, - сказал он и опустился на землю, подложив руки под голову. Мысли вновь уплыли в туман будущего.