Виталий Горчаков
Эпос Жизни и Смерти

ПРОЛОГ.

Небесный свод из бурых туч
Сходился над морями,
В озарении двух звёзд,
Замер в ожидании.

За ним лишь холод необъятный,
Над ним штыки торчащие,
Под ним мир кровоточащий,
Гнилой и мёртвый.

Воздух там пронзительно густой,
Наполнен звуками металла,
И отвратительный смок
Ластится по земле.

Сама Мать-Земля породила цикл как равную систему жизни и смерти. Но под гнетом времени её осквернили. Из желания продолжать жизнь возникло противоречие: создалась подсистема внутри системы, где рождение стали возводить в культ, а плоть превратили в сырье.

АКТ I.

1

Окровавленное нечто восстало средь
костей,
Из пота, крови, гноя встает
посреди полей,
Он рождён всего пару секунд,
Но уже желает смерти в хитиновом
гробу.

Создание нещадно хватается за
жизнь,
Но суть его рождения — материей
быть,
Для стен, дверей, замков,
Его плоть служит другим.

И в кровь его впускаются токсины,
Кожа истошно выделяет яд,
Теперь мир — кокон из костей,
Сливается с громоздкой грудой тел.

И из останков прошлого мира, для возведения своих жизней как предельный закон святости, возникла новая веха миропорядка. Сама прогрессия мира ушла в рецессию для того что бы новый закон мог существовать. От желания жизни, возникло желание в устройстве. Где устройство исполняло функцию улучшения жизни живущих. Гедонистический порыв, лежащий за гранью закона мира. Тем самым порождая новые образы жизни, которые буквально жили лишь для материального начала. Но тем же самым понимая роль свою, имея лишь понимание смерти как данности, эта вещь была для них понятна, так же абсолютно, как понимание не способности сосуществовать в этом мире. Рождаясь груды уродцев и полуживых превращались строения, заграждения и разделяли фактор жизни всецело. Но не потому, что это противоестественный ход, а потому что сама система в своей подсистеме искажена влиянием искусственно.

2

Дверь, что отворяется нажатием,
Нажатием на пульс вен,
Вен, что оживляют стены,
Наружный механизм.

И там за стенами волочат
Гору из мясных мешков,
Туда, где псевдо-мать рождает
горе,
Туда, где земля лишь инструмент.

И в этом здании-заводе
Цикличность мира абсолютна:
Ты был рождён для кости-крови,
Рождён материей из плоти.

И там за дверью потаенно
Сидит и точит нож мясник,
Для него сегодня бойня —
Лишь один из его дней.

3

Помесь чего-то людского
Сверлило стену из плоти,
Искало трепетно живность,
Мать, что подарит тепло.

То тепло крови, то тела,
Что сожрет оно с молоком,
И звук, похожий на рык,
Даже на вопль игривый,
Оно грубым тоном зовет.

Мать, что отказалась от плода,
Стоит неподвижно и отторгает
Своих новорожденных детей
Прямо в болото из трупов не-людей.

4

Паразитирующий сиамский близнец
Впускает истощающий токсин,
Он был не частью, необходимостью,
Что жизнь уничтожает в теле.

То тело что шагало по цехам,
Оно под тяжесть разложений пало,
Что б стать продуктом перерождений,
Массой из полу мяса.

Тело лежало на полу,
Близнец забрал все силы,
То тело теперь просто труп,
Труп ради новой жизни.

Эти создания противоестественны для земли. Их создавали лишь для одного - становление материалом. Разность изменилась в сторону культа - живорождённых. Их создавала не мать-земля, а средство исключительного гедонизма и телесных утех. Что же касается нижних, их создавал собор, оскверняя и заражая их специфическими симбионтами, которые в своей извращенной воле своих создателей изменяли их физиологию и биологию. Большая часть таких сущностей было материалом, другие их надзиратели и палачи, но в сущности они были одной массой. Массой порабощённых пост-святых, ужасно искажённых и заражённых бессмысленной верой в ложных богов, для которых их существования намного ценнее чем, жизнь даже самой земли.