Алла Ларина
Золушка для (не)наследника

Глава 1

Марк

Сижу за офисным столом и кручу в пальцах помолвочное кольцо. Оно передаётся в нашей семье из поколения в поколение.

Не реагирую на хлопок двери, потому что знаю, кто может врываться ко мне вот так, без доклада.

– Марк, ты себя в зеркале видел? Ты старше меня на пятнадцать минут, а выглядишь так, будто на пятнадцать лет.

– Макс, если ты по делу, то у тебя три минуты, если нет – свободен.

Брат закатывает глаза и разваливается в кресле напротив. Подавляю раздражение, готовое уже выплеснуться наружу.

– Две с половиной минуты, – чеканю жёстко и, потянувшись вперёд, аккуратно убираю кольцо в бархатный футляр, закрываю крышку.

Макс выпрямляется, следя за моими движениями.

– Так я и думал, – произносит с отвращением. – Ты всерьёз решил жениться? Вот так просто?

– Брак – это сделка, – выравниваю стопку листов лежащего передо мной контракта, составленного юристами, – Сделка должна быть выгодна обеим сторонам. Так что не «вот так просто», а по договору.

– И кто эта «счастливица»? – Макс изображает в воздухе кавычки пальцами.

– Одна из дочерей Константина Яворского.

– Первый раз слышу.

– Он недавно приехал с семьёй из-за рубежа. Его компании срочно нужны финансовые вливания, а нам нужен выход на европейский рынок. Мой юрист отправил Яворскому предложение, тот дал предварительное согласие.

– И сколько у него дочерей?

– Две.

– А которая станет твоей женой?

– Любая, мне безразлично. Главное – она должна уметь вести себя в обществе и быть способной родить мне наследника.

Братец отчётливо скрипит зубами.

– Если бы ты не был моим братом, Марк…

– То ты бы сейчас здесь не сидел, – обрываю его. – У тебя что-то ещё?

– Да, – цедит Макс. – Я пришёл стребовать с тебя долг.

– Какой ещё долг? – свожу брови.

– Кровный! – брат по-злодейски шевелит бровями.

– Что за…

– Не помнишь? – он откидывается назад, прищуривается. – Ты проиграл мне один спор.

– Это было чёрт знает сколько лет назад! – рычу в ответ.

– Долги надо отдавать, братец, – Максим наклоняется вперёд. – Но я добрый. Поэтому даю тебе выбор. Либо ты сейчас соглашаешься с одной моей, скажем так, идеей, либо на твоей свадьбе произойдёт грандиозное фиаско! Уж поверь, я его организую!

Устало сжимаю переносицу пальцами. Макс может. Мне в целом было бы наплевать, если бы не… репутация, которая в мире акул бизнеса зарабатывается п о том и кровью, и которую очень легко испортить. Любой конкурент будет счастлив раздуть скандал и обрушить стоимость акций.

– Допустим, – начинаю медленно, – только допустим… что я соглашусь. Чего ты хочешь?

Глава 2

– Энджи, как тебе это платье? – Пенелопа вертится перед зеркалом в спальне.

– Ну не знаю, Пенни, на мой взгляд, оно тебя полнит, – тянет Анджелина, развалившаяся на кровати.

– А на мой взгляд, – передразнивает её Пенелопа, – ты просто завидуешь! По-моему, очень аппетитно.

Я прикусываю губу, отворачиваюсь, чтобы не выдать себя даже намёком на улыбку, и продолжаю развешивать в гардеробной сегодняшние покупки двух своих сводных сестриц. В этом платье Пенелопа действительно весьма аппетитна – напоминает колбасу, перетянутую верёвочками.

– Девочки, – после стука в комнату стремительно входит отец.

Точнее, отчим. Константин Яворский. Когда-то я звала его папой. Когда мама была ещё жива. Теперь у меня язык не повернётся так к нему обратиться. Особенно после того как он сообщил, что моя учёба в университете обошлась ему слишком дорого, поэтому все эти деньги я должна вернуть.

– У меня отличные новости! – мужчина потирает руки. – Завтра вы встретитесь с Марком Громовым!

Анджелина с Пенелопой синхронно ахают, а я невольно морщусь. Этим Громовым они за последние несколько дней все уши прожужжали.

– Его холдинг по традиции раз в году весной устраивает шикарный корпоратив, и мы все обязаны на нём быть!

Я выхожу из гардеробной, закончив работу.

– А, это ты, – равнодушно кивает отчим. – Ты тоже едешь.

– Что?!

– Папа, почему?!

Сёстры возмущаются одновременно.

– Тихо! – обрубает он. – Громовы почему-то решили, что в этом году темой будет маскарад. Объявили внезапно, поэтому маски и что-то типа костюмов поверх одежды будут раздавать на месте, так что девушкам настоятельно рекомендовано взять с собой помощниц. У кого, конечно, есть для этого возможность, – хмыкает высокомерно. – Все должны видеть, что мы можем себе это позволить.

– И что, никто не увидит моего шикарного наряда под каким-то дурацким костюмом? – фыркает Пенелопа. – Что за глупость!

– Прикуси язык! – рявкает на неё отец. – Громов – мой будущий партнёр! И будущий муж одной из вас! Так что ведёте себя, как невинные овечки. От того, как вы себя покажете, зависит, кого из вас он выберет!

Сёстры ревниво косятся друг на друга, а я выскальзываю за дверь.

Этот Громов заочно не вызывает у меня симпатии. Жениться по договору, даже не знакомясь толком со своей будущей женой – фу, он как будто вещь в магазине выбирает. Слышала я, как отчим говорил, что Громову просто нужно расширение собственного бизнеса – и наследник в качестве «бонуса». Ну, как говорится, флаг в руки и паровоз навстречу. Любая из моих сестриц составит достойную пару человеку с кассовым аппаратом вместо сердца.

Следующий день проходит для меня под знаком нескончаемой беготни. Анджелина с Пенелопой устраивают локальный ад, собираясь на чёртов корпоратив, и гоняют меня то за одним, то за другим. А ведь мне ещё ехать туда с ними и, похоже, торчать на этой тусовке до самого окончания, потому что ради меня одной никто, конечно, машину гонять не будет. А такси вызывать не хочу – нужно экономить каждый рубль.

Спасаюсь я только мыслью, что уже завтра у меня назначено первое собеседование. Скорее бы выйти на работу и начать отдавать долг. Ведь отчим в буквальном смысле заставил меня подписать кредитное обязательство! И пообещал в случае чего устроить весёлую жизнь. Так что чем быстрее я начну зарабатывать – тем лучше.

До выезда остаётся буквально полчаса, когда мне, наконец, удаётся быстро принять душ, соорудить простую улитку на голове – с моими волосами сладить сложно, да и времени на это нет – и натянуть своё единственное условно вечернее платье.

Осматриваю себя в зеркале. Наряд был куплен давно. Поправиться я не поправилась, скорее наоборот, похудела, но вот верхние девяносто округлились. И теперь платье обтягивает меня в районе груди практически на грани приличий. Ну да ладно. Кто там будет на меня смотреть?

Корпоратив проходит в каком-то очень крутом клубе. Огромное двухэтажное здание с несколькими залами. В машине слышу, как сёстры шепчутся, что вся элита и топ-менеджеры будут на втором этаже, а народ попроще – на первом.

Мы заходим внутрь, и Анджелине с Пенелопой сразу вручают огромные шикарные маски, украшенные стразами и перьями, а ещё что-то типа полупрозрачных сетчатых плащей, слегка мерцающих в клубном освещении, которые набрасываются на плечи, но одежду не скрывают.

– Люба, что ты стоишь! – шипит в мою сторону Пенелопа. – Помогай!

Торопливо подхожу и начинаю аккуратно закреплять на её голове завязки маски, чтобы не испортить причёску. Потом так же помогаю Анджелине, думая о том, как, наверное, забавно мы смотримся со стороны. Две разряженные девицы с оригинальными именами и я – Любаша в простом и старомодном голубом платье.

Сёстры моментально растворяются в толпе, а меня ловит за локоть отчим, о котором я уже успела забыть.

– Раз не уезжаешь, на глаза никому не попадайся, ясно? Найди себе какой-нибудь угол и не отсвечивай. И на второй этаж за нами не вздумай соваться! Увижу тебя с кем-нибудь из гостей – и можешь забыть про отсрочку, которую я тебе дал, поняла?!

Киваю, и меня отпускают. Мужчина уверенной походкой идёт к лестнице, исчезает в толпе, а я оглядываюсь. Мне и без угроз ничего не хочется, так устала за сегодня. Сейчас сяду где-нибудь и отдохну, наконец.

– Что же вы не в маске? – слышу мужской голос.

Глава 3

Ко мне обращается один из сотрудников, которые встречают гостей.

– Ой, нет, я… мне не нужно…

– По распоряжению генерального директора все должны быть в масках, даже сопровождающие, – качает головой он, видимо, заметив мою недорогую одежду.

– Подождите, сейчас, было у меня тут что-то подходящее.

Копается в коробке и достаёт голубую маску почти в тон моему платью, обшитую по контуру чёрным кружевом, закрывающим б о льшую часть лица.

– Вот, наденьте!

– Спасибо, – я беру маску и отхожу в сторону, освобождая проход другим людям.

Завязать кружевное недоразумение с моей причёской не получается, поэтому, плюнув, вытаскиваю шпильки из волос. В конце концов, они и в распущенном виде смотрятся хорошо – рыжеватая слегка вьющаяся копна спускается ниже лопаток. Ну вот, теперь завязки надёжно закрепляются на затылке.

Оглядевшись, ныряю в какой-то проход и оказываюсь в большом зале, подсвеченном перемещающимися цветными лучами прожекторов. Народу довольно много, но толкучки нет, и музыка играет вполне себе, не бьёт по ушам басами.

Медленно иду по периметру зала, выглядывая местечко, где можно присесть. Ноги гудят – мало того, что бегала по поручениям весь день, так ещё и пришлось надеть туфельки на тонкой шпильке. Причём не свои, а старые мамины. Своих под это платье у меня нет. А у мамы ножка была на размер меньше, и туфли ужасно мне жмут.

Наконец, вижу свободный небольшой диванчик в углу и сажусь. Сбоку ещё стоит какая-то раскидистая пальма, и если отклониться немного назад, меня почти не будет видно.

Со стоном облегчения скидываю намявшую мне пальцы обувь и поджимаю ноги под себя. Жаль, конечно, что маму я переросла… Раньше мне так нравилось наряжаться в мамины платья и мерить её туфельки. Печально рассматриваю немного ободранный каблук. Эти были мои любимые.

– У вас всё в порядке? – раздаётся вдруг низкий голос, и я вздрагиваю от неожиданности.

– Д-да, спасибо, – киваю, вжимаясь в спинку дивана.

Прямо напротив меня стоит высокий мужчина в костюме. Угол здесь тёмный, да ещё и прожекторы светят практически ему в спину, поэтому я не могу разглядеть лица.

– Вы не против, если я присяду? – он делает шаг вперёд.

– Нет, не против, – сдвигаюсь чуть в сторону.

Ну что за напасть! Так надеялась посидеть спокойно.

– Не сочтёте грубостью, если я не буду вести светскую беседу? – говорит незнакомец внезапно. – Весь вечер рта не закрывал, хочется немного отдохнуть.

– Не сочту, – облегчённо улыбаюсь и немного расслабляюсь, – давайте позволим себе роскошь помолчать!

– Отлично сказано, – замечаю кинутый из-под простой чёрной маски острый взгляд.

Мужчина садится, а я отворачиваюсь и погружаюсь в свои мысли, рассеянно следя за разряженной толпой. Блеск и порок – вот два слова, которые приходят на ум. А ещё – деньги. Всё всегда упирается только в них.

– Купить можно всё. Вопрос цены и качества.

Вздрогнув, поворачиваюсь к своему соседу, о котором успела забыть.

– Как вы…

– Вы ведь сейчас думали об этом, верно? – мужчина жёстко усмехается.

– Я думала о том, что иногда гниль не скрыть и десятью слоями позолоты, – отвечаю ему в тон.

В его глазах мелькает интерес.

– А вам важно, что там под позолотой? – продолжает он странный разговор.

– А вам нет? – пожимаю плечами. – Честно говоря, мне неважна сама позолота. Она, знаете ли, стирается со временем. Крепкое здоровое полированное дерево куда надёжнее.

Он вдруг откидывает голову назад и раскатисто смеётся.

– Что я такого сказала? – растерянно смотрю на него.

– Ничего, – мужчина смотрит на меня так, будто увидел что-то неожиданное, и внезапно говорит: – Потанцуйте со мной!

Встаёт и протягивает руку. Тон не предполагает отказа – это команда, а не приглашение.

– Нет, – выпаливаю быстрее, чем успеваю подумать. – Простите, – добавляю тут же.

– Почему? – над маской изгибается тёмная бровь.