Кай Тмонаэр
Чужой класс

Чужой класс

В тот день первым уроком у меня должна была проходить контрольная, а я как назло опять опаздывал. Как можно было проспать ещё и сегодня, в такой важный день? На ходу скидывая куртку, я чуть не сбил гардеробщицу с ног и убежал на третий этаж под её недовольные крики мне вслед. Наш кабинет, находившийся в самом конце коридора, был открыт, и я не глядя забежал в него, сел за заднюю парту и залез в рюкзак, надеясь найти в нём хотя бы ручку.

Наконец разложив всё на своей парте, я сел поудобнее и откинулся на спинку стула, тяжело дыша и глядя в потолок, на тускло светящую лампу, которая иногда мигала, издавая тихое успокаивающее жужжание.

Странно, что я слышал её.

Подумав об этом, я резко выпрямился, не понимая, почему в кабинете стояла такая тишина.

Никто во всём классе не шевелился.

Все ученики молча сидели, склонив головы, и никто из них даже не повернулся в мою сторону, но при этом я всё равно будто ощущал на себе их холодные взгляды.

Учительница стояла у доски, немного склонив голову набок и держа руки перед собой. Так, будто всего пару секунд назад рассказывала классу что-то очень интересное, только вот теперь и она не двигалась, а лишь странно улыбалась. Так широко и радостно, будто прямо на её глазах произошло что-то поистине прекрасное, хотя у меня её улыбка таких чувств не вызывала.

Но это было не единственное, что волновало меня.

Внезапно я понял, что совсем не знаю этих людей. Наверно, я случайно забежал не в свой класс, а это… розыгрыш такой? Специально для чужого ученика?

Я чувствовал себя полным идиотом. Собрав все свои вещи, я взял рюкзак и уже собирался выйти, как вдруг услышал чей-то голос.

— И куда это ты собрался? Урок, вообще-то, только начался.

От резкого звука я подскочил на месте и отдёрнул руку от уже приоткрытой двери так, будто делал что-то незаконное.

— Извините, я, кажется, кабинетом ошибся… я пойду, — с трудом пробормотал я, чувствуя, как начинаю краснеть.

Я уже был готов к тому, что весь класс разразится смехом, а мне придётся с позором бежать, но в кабинете не послышалось ни звука, а ученики всё так же неподвижно смотрели куда-то вниз.

Учительница задумчиво отвела взгляд, и улыбка на пару секунд исчезла с её лица.

— Как же так? Я ведь точно помню… — забормотала она и взяла со стола журнал. — Нет-нет-нет! Никакой ошибки! Ты есть в списках! «Кабинет 401, Егор Пашин», верно?

— Верно, — кивнул я. — Но только номер кабинета…

— Раз всё верно, занимай своё место и не срывай мне урок! — прервала она меня, и под её выжидающим взглядом мне пришлось подчиниться.

Но вытаскивать вещи обратно из рюкзака я не спешил — хотя имя в списках действительно оказалось моим, я всё же был уверен, что это ошибка.

С громким хлопком уже приоткрытая мною дверь закрылась сама по себе, и я услышал щелчок, будто бы ключ поворачивался в замочной скважине.

Начался урок.

Учительница что-то говорила, кажется, проводила перекличку, но я её не слышал. Я пытался бороться с подступившей паникой. Меня что, правда заперли здесь? Да быть такого не может, это какая-то ошибка!

Не зная, что делать, я попытался заговорить со своим соседом по парте, который до этого момента сидел, склонив голову, совершенно не обращая на меня внимания.

— Слушай, ты можешь мне помочь? Я, правда, случайно тут оказался, кабинеты перепутал. Я думал, что это триста девятый, но она меня не слушает…

Я хотел добавить ещё, что понятия не имею, каким образом оказался в списках, и что, возможно, это вообще какой-нибудь другой Егор Пашин, но учительница внезапно повернулась в нашу сторону.

— Я вам не мешаю?

Я замер, глядя то на неё, то на соседа, который сжался ещё сильнее, будто пытаясь спрятаться под парту, и дрожал.