Reigon Nort
Особняк закрывается

Глава последняя.

Мокрая сосновая ветвь наклонилась под натиском крепкой руки, и на брусчатку из леса вышли двое мужчин.

— Вот он, этот особняк, — высокий черноволосый мужчина кивнул на, стоявшее на вершине холма, здание, площадью с два футбольных поля.

— Тааак и есть, — любил растягивать гласные пепельный блондин с лицом юноши и взглядом старика.

— Серый, готический, не освещён. Осталось только, чтобы молния ударила в крышу — тогда все поймут, что это логово злодея.

В крышу особняка ударила молния.

— Идём! — пепельный блондин вяло провёл по лицу рукой, вытирая капли ливня. Его серый плащ прекрасно защищал от влаги тело, но он не имел капюшона, оставляя голову и лицо пребывать во влажном холоде.

— Ну конечно, — черноволосый мужчина поправил свой чёрный плащ, у которого тоже не было капюшона, — мы попрёмся туда только потому, что ты так сказал! Мотивацию-то нам не прописали. Хоть бы у кого-то из нас жену там держали в плену или ещё какого-нибудь родственника, это хоть и жуткое клише, но хоть какая-то мотивация. Всё равно лучше, чем ничего!

— Хозяин этого особняка — мой отец. Он ставит опасные опыты над людьми, а я, как его сын, обязан его остановить: дети должны исправлять ошибки родителей! — мужчина в сером плаще хмуро посмотрел на собеседника.

— Ты это сейчас серьёзно или врёшь? — не доверяя напарнику, мужчина в чёрном плаще прищурился, смотря прямо тому в глаза, однако ночью и в грозу мало что видно.

— А вот думай теперь, гадай. Тебе нужна была мотивация — я дал тебе мотивацию. Я пытаюсь исправить ошибки отца, а ты, как верный друг, мне в этом помогаешь. Тоже не самый оригинальный ход, но не так заезжено, как похищение жены, — не дожидаясь ответа, он пошёл к особняку своего предка.

— А, ну, конечно, давай всю работу за автора будем делать: вместо него мотивацию сами себе придумаем, характер злодея пропишем. Можем ещё корчить из себя необразованных людей, чтобы автор мог не соблюдать правила орфографии и потом говорить, что так оно и было задумано, для достижения специального эффекта! — гневно всплёскивая руками, он пошёл следом за напарником.

— Не подавай ему глупых идей. Хватит и так клишированного особняка, и того, что мы идём в него ночью в грозу, поскольку он не смог придумать другого способа достижения пугающей атмосферы. Вот смотри, сейчас пойдёт несколько абзацев о том, какое чёрное небо, какие устрашающие раскаты грома, и таинственные покачивающиеся на ветру кусты, — мужчина в сером плаще продолжал бодро вышагивать к дому.

Чёрные грозовые тучи затянули всё небо, едва пропуская скромный лунный свет. В серых едва различимых лужах искажалось пространство: всё то немногое, что они могли отражать, они показывали мерзким отталкивающим и пугающим. Под навалом дождя, кусты шелестели, шепча угрожающие предостережения; качались, словно пытались переместиться; сверкали, будто лезвиями ножа, мокрыми листьями, попавшими под тонкий лунный свет.

— Переоценил ты его: не хватило автора на два абзаца описаний — едва одним обошёлся, да и то небольшим, — мужчина в чёрном плаще аккуратно ступил на крыльцо особняка, глядя в спину, вставшему возле двери, напарнику.

— Пууусть так. Нам с тобой больше места на страницах рассказа останется, — пепельный блондин приоткрыл дверь и протиснулся внутрь, осторожно осматриваясь.

— И то верно: рассказ небольшой — нечего его забивать долгими описаниями, — мужчина в чёрном плаще широко распахнул дверь и ворвался в особняк, вертя головой по сторонам в ожидании нападения.

Раздражённо поморщившись громкому поведению компаньона, пепельный блондин размеренно пошёл в правое крыло особняка, глядя строго перед собой, будто был здесь прежде:

— Не стоит так шуметь: тех, с кем нам предстоит тут сразиться, врасплох не застать. Шумом ты только наводишь ненужной суеты.

Сверкнула молния. Коридоры на мгновение озарились серебристым светом. Раздался гром. Его трещащая канонада безжалостно ударила по окнам, заставив их дрожать и звенеть.

— А что, сопротивления никакого не будет? Никакой охраны особняка? Мы вот так вот просто войдём? — черноволосый мужчина в таком же чёрном плаще растерянно стоял в центре холла и, разведя руки, пожимал плечами.

— Экшен сцены припасены на потом, — пепельный блондин подошёл к массивной стальной двери, закрытой на кодовый замок.

— Вообще, произведения лучше начинать с действия, чтобы сразу завлечь читателя. Автор-то неопытный, — самодовольно улыбнувшись, мужчина в чёрном плаще пошёл в правый коридор, собираясь выбить металлическую преграду.

— Какой есть, — не раздумывая ни секунды, пепельный блондин ввёл четыре цифры в кодовый замок, и дверь открылась.

— Так ты знал код! Всё-таки ты бывал здесь прежде! Мы, правда, идём сразиться с твоим отцом! — Улыбка переросла в дружеский смех.

— Нееет. Код написан на стене. Я увидел его и ввёл. Автор просто забыл об этом написать, — он хмуро кивнул на участок стены напротив себя.

Мужчина в чёрном плаще посмотрел в указанную точку и увидел четыре цифры написанные белым мелом:

— Вот же халтурщик! Не мог нормально сцену написать. А ещё лучше, какую-нибудь головоломку придумать, чтобы решив её, мы узнали код. Охраны нет; код написан едва ли не напротив двери; как-то это всё нелогично, — мужчина в чёрном плаще схватился за голову, крепко жмурясь.

— Чем больше ты задаёшь умных вопросов, тем хуже выйдет рассказ. Прекрати это делать! Ты же хочешь, чтобы люди дочитали нашу историю? — пепельный блондин скрестил руки на груди, немного отрешённо взирая на собеседника.

— Конечно, хочу! Но, если честно, меня не особо радует быть героем всего лишь рассказа: мелковато это для меня. Я чувствую, что создан для большего. Я рождён, чтобы быть героем романа. Даже целого цикла романов: книг на восемь, не меньше. И каждая на семьсот страниц минимум, — приложив правую руку к левой груди, он поднял голову, уводя взгляд почти в потолок, и выпрямился, словно на параде, принимая до нелепого горделивый вид.

— Радуемся тому, что есть, — холодно приняв речи напарника, пепельный блондин посмотрел на уводившую вниз и в глухой мрак лестницу. Поводив взором по сторонам, он залез левой рукой под плащ и достал оттуда факел. Затем правой извлёк из бокового кармана зажигалку.

Короткий всполох бензиновой зажигалки, и факел загорелся, давая не только свет, но и обжигающее руку тепло.

— Меня больше беспокоит то, что произведение достигло середины, а нас так и не представили. Неужели читатели весь рассказ будут отличать нас только по цвету волос и плащей? — хмуро взирая на огонь факела, мужчина в чёрном плаще скривил губы, собирая их в морщинистую волну.

— Что тебе мешает назвать своё имя прямо сейчас, без всяких причин? — слегка пригнувшись, пепельный блондин шагнул на лестницу, вытягивая руку с факелом вперёд.

— То, что этот писатель не придумал нам имена, перед тем как начать писать рассказ! — раздражённо шмыгнув носом, мужчина в чёрном плаще тоже пригнулся и пошёл следом за напарником.

— Возьми и придумай себе имя. Из-за дня рождения отца автор взял перерыв в написании нашего рассказа на сутки. Быть может, он придумал нам имена, — всё ещё всматриваясь в темноту перед собой и щурясь от слепящего пламени факела, пепельный блондин уверенно спускался, точно попадая на ступени.

— Абрум. Чёрт побери, и это моё имя?! — мужчина в чёрном плаще раздражённо дёрнул головой, едва не поскользнувшись от этого: в отличие от напарника, он не шёл во тьму столь чётко и бодро.

— Дааа, недалеко в словарь заглянул… — Оставив за спиной последнюю ступень, пепельный блондин ускорил шаг, чтобы быстрей пройти сквозь сырой зелёный ото мха каменный неосвещённый коридор.

— Слушай, а почему ты светишь факелом? Это же неудобно и неэффективно. Давай, я достану телефон и посвечу им! — он положил руку на плечо приятелю, словно собирался забрать факел у него прямо сейчас.

— Нет. Нам нужно нагнать таинственную атмосферу ужаса, таящегося во тьме. Страшно не то, что ужасно выглядит. Страшно то, что сложно разглядеть. Сейчас узнаешь, — услышав шаги впереди, пепельный блондин замедлился. Поднеся факел поближе к себе и затаив дыхание, он аккуратно зашагал вперёд.

Шаги впереди усилились.