Алексей Чеслов
Веселая Малышандия

Первая сказка веселой Малышандии: как малыш Демид стал королем.

Однажды к Диме и Алине в гости заглянул волшебник. Обыкновенный волшебник в волшебной шляпе. Их маленький сынишка Демид (которому как раз в этот день исполнился один годик) ухватился за эту шляпу и без спроса напялил себе на голову. И тут же очутился в волшебной стране малышей − Малышандии.

− Демид, − представился Демид и вежливо поклонился малышам.

− К сожалению все должности у нас заняты, − сообщил Демиду важную новость карапуз по имени Кроха. И все жители волшебной страны – малыши и малышки, учтиво закивали головками.

− Неужели нет для такого славного малыша как я, хоть какой-то работы? − спросил малыш Демид.

Малыши волшебной страны переглянулись.

− У нас уже есть архитектор песочных куличей и топ-топатель по мостовой. Художник Каляка-Маляка и музыкант Блюз-Бутуз. А малышка Малявка, и малыш Капризуль – самые главные собиратели и доставители из-под кроваток капризных носочков. Осталась лишь должность короля.

− Ну что же, − вздохнул Демид, − я согласен.

− Тогда мы нарекаем тебя Пяточунио, − воскликнули малыши волшебной страны. − Что на нашем наречии означает, − пятый, великий правитель над малышами.

− Почему пятый? – удивленно спросил Демид.

− Предыдущие четыре Пяточунио погибли в борьбе с драконами, − ответили ему малыши, − наши драконы питаются только королями, и это очень печально. Именно поэтому эта должность не занята.

− Тогда я издаю свой первый королевский указ, − воскликнул Пяточунио – «Приказываю драконам не питаться малышами-королями, а кушать корм для кошек».

Малыши запрыгали от счастья, а драконы стали домашними, как коты и поселились в специальных будках для драконов.

«Слава, слава великому покорителю драконов, королю Малышандии, несравненному Пяточунио!»

За этот подвиг к его славному имени добавилось прозвище Писюлькис, что на местном наречии означает − мудрейший!

Сказка вторая: о великой пробке и прыг-скоке на левой пятке.

Однажды утром Пяточунио не смог открыть дверь своей тронной залы. Дверь поддавалась, но сзади кто-то упирался. Король выглянул в окно и ахнул: вся улица была забита малышами. Они стояли плотно-плотно, как сардины в банке, и не могли разойтись.

− В чём дело? −спросил Пяточунио.

− Мы идём каждый по своим делам, но все дороги ведут в одну точку! − крикнул из толпы малыш-сапожник.

− Мы стараемся, но у нас не выходит. – воскликнула малышка Карамелька.

− Куда бы мы не шли в это утро, мы приходим к королевскому дворцу. – подтвердил Кроха.

Тогда король издал указ: «Отныне все малыши ходят только зигзагом! А если очень спешат − прыгают на одной ножке и машут руками как птички».

Малыши захихикали, начали прыгать и махать ручками, и пробка рассосалась сама собой. С тех пор в Малышандии самый быстрый и надежный способ куда-то дойти − это прыг-скок на левой пятке.

Сказка третья: о невыспавшемся солнце.

Однажды утром солнце не взошло. Малыши просыпались, терли глаза, а за окном было темно-темно. Пяточунио надел свою королевскую мантию поверх королевской пижамы и полез на самую высокую башню. Там он увидел солнце, которое сладко спало в гамаке из облаков.

− Просыпайся, соня! −крикнул Пяточунио. − Малыши хотят играть!

Солнце лишь перевернулось на другой бок.

Тогда Пяточунио приказал поварам испечь самый большой блин в мире и намазать его медом. Запах разнесся до самого неба. Солнце открыло один глаз, потом второй, спустилось и съело блин. А после, довольное, сразу засияло в полную силу. Очередной мудрый указ великого Пяточунио гласил: «Приказываю кормить солнце блинами по утрам!»

По этому случаю в Малышандии устроили большо блинный праздник и танцевали до самого обеда, пока не проголодались.

Сказка четвертая из веселой Малышандии: о принцессе, которая болела за всех.

В самой дальней башне Малышандии, где даже драконы летали с опаской, жила принцесса Папука. Она была прекрасна, как утренняя роса, и печальна, как осенний дождик. У неё были длинные косички с бантиками, но бантики всегда свисали вниз, потому что Папука постоянно вздыхала.

Каждое утро она выходила на балкон, смотрела на весёлых малышей и тихо говорила:

−Я болею, потому что кто-то же должен болеть!

И правда − Папука болела всегда. То у неё была температура, то горлышко красное, то просто не было сил улыбаться. Малыши приносили ей игрушки, варенье и рисунки, но Папука качала головой:

− Не надо меня лечить. Если я перестану болеть, то заболеет кто-то другой. А я не хочу, чтобы болели другие.

И она снова укрывалась своим пуховым одеялом и грустно смотрела в потолок.

Драконы пытались её развеселить − они мурлыкали, кувыркались и даже научились танцевать вальс. Папука улыбалась краешком губ, но потом снова вздыхала.

Однажды она заболела так сильно, что не могла встать с кровати. Её косички растрепались, бантики опали, и даже самый смешной драконий танец не помогал ее развеселить. Малыши испугались и побежали к королю Пяточунио.

− Наша Папука угасает! − кричали они. − Она сказала, что болеет за всех, но теперь её болезнь стала слишком большой!

Пяточунио нахмурился. Он надел королевский халат поверх королевской пижамы, взял волшебную указку и отправился в башню.

− Папука, − сказал он строго, − выходи! Я пришёл тебя лечить!

− Не надо, − прошептала принцесса из-под одеяла. − Я болею, потому что кто-то же должен болеть. И лучше буду болеть я, чем кто-то из малышей.

Пяточунио присел на край кровати и взял её за руку. Рука была горячей.

− Послушай, Папука, − сказал он тихо. − А ты знаешь, что в нашей волшебной стране Малышандии есть особенный мёд? Он собирается из самых редких цветов, которые растут только на поляне, где малыши смеются громче всего. Тот мёд волшебный.

Папука приоткрыла один глаз.

− Но я не хочу, чтобы кто-то болел вместо меня...

− А никто и не будет, − улыбнулся Пяточунио. − Я придумал новый указ: отныне все болезни в Малышандии берут выходные! Делить болезни не нужно. Нужно делить радость.

Пяточунио достал из-за пазухи маленький золотистый горшочек. Это был тот самый мёд − он пах летом, солнцем и детским смехом. Король зачерпнул ложечку и протянул Папуке.

Принцесса нерешительно открыла рот и проглотила. И вдруг по её телу разлилось тепло. Она почувствовала, как все грустинки, которые она копила годами, начали таять, как снег весной. И больше принцесса Папука не болела.

Сказка пятая: о дожде из компота.

Однажды в Малышандии случилась засуха. Дождь забыл дорогу в волшебную страну, и все ручейки пересохли. Малыши загрустили. От их грусти небо нахмурилось тучами.

− Эй, тучи! − крикнул Пяточунио, надев королевские резиновые сапоги и королевский дождевик с капюшоном. − А ну-ка, давай поговорим серьезно!

Пяточунио махнул волшебной ложкой (которую он создал с помощью волшебной шляпы) и добавил в каждую тучу по мешку сахара и по ведру вишен. Он взмахнул ложкой как дирижёрской палочкой и пошел дождь из вишнёвого компота! Малыши бегали с кружками и чашками, ловили сладкие капли, а король сидел под королевским зонтиком и приговаривал:

− Пейте, пейте малыши. Но только чтобы от избытка компота не разболелись ваши животики.

Слава, слава великому и мудрейшему королю Пяточунио Писюлькису. С этого дня к его имени добавилось прозвище «Компотио» − что с местного наречия означает – повелитель неба!

Сказка шестая: о дрессировке кроватей.

Каждое утро в Малышандии начиналось с битвы: малыши не хотели вставать, а кровати не хотели их отпускать. Кровати отращивали ножки и убегали в лес, унося на себе сонных карапузов.

Пяточунио свистнул, созвав в королевском тронном зале всех домашних драконов и приказал:

− Немедленно приказываю всем драконам окружить лес! И очень громко мурлыкать!

Драконы окружили кровати на одной из лесных полянок и замурлыкали так громко, что кроватям стало щекотно. Они затряслись одеяльцами, захихикали простынками и запищали подушечками. И сами вернулись обратно в дома.

А карапузы закружились в хороводе и воскликнули:

«Слава, слава великому и мудрейшему Пяточунио Писюлькису Компотио пятому». – повелителю неба и усмирителю кроваток!

Сказка седьмая из веселой Малышандии: о том, как принцесса Папука соткала радугу.

После того как Папука перестала болеть, она стала самой деятельной малышкой в Малышандии. Она обнимала всех подряд, раздавала мёд и улыбалась так широко, что её улыбка была видна даже в соседней стране Помывандии. Но однажды утром она проснулась и поняла: этого мало. Она хотела сделать мир ещё лучше, но не знала как.

− Пяточунио, − сказала она королю, который в этот момент примерял корону на своего любимого дракона, − я чувствую, что могу больше. Но что именно − не понимаю.

Пяточунио задумался. Дракон чихнул, и королевская корона улетела на дерево.

− Папука, − сказал король, − у каждого карапуза есть своя магия. Твоя магия − дарить людям тепло. А что ещё нужно малышам?

− Улыбки? − предположила Папука.

− Уже есть.

− Объятия?

− Тоже есть.

− А может... краски? − прошептала Папука. − В Малышандии всё такое серое по утрам. Трава зелёная, небо голубое − но этого мало. Я хочу, чтобы каждый день был разноцветным как праздник!

И Папука отправилась в свою башню. Она достала все свои платочки, все ленточки от бантиков и все цветные нитки, что нашла. Три дня и три ночи она сидела за ткацким станком, который притащил для неё малыш художник Каляка-Маляка. Папука ткала, напевала песенки и каждую ниточку снабжала частичкой своего тепла.

На четвёртый день она вышла на площадь с огромным полотном. Оно переливалось всеми цветами, которые только существуют на свете: там был и малиновый, и лимонный, и небесно-голубой, и даже цвет «непонятно-какой-но-красивый».

−Что это? − спросили малыши.

− Это папу- шмапу-радуга! −гордо сказала Папука. − Но не та, которая бывает после дождя. Моя радуга − волшебная!