Писатель
Ксения

© Ксения, 2026

ISBN 978-5-0071-1897-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Писатель

За окном малолюдной кофейни уже вечерело. В воздухе стояла непроглядная муть и мочила торопящихся прохожих. Деревья торчали в стороны острыми пиками, выставив догнивать последние листья.

За прямоугольным столиком сидели четверо и, подняв над головами серое облако, беспощадно дымили. В центре между ними поблескивала в искусственном свету стеклянная пепельница. На стульях со спинками висели влажные пальто.

Подали кофе.

— Прочел я твой последний, ой, крайний рассказ, — заговорил один, по профессии инженер — крупный, плохо выбритый мужчина с редкой сединой в тесном черном свитере с высоким горлом, — рукопись, прости, в машине забыл. Так вот…, — он отвлекся на покрасневшую шею, — колется зараза.

Писатель, что сидел напротив, промычал что-то, глядя в стол, и протер ладонью короткий ежик волос. Не подняв на собеседника глаз, он затушил сигарету в пепельнице и тут же сунул в рот новую. Полноватые бока, чуть выдававшиеся за пределы стула, придавали его меланхоличной натуре некоторую обманчивую мягкость.

— Побереги легкие, — остановил его презентабельный торговец, сидевший с ним плечом к плечу. Он ловким движением выдернул сигарету изо рта писателя и бросил на стол. — Не хочу утешать Анну на твоих похоронах. Не переношу вида плачущих женщин, ты же знаешь.

Напротив торговца курил школьный учитель. Он держал голову на ладони и глядел вниз. Светлые кудри почти закрыли лицо, и мало что за ними было видно. Только его напряженная челюсть остро вырисовывалась в пространстве, да красный огонек между губами горел как-то особенно красно. Мужчина перемалывал личные мысли, совсем не интересуясь разговором.

Писатель на долю секунды задержал на нем внимание и, закатив глаза, перевел взгляд на инженера, который вдруг с громовой внезапностью заговорил:

— Объяснись! — произнес он с претензией. — Почему ты его убил? — он показно рассвирепел, не тая голоса. — Что за дурацкая привычка убивать главного героя?

— Не всегда главного, — поправил его торговец.

— Так-то оно так, да только всегда самого яркого и интересного, — он обратился к другу напротив.— Слушай, нельзя же так. Читатель привыкнет, что ты постоянно мочишь лучших из лучших, и бросит тебя читать. Твое ремесло и так ничего не приносит. Можешь ты хоть раз написать счастливый конец?

— Это не ремесло, а искусство! — возразил писатель и стал искать на столе отнятую сигарету.

Учитель ерзнул на месте, проронив чуть слышный смешок.

— А конец всегда счастливый, — дополнил писатель. — Для меня всегда.

— Какая-то у тебя нездоровая неприязнь к самым замечательным и притягательным персонажам, — заметил торговец.

— Во-во! — подтвердил инженер.

— Ты пишешь о тех, кого хочешь убить? — заговорил учитель впервые за вечер и поднял на друзей глаза цвета растительного масла, которые особенно шли к его густым светлым кудрям.

Писатель отрицательно покачал головой и потянулся за обнаруженной сигаретой. Торговец среагировал моментально и хлопнул его по руке.

— А я вот соглашусь, — заговорил инженер с легкой издевкой, не вынимая сигареты, — последний был особенно на меня похож. Чем я таким тебе не угодил, что ты так жестоко со мной расправился? — поинтересовался он и попросил еще кофе.

— Ты себя в каждом персонаже видишь, — ухмыльнулся писатель.— Ты же у нас с детства главный герой.

— А то! — мужчина почесал щетину. — Но убивать-то зачем? — он приложил ладони к колючим щекам. — Ты только посмотри, какой я хорошенький.