Анна Рад
Семь шагов во тьму. Книга 5

ПЕШАЯ ЭКСКУРСИЯ ПО МЕСТАМ ДЖЕКА-ПОТРОШИТЕЛЯ

Предложение компании отправиться примерно на два месяца в Лондон для работы над масштабным проектом привело в восторг. Впереди была первая зарубежная командировка, которую я ждал с нетерпением. Мой начальник Генри Филлипс сообщил, что Джорджу Уиллису, руководителю проекта, требуется помощь с подготовкой контрактов для консультантов. Тот уже слишком долго проводил вечера и выходные за их составлением и не успевал контролировать строительство тридцатиэтажной башни.

Рейс прилетел после окончания рабочего дня, так что из аэропорта путь лежал прямо в отель. После заселения и осмотра номера внимание привлёк стенд в холле с туристическими брошюрами. Целый раздел был посвящён самым популярным экскурсиям. Среди них значились:

Стоунхендж

Виндзорский замок

Экскурсия по следам Джека-потрошителя

Тауэр

Круиз по Темзе

Особенно поразило, что пешая экскурсия по местам Джека-потрошителя занимает третье место по популярности — глазам не верилось.

В старшем классе школы Маунт-Вернон темой моей итоговой работы по всемирной истории был Джек-потрошитель. Он не был первым серийным убийцей, но именно его невероятно жестокие преступления впервые вызвали невиданный мировой общественный резонанс.

Убив всего пять проституток с 31 августа по 9 ноября 1888 года — так называемую «каноническую пятёрку», — он тем не менее навеки остался в анналах печально известных маньяков. Не терпелось отправиться на экскурсию и увидеть собственными глазами места, где Джек совершал свои злодеяния.

После ночного коктейля в баре отеля, где пришлось отвергнуть несколько попыток мужчин познакомиться поближе, настало время возвращаться в номер — нужно было выспаться перед первым рабочим днём. После обычных приготовлений ко сну внимание привлёк экземпляр Metro, лежавший на маленьком столике у телевизора. Это была газета с крупнейшим тиражом в Соединённом Королевстве.

На первой полосе, под сгибом, обнаружился заголовок: «Молодая женщина убита в Уайтчепеле в годовщину первого убийства Джека-потрошителя».

Дата — 1 сентября — вызвала тревожное воспоминание. Как раз в этот момент включился кондиционер, и холодный поток воздуха сверху обдал шею, по коже побежали мурашки. В памяти всплыли жуткие детали итоговой работы: именно в ночь на 31 августа 1888 года на улицах Уайтчепела нашли тело первой жертвы Потрошителя.

Чем дальше удавалось прочесть, тем труднее было поверить собственным глазам. Репортёр сообщал, что некая Маргарет Беллоуз, предположительно занимавшаяся проституцией, была найдена в ту же дату, на том же месте и зверски убита тем же способом, что и Мэри Энн Николс в 1888 году.

Газета не стала публиковать подробности, но после школьной работы в памяти осталось достаточно ужасающих деталей. Сон как рукой сняло. Пришлось достать из портфеля ноутбук и найти информацию о Мэри Энн Николс. На экране появились подробности её смерти — именно этот способ убийства, должно быть, и пытался воспроизвести нынешний маньяк.

Потрошитель дважды перерезал Николс горло. Первый разрез был около десяти сантиметров длиной, второй прошёл от уха до уха и рассёк ткани до позвонков. После этого он нанёс два удара ножом во влагалище и вспорол нижнюю часть живота, отчего наружу выпали внутренности.

Из-за отсутствия крови констебль, занимавшийся делом, предположил, что убийца каким-то образом перенёс тело с места преступления на Джордж-Ярд. Репортёр добавил, что, по мнению властей, убийца-подражатель намеренно перенёс тело Беллоуз, чтобы в точности следовать сценарию Потрошителя.

Мысль о том, что в Лондоне орудует современный Джек-потрошитель, а мне по воле судьбы довелось оказаться здесь именно сейчас, казалась невероятной. Одержимость этой темой и чудовищные изображения на экране ноутбука не дали сомкнуть глаз всю ночь.

На следующее утро выяснилось, что лондонский офис компании находится всего в трёх кварталах от отеля, так что такси не понадобилось. В шикарно обставленном холле пришлось обратиться к сотруднице на стойке регистрации и сообщить о встрече с Джорджем Уиллисом. Вскоре он вышел навстречу и быстро представил меня членам команды. Затем Уиллис проводил меня в кабинет, где предстояло работать.

На столе стояли двенадцать внушительных коробок с папками, набитыми до отказа. Он пояснил, что в них содержится переписка с консультантами, на основе которой предстоит составить договоры с описанием объёма услуг и вознаграждения за работу.

В тот же день, ближе к вечеру, после изучения файлов состоялась повторная встреча с Уиллисом. Он выглядел ещё более измождённым, чем утром. Он признался, что был на грани срыва от переутомления, когда Генри Филлипс разрешил мне помочь с контрактами. Уже из его описания масштаба предстоящей работы стало ясно: планам на экскурсии по выходным не суждено сбыться.

После недели изнурительных совещаний, дальнейших переговоров по дополнительным услугам и нескольких поездок в офис первого консультанта первый контракт удалось завершить к выходным. После ужина организм требовал только одного — сна, и даже попытки посмотреть серию-другую по телевизору заканчивались тем, что сознание отключалось в кресле. Предстояло подготовить ещё десять контрактов, а в запасе оставалось только восемь недель.

8 сентября после ужина в номере внимание снова привлекла Metro. В Уайтчепеле зверски убили ещё одну предполагаемую проститутку — Уинни Флауэрс. В статье говорилось, что увечья на её теле совпадают с теми, что Потрошитель нанёс своей второй жертве, Энни Чэпмен.

Газета снова не вдавалась в подробности, поэтому пришлось достать ноутбук и найти информацию об Энни Чэпмен, чтобы освежить память. Если сведения совпадали, Флауэрс постигла та же участь, что и Чэпмен. Обеим перерезали горло двумя глубокими порезами. Животы были вспороты, куски плоти с живота положены на левое плечо, части тонкого кишечника — на правое. У каждой были извлечены матка, часть мочевого пузыря и влагалище.

После очередного просмотра жутких фотографий убийств Потрошителя в интернете уснуть почти не удалось.

Дни шли, и убийца-подражатель стал главной темой разговоров в Лондоне — точно так же, как Джек-потрошитель в 1888 году. Каждый вечер после ужина приходилось читать всё, что печатали в оставленной в номере газете, и смотреть, что говорят о расследовании по телевизору.

1 октября Metro сообщила, что власти считают ещё два жестоких убийства, совершённых той ночью с разницей в час, делом рук убийцы-подражателя. Способ убийства Дженни Крепс, первой из двух жертв той ночи, и характер нанесённых ей повреждений почти полностью повторяли убийство Элизабет Страйд — первой жертвы Потрошителя той ночью.

Снова пришлось обратиться к ноутбуку. Крепс перерезали горло тем же способом, что и Страйд, однако тело не изуродовали. Сам Потрошитель также не изуродовал тело Страйд, в отличие от остальных своих жертв. Из той же статьи следовало, что власти в 1888 году предположили: отсутствие увечий могло означать, что кто-то помешал Потрошителю и ему пришлось бежать с места преступления, не завершив начатое.

Как и в случае со второй жертвой Потрошителя той ночи, Кэтрин Эддоус, тело Мейбл Тёрнбоу нашли всего через час после тела Дженни Крепс. Поиск информации о Кэтрин Эддоус напомнил подробности: Потрошитель перерезал ей горло от уха до уха, вспорол живот длинной рваной раной и положил части кишечника на левую и правую руки. Также он извлёк матку, отрезал нос, рассёк щёки и чудовищно изуродовал лицо.

Если убийца-подражатель действительно копировал почерк Потрошителя, на теле Мейбл Тёрнбоу должны были быть такие же увечья.

9 ноября последний контракт был закончен и передан на проверку Джорджу Уиллису. Он сердечно поблагодарил меня за невероятный объём работы, выполненный в кратчайшие сроки. Уиллис искренне сожалел, что работа оказалась настолько напряжённой и у меня не осталось времени на осмотр достопримечательностей.

Когда ноутбук уже оказался в портфеле, Уиллис спросил:

— Так когда рейс обратно в Чикаго?

— Самолёт вылетает в полночь.

Он взглянул на часы:

— Не хочешь поужинать со мной перед отъездом? Времени ещё достаточно.

— Спасибо за приглашение, но с самого приезда мне хотелось попасть на экскурсию по следам Джека-потрошителя, и времени как раз хватит.

— Экскурсия по следам Потрошителя? Господи, не могу поверить, что ты собираешься тратить время на такую ерунду вместо исторических памятников.

Пришлось объяснить:

— В школе итоговая работа была посвящена Джеку-потрошителю — и, могу с гордостью сказать, за неё мне поставили отличную оценку. С тех пор меня не отпускает всё, что с ним связано. Ты, наверное, знаешь, что здесь орудует убийца-подражатель, копирующий убийства Потрошителя 1888 года.

— Какой-то безумец, ищущий известности. Что ж, если тебя так увлекают серийные убийцы, дело твоё. Спасибо ещё раз за отличную работу. Может, когда-нибудь ты вернёшься, и мы всё же поужинаем.

По дороге в отель, чтобы выселиться, в голове крутилась одна мысль: практически всё время бодрствования с момента прилёта ушло на работу, за исключением часов, проведённых в номере за чтением новостей об убийствах подражателя. Теперь до поездки в аэропорт оставалось всего несколько часов.

Стоунхендж, Виндзорский замок, Тауэр и все прочие исторические экскурсии могли подождать. Пешая экскурсия по следам Джека-потрошителя длилась всего два часа, и пропускать её не хотелось.

После выселения у отеля удалось поймать такси. Водитель высадил меня у дома 88 по Уайтчепел-Хай-стрит без десяти семь. Билет на экскурсию, начинавшуюся в семь, уже был куплен в отеле.

Ровно в семь из тени появился высокий мужчина в тёмном пальто, напоминавшем одеяние Потрошителя, чёрном цилиндре и со старомодным врачебным саквояжем. В воздухе висел лёгкий туман, отчего ночная атмосфера казалась ещё более жуткой.

Других участников нигде не было видно.

— Неужели я единственная, кто сегодня идёт на экскурсию?

Парень в костюме Потрошителя достал из внутреннего кармана пиджака бумаги, просмотрел их и ответил:

— Должны были прийти ещё четверо, но они позвонили около получаса назад и сказали, что слишком много выпили в местном пабе и сегодня никуда не пойдут. Мне очень жаль. Хотите перенести экскурсию на завтрашний вечер?

— Боюсь, это моя последняя ночь в Лондоне. Я улетаю в Чикаго рейсом в полночь.

— Что ж, если так, решать вам. Я могу вернуть деньги, или вы получите особое VIP-обслуживание — экскурсию только для вас.

— Вы действительно проведёте экскурсию для одного человека?

Он улыбнулся:

— Если честно, не припомню, чтобы такое случалось раньше, но я готов, если готовы вы. Туман совсем небольшой, по прогнозу он не помешает. Что предпочитаете, мисс Стоун?

Он, должно быть, счёл меня чудачкой: кто ещё согласится отправиться в тёмные переулки Уайтчепела с незнакомцем, когда на свободе орудует убийца? Поэтому пришлось рассказать о своей итоговой работе и о давнем желании увидеть улицы, где всё произошло.

Он сделал вид, что понимает причину моего интереса, но выражение его лица говорило об обратном.

— Моя компания отправила меня в командировку на два месяца, но работа не оставляла времени на экскурсии. Сегодня последний шанс. Возможно, я больше никогда не приеду в Лондон.

— Что ж, начнём. Меня зовут Джексон Баум. — Он подмигнул и с дьявольской улыбкой добавил: — Можете звать меня Джек. Обещаю, я постараюсь подарить вам незабываемые впечатления.

Мы отправились в путь. В воздухе висела лёгкая дымка.

Первой остановкой был паб «Принцесса Алиса» — место, где часто бывал Кожаный Фартук, один из подозреваемых полиции в деле Потрошителя. Пока мы бродили по округе, гид рассказывал множество подробностей, которых не было в моей школьной работе.

Затем мы остановились у последнего паба, который покинула Мэри Келли перед тем, как стать последней жертвой Потрошителя. Джек упомянул, что в 1990-х некоторые работники паба видели призрачного старика в викторианской одежде, бродившего по заведению.

После мы посетили два места, связанных с возможными жертвами Потрошителя, но Джек подчеркнул, что они не входят в «каноническую пятёрку». Затем он показал мне дом 29 по Хэнбери-стрит, где в 1888 году было найдено изувеченное тело Энни Чэпмен. Мне было известно, что там же в этом году нашли и Уинни Флауэрс.

Возник естественный вопрос:

— Представляю, как сильно нынешний убийца-подражатель, копирующий убийства Потрошителя 1888 года, увеличил ваш бизнес.

Он покачал головой:

— Наша группа старается не акцентировать внимание на убийствах подражателя. Руководство не хочет наживаться на зверствах этого безумца. Мы не включаем эти недавние убийства в сценарий экскурсии и на вопросы клиентов в последние два месяца отвечаем лишь: «Без комментариев».

Следующей остановкой стало здание на углу Брик-Лейн и Троул-стрит — в годы убийств там располагался паб «Ye Frying Pan». Здесь незадолго до убийства пила Мэри Николс, первая жертва Потрошителя.

Стоя в тени, Джек рассказал, что Чарльз Кросс, мужчина, нашедший её тело, решил, что она ещё может быть жива, потому что тело было тёплым. Он не мог видеть страшный разрез, отделивший голову от туловища.

Джек сопроводил эти слова странным хихиканьем. Мне стало не по себе. Пришлось взять себя в руки, изобразить как можно более бодрую улыбку и продолжить путь в сумрак.

Улицы становились всё темнее и оттого жутче, а Джек продолжал выдавать новые страшные подробности.

Из темноты выступил указатель «Торп-стрит». Здесь, объявил Джек, было найдено тело ещё одной возможной жертвы Потрошителя — Марты Табрам. Он говорил об этом почти весело: женщине нанесли тридцать девять ударов ножом. Её смерть не приписали Потрошителю, поскольку отсутствовали характерные увечья.

В голову закралась мысль: не является ли это внезапное неуместное поведение частью сценария, призванного меня напугать?

Полтора часа таких рассказов вымотали до предела. Из-за манеры поведения Джека нервы уже сдавали.

Когда мы остановились на Дорсет-стрит, где было найдено тело Мэри Келли, меня вдруг осенило: сегодня годовщина её смерти. До этого всё внимание занимал рассказ Джека о первых четырёх жертвах, а мысль о последней как-то отошла на второй план.

Если убийца-подражатель следовал своему плану, он должен был попытаться воспроизвести смерть Мэри Келли сегодня ночью прямо на этом углу.

Джек зловеще заметил:

— Полагаю, к моменту вылета вашего рейса в полночь, если убийца-подражатель останется верен себе, он уже изувечит и убьёт ещё одну женщину.

Не знаю почему, но слова сами сорвались с языка:

— И, как вы знаете, Потрошитель расправился с Мэри Келли гораздо жестче, чем с остальными четырьмя. Он не убил её на улице — убийство произошло в комнате, которую она снимала, так что он мог не торопиться. Она была его произведением искусства.

По лицу Джека пробежала странная тень. Внезапно нахлынувшая волна тумана обдала меня холодом, а осознание того, где я нахожусь, парализовало страхом.

Наконец удалось выдавить:

— Простите, Джек, но этот туман действует мне на нервы. Вы не против, если мы сократим экскурсию?

Подавив очередной смешок, Джек ответил:

— Должен сказать, мисс Стоун, у вас должны быть стальные нервы, чтобы прийти сюда одной, зная, что всего несколько недель назад на этих улицах убили молодую женщину, а ещё одна вот-вот должна умереть.

Лицо Джека исказилось в приступе безумной ярости, и в свете уличного фонаря из его кармана блеснуло лезвие.

Всё стало ясно: вместо обычной экскурсии мне довелось оказаться один на один с настоящим убийцей-подражателем. Чтобы выжить, нужно было действовать быстро.

С самого окончания колледжа и при заполнении заявления о приёме на работу я неизменно указывал «женский» в графе «пол». Имя Дана, указанное в свидетельстве о рождении, подходило и мужчинам, и женщинам, что очень помогало. После выпуска мать и несколько близких друзей приложили немало усилий, чтобы научить меня двигаться, одеваться и вести себя как женщина. С тех пор как меня наняла компания, я представлялся окружающим как женщина, и, насколько мне известно, никто не догадался, что биологически я мужчина.

Но в эту ночь в Уайтчепеле стало ясно: моё выживание зависит от того, открою ли я этому безумцу свой истинный пол.

Я быстро прочистил горло и, глядя ему в глаза, сказал:

— Поскольку Потрошитель убивает только женщин, мне никогда не приходило в голову бояться за себя: я мужчина.

Джек посмотрел на меня с недоверием, в одно мгновение рванул ко мне и схватил за пах. Убедившись, он выдохнул, отступил на шаг и вздохнул:

— Очень приятно было познакомиться, мистер Стоун. Счастливого пути обратно в Чикаго.

И словно по волшебству он исчез в темноте.

По пути в аэропорт я проверил сообщения. К моему удивлению, там оказалось автоматическое голосовое сообщение, поступившее в 18:30:

«Организаторы пешей экскурсии по следам Джека-потрошителя с сожалением сообщают, что из-за внезапной болезни нескольких участников и, как следствие, отсутствия минимального числа гостей ваша экскурсия отменяется. Пожалуйста, свяжитесь с нами для возврата средств или выбора другой даты для участия в экскурсии».

КОЛОКОЛЬЧИК

Кристина была одинокой девушкой. Казалось, все девчонки в классе с кем-нибудь встречались, кроме неё. Даже Жанна, её лучшая подруга и последняя из их компании, у кого ещё не было парня, наконец начала встречаться с Антоном.

Раньше они с Жанной часами утешали друг друга, жалуясь на неудачи с парнями. Теперь Жанна была занята новыми отношениями, а Кристина осталась одна и всё глубже погружалась в уныние.

С их последнего разговора прошёл уже месяц. Кристина намеренно не звонила подруге, стараясь не мешать её новой жизни, но всё сильнее обижалась: неужели за целый месяц Жанна не могла найти для неё хотя бы несколько минут? Ведь столько лет они были неразлучны.

В конце концов Кристина не выдержала и набрала её номер.

Жанна ответила почти сразу:

— Привет, Кристина. Прости, я всё собиралась тебе позвонить, но с тех пор, как мы с Антоном начали встречаться, совсем закрутилась. Как ты?

— Да всё по-старому. Ничего не меняется. Утром встаю, иду в школу, потом торчу в библиотеке, боулинге, кафе — в общем, во всех местах, куда мы раньше ходили вместе, пока не появился Антон. Потом смотрю телевизор и ложусь спать. Утром звонит будильник, я встаю, и всё начинается сначала. Я очень по тебе скучаю.

Кристине отчаянно хотелось услышать в ответ: «Я тоже по тебе скучаю».

Но Жанна этого не сказала.

— Хорошо, что ты позвонила. Я давно хотела с тобой поговорить, только мне через пятнадцать минут надо встретиться с Антоном у кинотеатра. Сейчас совсем некогда. Прости. Постараюсь позвонить тебе завтра.

Кристина даже не успела ответить — Жанна положила трубку.

Она почти не сомневалась, что завтра никакого звонка не будет. И всё же теперь появилось хотя бы что-то, чего можно было ждать.

Хотя о чём им вообще говорить?

Кристина была одинока и подавлена, а Жанна — на седьмом небе от счастья. Их жизни теперь различались как день и ночь.

Кристина оказалась права: на следующий день Жанна не позвонила.

Как ни странно, это принесло даже некоторое облегчение. Кристине совершенно не хотелось слушать очередные утешения о том, что однажды, когда она меньше всего этого ожидает, обязательно появится тот самый особенный парень. Потом они рука об руку отправятся навстречу счастливому будущему, и всё будет как в сказке.

Она сидела в полутёмной спальне, напрасно ожидая телефонного звонка, когда в дверь постучали.

После короткой паузы вошла мать.

Мама редко стучала перед тем, как войти, поэтому Кристина сразу насторожилась.

— Привет, мам. Всё нормально?

— Странный вопрос только потому, что я зашла к тебе. Со мной всё в порядке. Но умер мой брат. Ты его почти не знала, но я хотела попросить тебя съездить со мной на прощание. Ночью я плохо вижу за рулём.

Перспектива ехать прощаться с человеком, которого она не видела лет десять, Кристину совершенно не радовала. Но перспектива того, что мать ночью не справится с управлением и погибнет в аварии, была гораздо хуже.

— Когда?

— Сегодня в семь вечера. Наряжаться не надо. Сейчас даже на похороны мало кто особенно наряжается.

По просьбе матери Кристина оставила дома свою старенькую машину, когда-то подаренную отцом, и села за руль большого материнского седана. Управлять такой громадиной ей раньше не приходилось, но доехали они без происшествий.

Незадолго до семи они вошли в ритуальный зал.

Кристина удивилась количеству людей. Дядя Виктор после выхода на пенсию десять лет назад переехал примерно за пятьдесят километров от прежнего района, однако проститься с ним пришло множество знакомых.

Двадцать пять лет он преподавал в школе, где училась Кристина. Судя по всему, немало бывших учеников до сих пор вспоминали его с благодарностью.

Кристина редко видела мать плачущей. В тот вечер та почти не переставала вытирать слёзы.

На следующий день они снова приехали вместе — теперь уже на похороны. Кристина вела машину вслед за длинной вереницей автомобилей, направлявшихся к кладбищу.

Весь этот ритуал казался ей варварским.

Она не понимала, почему человек добровольно выбирает погребение в земле, среди червей. Всё больше людей предпочитали кремацию традиционным похоронам, и для Кристины этот выбор казался очевидным. Кремирование избавляло от необходимости выставлять тело для прощания, бальзамировать его, покупать дорогой гроб и переживать всё, что было связано с традиционным погребением.