Максим Котвицкий
Сан Саныч «Блудный сын»

Блудный сын

Глава 1. Запах валерьянки и пыльных папок

Кабинет Сан Саныча на втором этаже старой кирпичной пятиэтажки пах так, как и должен пахнуть кабинет честного частного детектива в спальном районе Москвы: заваренным до черноты чаем с чабрецом, пылью старых архивов и едва уловимым запахом валерьянки — ее обожал кот Филимон, главный эксперт по душевному равновесию агентства.

Сам Сан Саныч, кряжистый мужчина лет шестидесяти с лицом, изрезанным добрыми морщинами, перебирал квитанции за отопление. Дела шли ровно настолько, чтобы оплачивать аренду и покупать Филимону хороший корм. Никаких громких убийств, никакой стрельбы. В основном искали пропавших собак, проверяли жен на верность (всегда оказывались верны) или помогали бабушкам доказать управляющей компании, что потолок протек не от их обильного полива фикуса.

Дверь скрипнула без стука. На пороге стояла Антонина Павловна из тридцать второй квартиры. Соседка снизу. В руках она комкала носовой платок, а глаза были красными то ли от лука, который резала перед выходом, то ли от слез.

— Александр Александрович, — начала она дрожащим голосом, — беда у меня. Сын вернулся.

Сан Саныч удивленно поднял брови. Насколько он знал историю Антонины Павловны, ее единственный сын Игорь уехал покорять столицу пятнадцать лет назад. Присылал открытки на Новый год, звонил дважды в месяц, деньги присылал исправно. Возвращаться не собирался — говорил, его «высотная студия» ему дороже родного двора.

— Так это же радость, Пална, — добродушно пробасил Сан Саныч. — Чего ж вы плачете? Стол накрывать надо.

— Он изменился, Саша, — прошептала соседка. — Совсем другой человек стал. И вещи… вещи мои трогает. Те, что от бабушки остались. Серебряные ложки. Брошь сапфировую. Говорит, хочет оценить, антиквариат, мол. А сам смотрит волком. И спит на диване в гостиной, хотя комната его пустая стоит. Я дверь приоткрыла — там чемодан огромный, черный, на колесиках. И пахнет оттуда… больницей какой-то. Формалином, прости господи. Не мой это Игорек, Саша. Подменили мне сына.

Филимон, дремавший на стопке газет, открыл один глаз и насторожил уши. Кот редко ошибался в людях.

— Хорошо, Пална, — вздохнул Сан Саныч, отставляя чай. — Пойдемте. Посмотрим на вашего блудного сына.

Глава 2. Человек из стеклянной башни

Игорь сидел на кухне Антонины Павловны и пил дорогой эспрессо из маленькой фарфоровой чашки, которую хозяйка доставала только для самых почетных гостей. Это был холеный мужчина в кашемировом пальто, небрежно брошенном на спинку стула. От него пахло незнакомым Сан Санычу парфюмом, успехом и холодом.

— Мама, я просил не беспокоить нас, — ровным тоном сказал он, увидев соседа. — У нас конфиденциальный разговор о наследстве.

— Какое наследство, Игорь? — всплеснула руками Антонина Павловна. — Квартира моя, тебе потом останется. А ложки…

— Ложки — это ликвидный актив, мама, — отрезал Игорь, даже не взглянув на нее. Его взгляд, холодный и оценивающий, остановился на Сан Саныче. — Вы кто?

— Я местный краевед, — улыбнулся Сан Саныч, проходя к плите и ставя чайник. — Изучаю быт советских инженеров. Ваша мама очень интересный экспонат. Чай будете? Только наш, со слоном.

Игорь брезгливо поморщился:

— Я пью кофе. Без сахара. Сахар — белая смерть и лишние углеводы.

Он говорил правильно, использовал модные слова вроде «ликвидности» и «активов», но делал это механически. Словно актер, плохо выучивший роль успешного бизнесмена. Настоящие богачи ведут себя иначе — они расслаблены. Этот же сидел, как сжатая пружина. И руки… Руки у Игоря были ухоженные, с идеальным маникюром, но костяшки пальцев были сбиты совсем недавно, а под левым ухом виднелся след заживающего ожога, похожий на след от сигареты.