Лили Черникова
За гранью контроля

Глава

ЗА ГРАНЬЮ КОНТРОЛЯ

Остросюжетный корпоративный роман

ПРОФИЛИ ГЛАВНЫХ ГЕРОЕВ

ГЕНЕРАЛЬНЫЙ ДИРЕКТОР: Максим Александрович Громов (34 года)Внешность: Высокий (190 см), атлетического сложения с широкими плечами и выправкой человека, занимающегося боевыми искусствами. Графичные, суровые черты лица: ледяные темно-серые глаза под густыми бровями, четко очерченная челюсть с легкой двухдневной щетиной, аккуратно зачесанные темные волосы. Одевается исключительно в идеальные костюмы-тройки индпошива. От него веет дорогим парфюмом с нотами сандала, озона и сухого табака.Характер: Самодостаточный, хладнокровный стратегический умысел. Не терпит хаоса, лжи и эмоциональной истерии. Реализован во всех сферах: основатель и владелец крупного инвестиционного холдинга «Gromov Capital». Привык, что его слово — закон. Внутри обладает стальным комплексом моральных принципов и скрытым, глубоким инстинктом защитника.

ПОДЧИНЕННАЯ: Ева Артемьева (24 года)Внешность: Хрупкая, изящная девушка (168 см) с густыми каштановыми волосами с медовым отливом, обычно собранными в строгий рабочий пучок. Огромные глаза цвета грозового неба и бледная кожа. Предпочитает закрытую, строгую одежду, скрывающую фигуру.Характер: Выдающийся финансовый аналитик с феноменальной памятью. Несмотря на пережитый травматичный опыт, не сломалась, а научилась прятать эмоции за броней профессионализма. Осторожна, недоверчива, горда.

АНТАГОНИСТ (БЫВШИЙ): Вадим Ковалев (28 лет)Внешность: Привлекательный внешне мужчина с ухоженной бородкой и обаятельной улыбкой, за которой скрывается социопат.Характер: Нарцисс, манипулятор, патологический собственник. Использует психологическое давление, шпионские программы, слежку и шантаж. Убежден, что Ева принадлежит ему.

ГЛАВА 1. Сигнал тревоги

Самое страшное в преследователе — это не его физическое присутствие, а чувство, что он находится внутри твоей головы.

Я поправила манжету строгой белой блузки и посмотрела на экран телефона. Экран был чист. Ни одно сообщение не пришло за последние два часа. Но вместо облегчения меня пробил холодный пот. Вадим никогда не молчал так долго, если только не готовил очередной сюрприз.

За стеклянными перегородками 18-го этажа башни «Громов Кэпитал» царила тишина. Было уже девять вечера. Офис опустел, оставив меня наедине с финансовыми отчетами за последний квартал. Это место было моей последней крепостью. Я сменила квартиру, номер телефона, удалила все аккаунты в социальных сетях и устроилась в самую защищенную корпорацию города.

Телефон на столе коротко вибрировал. Мое сердце подскочило к самому горлу.

На экране высветилось уведомление от неизвестного номера с прикрепленным фото. Я сжала дрожащие пальцы и открыла файл.

Это была фотография. Сделанная снизу, с улицы. Фотография окна *моего* кабинета на 18-м этаже, где четко просматривался мой силуэт за столом.

«Тебе идет этот синий пиджак, милая. Но ты ведь знаешь, что от меня не спрятаться даже за миллионами Громова? Я жду тебя на подземной парковке. Если не сойдешь через десять минут — я поднимусь сам. У меня есть пропуск одного из твоих коллег».

Воздух вырвался из легких. Паника, спавшая последние две недели, накрыла мгновенной ледяной волной. Он здесь. Он отследил меня снова.

Я подскочила со кресла, схватила сумочку и кинулась к лифтовому холлу. Ноги не слушались. Мозг судорожно соображал: бежать к центральному выходу? Позвать охрану? Но что я скажу? Что мой бывший пишет мне пугающие сообщения?

Двери VIP-лифта внезапно бесшумно распахнулись.

Я едва не врезалась в широкую грудь, обтянутую темным безупречным жилетом от тройки.

— Артемьева? — раздался низкий, бархатный, но оттого не менее властный голос, от которого по спине пробежал электрический разряд.

Я подняла глаза. Передо мной стоял Максим Александрович Громов.

Генеральный директор держал в руках кожаную папку. Его темно-серые глаза, обычно напоминающие замерзшую сталь, мгновенно сканировали мое лицо. Он заметил все: бледность, искусанные губы, судорожно сжатый в руке телефон и мелкую дрожь, которую я не могла подавить.

— Вы почему еще не дома? — строго спросил он, сдвинув густые брови. — Аналитический отдел закончил работу два часа назад.

— Я… я уже ухожу, Максим Александрович, — мой голос предательски дрогнул.

Громов сделал шаг из лифта, перекрывая мне путь своей мощной фигурой. От него пахло дорогим парфюмом с нотами сандала и озона. Этот запах на секунду перебил удушающий страх.

— Вы выглядите так, будто увидели призрака, — сухо отрезал он, вглядываясь в мое лицо с тем самым проницательным прицелом. — Что произошло?

— Ничего. Все в порядке. Просто устала. Извините, мне нужно идти…

В этот момент мой телефон в руке снова зазвонил. На экране замигало то самое имя, от которого у меня перехватило дыхание. *Вадим*.

От неожиданности и страха мои пальцы разжались, и смартфон с грохотом упал на мраморный пол, отскочив прямо к туфлям Громова. Экран загорелся, показывая превью текста: *«Я вижу, как ты нервничаешь. Спускайся, или я устрою сцену прямо на ресепшн»*.

Максим Александрович медленно нагнулся, поднял телефон. Его взгляд скользнул по экрану. За какую-то долю секунды выражение его лица изменилось — лед в его глазах превратился в абсолютный, смертоносный ноль.