Вероника Вереск
Дело о пропавшем коллекционере

Глава

Вероника Вереск

ДЕЛО О ПРОПАВШЕМ КОЛЛЕКЦИОНЕРЕ

Серия «Тайны Малых Комаров». Книга 1

Глава 1. Раф на козьем молоке и белая «Нива»

Пыль столбом стояла над проселочной дорогой, оседая на удобных кожаных лоферах. Лера Скворцова, сорокалетняя бывшая журналистка-расследователь столичного глянца и криминальной хроники, стояла на обочине, окруженная парой добротных чемоданов, и смотрела вслед удаляющемуся междугороднему пазику.

Автобус фыркнул напоследок облаком сизого дыма, словно выражая свое пролетарское презрение к столичной гостье, и скрылся за поворотом.

Тишина, опустившаяся на Малые Комары, была оглушительной. Ни гула Садового кольца, ни звона кофейных чашек на верандах, ни даже назойливого пиликанья уведомлений в Telegram. Лера вытащила из кармана льняного тренча смартфон. В верхнем левом углу экрана сиротливо светилась надпись: «Нет сети».

— Идеально, — пробормотала Лера, поправляя съехавшие на нос солнцезащитные очки в массивной роговой оправе. — Детокс так детокс.

Идея сбежать в бабушкин дом пришла ей в голову неделю назад, после тяжелого и мучительного развода, поставившего крест на пятнадцати годах брака, и шумного ухода из редакции. Лере нужно было перезагрузить жизнь, остаться наедине с собой и наконец-то написать давно задуманный детективный роман.

Малые Комары подходили для этого идеально. Последний раз она была здесь лет десять назад, еще при жизни бабушки Антонины. В памяти остались лишь запахи антоновки, парного молока и пыльных половиков.

Лера вздохнула, взялась за ручку самого большого чемодана и попыталась сдвинуть его с места. Колесики жалобно скрипнули, увязнув в сухой колее.

В этот момент тишину разорвал рев мотора. Из-за холма, поднимая тучи рыжей пыли, вылетела старая белая «Нива». Лера рефлекторно отшатнулась, отпуская ручку чемодана. «Нива» пронеслась мимо, едва не задев чемодан, резко затормозила, взвизгнув тормозами, и сдала назад, поравнявшись с остолбеневшей женщиной.

Стекло со стороны водителя с натужным скрипом опустилось.

Из салона пахнуло хвоей, крепким табаком и каким-то неуловимым запахом мужского одеколона старой школы. За рулем сидел крепкий мужчина лет сорока трех. Хмурый профиль, легкая щетина, коротко стриженные темные волосы и цепкие, проницательные глаза цвета штормового неба — взгляд человека, много лет проработавшего в убойном отделе МУРа. На нем была потертая темная куртка поверх простой черной футболки.

— Жить надоело, гражданочка? — голос у него был низкий, с легкой хрипотцой. — Или в Москве теперь принято на проезжей части пикники устраивать?

Лера возмущенно выдохнула, сдвигая очки на макушку.

— Во-первых, это не проезжая часть, а направление, — парировала она, гордо вздернув подбородок. — Во-вторых, скорость в населенном пункте ограничена. А в-третьих... Вы мне чемодан испачкали!

Она указала изящным пальцем с идеальным нюдовым маникюром на грязные брызги, украсившие бок ее чемодана.

Мужчина посмотрел на чемодан, потом на Леру, задержав взгляд на ее тренче и кроссовках. Уголок его губ едва заметно дрогнул в усмешке.

— Катастрофа национального масштаба. Пишите заявление.

Он потянулся к бардачку, вытащил потрепанное удостоверение и приоткрыл его. Лера успела заметить золотистый герб и строгие буквы: «Капитан полиции Соколов Андрей Викторович».

— Местный Анискин? — Лера прищурилась. — Очень приятно. Валерия Скворцова. И я бы с удовольствием написала на вас жалобу, капитан Соколов, но у меня, к сожалению, нет сети, чтобы загуглить адрес службы собственной безопасности.

Соколов хмыкнул, убирая удостоверение обратно.

— Сети здесь нет. И не предвидится. А адрес ССБ я вам и так продиктую, если понадобится. Вам куда, Валерия Скворцова?

— На Садовую, дом восемь, — ответила Лера, не понимая, зачем она ему это говорит.

— Дом бабы Тони, — кивнул Соколов, словно подтверждая свои мысли. — Садитесь. Подвезу. А то с вашей поклажей вы до зимы туда добираться будете.

Лера скептически оглядела запыленную «Ниву».

— Спасибо, я как-нибудь сама. У меня, знаете ли, аллергия на пыль и хамство.

— Как хотите. — Соколов пожал плечами и взялся за ручку стеклоподъемника. — Только учтите, через час пойдет дождь. А дорога здесь... сами видите.

Он не врал. Над лесом уже собирались тяжелые свинцовые тучи, а ветер, еще минуту назад бывший ласковым, теперь нес с собой запах озона. Лера посмотрела на свои чемоданы, потом на небо, и тяжело вздохнула.

— Ладно. Открывайте багажник.

Погрузка заняла минут десять. Соколов, к удивлению Леры, молча и без видимых усилий закинул тяжелые чемоданы в багажник своей машины, словно это были пушинки. Лера устроилась на пассажирском сиденье, стараясь не касаться льняным тренчем сомнительной чистоты обивки.

Они ехали молча. Лера смотрела в окно на проплывающие мимо деревянные дома с резными наличниками, покосившиеся заборы и буйство зелени. Малые Комары казались застывшими во времени. Никаких кофеен с рафом на альтернативном молоке, никаких крафтовых пекарен. Только сельпо с выцветшей вывеской и облупившаяся автобусная остановка.

— Надолго к нам? — нарушил молчание Соколов, выруливая на ухабистую улицу, которую с большой натяжкой можно было назвать Садовой.

— На пару недель. Отдохнуть от суеты.

— Ну-ну. Отдыхайте. Главное, в лес одни не ходите, заблудитесь. И местным бабкам на глаза лишний раз не попадайтесь — закормят пирогами и заговорят насмерть.

— Справлюсь как-нибудь, — холодно ответила Лера.

«Нива» остановилась у покосившегося забора из потемневшего штакетника. За забором виднелся старый яблоневый сад, заросший высокой травой, и одноэтажный бревенчатый дом с зеленой крышей.

— Приехали. Садовая, восемь.

Соколов выгрузил чемоданы у калитки. Лера, стараясь сохранить достоинство, кивнула ему в знак благодарности.

— Спасибо за помощь, капитан.

— Обращайтесь, — Соколов усмехнулся, садясь в машину. — И да, Валерия... Добро пожаловать в Малые Комары.

«Нива» сорвалась с места, снова обдав Леру облаком пыли. Девушка закашлялась, проводила машину злым взглядом и повернулась к калитке.

Калитка поддалась со скрипом. Лера вошла во двор, волоча за собой первый чемодан. Трава здесь доходила ей до колен. Дом выглядел заброшенным, но не разрушенным. Краска на наличниках облупилась, ступеньки крыльца поросли мхом, но стекла были целы, а на массивной дубовой двери висел тяжелый навесной замок.

Лера достала из сумочки связку ключей, которую ей передала мама перед отъездом. Ключ со скрежетом повернулся в скважине. Дверь открылась, впуская ее в прохладный полумрак сеней.

В доме пахло сушеными травами, старым деревом и пылью. Лера прошла в горницу. Здесь все осталось так же, как она помнила: русская печь посередине, массивный деревянный стол, венские стулья, комод с кружевной салфеткой и множество выцветших фотографий в рамках на стенах.

Лера поставила чемодан у входа и с облегчением сбросила кроссовки. Половицы приятно холодили ступни. Она прошла на кухню, надеясь найти там хоть что-то съестное или хотя бы чистую воду.

На столе, рядом с пузатым самоваром, стояла плетеная корзинка. А в ней...

Лера замерла. Из корзинки на нее смотрели два огромных янтарных глаза. Обладатель глаз был невероятных размеров, рыжий, пушистый и выглядел так, словно только что плотно пообедал и теперь недоволен тем, что его потревожили.

— Кис-кис? — неуверенно позвала Лера.

Кот медленно моргнул, зевнул, продемонстрировав внушительные клыки, и грациозно выбрался из корзинки. Он был не просто большим, он был огромным. Настоящий мейн-кун в деревенском исполнении.

Кот подошел к Лере, обнюхал ее ногу и, видимо, не найдя ничего интересного, направился к чемодану, который она оставила в горнице.

— Эй, нельзя! — Лера кинулась за ним.

Но было поздно. Кот уже запрыгнул на чемодан, потоптался на нем, устраиваясь поудобнее, и с видом победителя посмотрел на Леру.

— Ну и наглая же ты морда, — вздохнула девушка. — И как тебя зовут?

Кот в ответ лишь дернул ухом.

Лера подошла к комоду, на котором стояла ее дорожная косметичка. Она расстегнула молнию и достала флакончик с дорогой сывороткой для лица — своей главной гордостью. Флакончик был стеклянным, тяжелым, с золотой пипеткой.

В этот момент кот, словно почувствовав конкуренцию, спрыгнул с чемодана, запрыгнул на комод и, недолго думая, изящным движением рыжей лапы смахнул флакончик на пол.

Раздался звон разбитого стекла. Дорогая сыворотка растеклась по половицам, источая тонкий аромат розы и гиалуроновой кислоты.

Лера с ужасом посмотрела на осколки, потом на кота. Кот смотрел на нее с невозмутимым видом, словно говоря: «Здесь только один хозяин, милочка. И это я».

— Ах ты ж... — Лера задохнулась от возмущения. — Персик! Да, точно, бабушка называла тебя Персиком. Ну держись, пушистый террорист. Война так война.

Персик презрительно фыркнул, спрыгнул с комода и вальяжно удалился в сторону печки.

Лера опустилась на корточки, собирая осколки, и вдруг рассмеялась. Напряжение последних недель, стресс от проваленной кампании, долгая дорога — все это вдруг показалось таким далеким и неважным.

Она в Малых Комарах. У нее нет интернета, зато есть наглый рыжий кот, дом с печкой и вредный местный участковый, который, кажется, положил на нее глаз.

— Ну что ж, — сказала Лера, выбрасывая осколки в ведро. — Посмотрим, что из этого выйдет.

Она еще не знала, что настоящие приключения начнутся завтра. Когда она познакомится со своим странным соседом и услышит сквозь сон звук удаляющегося в ночи мотора.