Виктория Лебедева
Стихотворения

Вниз по наклонной плоскости

Снова лечу кувырком.

Сколько же разных оплошностей

На неровном пути моем!

Черные – белые полосы,

Их частота не ясна.

Северный – южный полюсы,

То осень, то снова весна.

Но жить на равнинной глади,

По мне, так во сто раз скучней,

Ведь чем больше холмов и впадин,

Тем насыщенней жизнь и острей.

1998

Я не любима,

И знаю про это.

Словно не вижу

Белого света.

Вроде живу,

Непонятно, зачем.

Попала в коварный

Иллюзий плен.

А он не идет,

А я его жду.

Терпение лопнет,

Сама я приду.

И будет тяжелый

У нас разговор,

Который больнее

Серьезнейших ссор.

Надежда исчезнет,

Как блеклый мираж.

У сердца вдруг встанет

Безжалостный страж,

Что будет за болью

Следить день и ночь,

Чтоб та из души

Не сбежала прочь.

06.1999

* * *

Я больше не ищу тебя,

Ты скрыт за пеленой дождя.

Ворвался в жизнь мою, как снег,

Попавший на песчаный брег,

И словно гром средь бела дня,

Внезапно пробудив меня.

Ты был мне словно солнца свет:

Любая встреча, как рассвет,

И расставанье, как закат.

Обиды били, будто град.

Ты был, как ветер, что летал

И несвободу презирал;

И как огонь, что сердце жег;

И как поток, который мог

Пожар опасный потушить

И злую жажду заглушить…

Ты был мне всем, но, как и дождь,

Не ставил никого и в грош.

Моей любовью пренебрег,

Растаял, словно первый снег.

06.1999

* * *

В разноцветных стеклах,

В глубинах темноты,

В незнакомых окнах

Ищу твои черты.

В листьях шуршащих,

В мерцании звезды,

В лужицах дрожащих

Ищу твои черты.

В зимних узорах,

В миражах мечты,

В дальних просторах

Ищу твои черты.

Светом жизнь наполнена,

Для меня все – ты.

А ты ведь и не вспомнишь

Мои черты.

06.1999

* * *

Она встала у края крыши.

Шаг вперед или шаг назад?

Никто ее здесь не слышит,

Не будет никто виноват.

И выбор за ней остается.

Пустота смотрит прямо в глаза:

Он ушел и уже не вернется.

Шаг вперед или шаг назад?

А в городе властвует осень –

Туманы, дожди, листопад.

Она вдруг у осени спросит:

Шаг вперед или шаг назад?

А осень ей тихо ответит:

«Жизнь одна, не настал твой закат.

Скоро новое солнце посветит.

Шаг вперед или шаг назад?

Не один он на всем этом свете,

Кто-то лучший тебе будет рад».

Осень знала, как та ей ответит:

Шаг назад, еще шаг назад.

06.1999

2000

* * *

Когда-то встретились с тобой

На перекрестке двух дорог.

Но ты же знать тогда не мог,

Что станешь для меня судьбой.

Ну что ж, тебя я не забыла,

Хоть столько времени прошло…

Однако снегом замело

Ту память, что меня хранила.

Ту память, что меня хранила

В твоих тревожных, долгих снах,

В твоих мечтах, в твоих словах…

И спросишь ты сейчас: а разве это было?

06.1999

* * *

Время – доктор, время лечит

Душу, голову, глаза;

Лишь оглядываться нельзя,

Не то прошлое вновь покалечит.

Память – тяжесть на наших плечах,

Она служит немым укором,

Она затмевает взоры

На то, что будет и что сейчас.

Но без прошлого жить все же трудно.

Не гоните его со двора,

Потому что наступит пора,

И в забвении будет так скудно.

07.1999

* * *

Нежный рассвет,

Яркий закат,

Солнечный свет,

Дождь, снег и град,

Зелень травы,

Запах цветов,

Свежесть листвы –

Это любовь.

Если любишь – дождь не тоска,

Если любишь – солнцу светить,

Если любишь – лететь в облака,

Если любишь – хочется жить.

07.1999

* * *

Всюду зима, и снежинка слезой

По теплой щеке покатилась.

Мне не забыть нашу встречу с тобой,

Что бы и где ни случилось.

Помнишь – не помнишь: не стоит гадать…

Циничное время и так нас рассудит.

О многом сейчас не дано мне узнать…

Лишь встречи такой уже больше не будет.

А если подумать – нужна она вновь?

У меня – каждый день с твоим именем прожит,

Но у тебя – свои жизнь и любовь.

Ничто твою память пускай не тревожит.

07. 1999

* * *

Тяжелый насыщенный сон

На уставшие веки ложится;

Но только заснуть не случится,

Потому что во сне будет он.

Потому что боюсь его глаз –

В мечтах, миражах, наяву…

Спасенье напрасно зову,

Любовь не отпустит сейчас.

Сначала любовь насладится

Моими слезами и болью,

Моей безответной мечтою,

Попыткой в другого влюбиться.

Любовь поиграет душою,

Моим окровавленным сердцем.

Не позволит тем мыслям стереться,

Что связаны как-то с тоскою.

С тоской по нему, его смеху,

Его челке русой, волнистой,

И движеньям отточенно-быстрым,

И стремленьем усердным к успеху…

Но однажды любви вдруг наскучит,

И душе перестанет быть больно.

Поиграла со мной – и довольно.

Новой жертве сердечко помучит.

07.1999

* * *

Осень туманная. Листья гурьбой

Ветер уносит вдаль.

Так же и детство наше с тобой

Временем сдуло… А жаль.

Смешливы, игривы, наивны до слез,

Помнишь, мы были когда-то?

Первый раз в первый класс с букетами роз

И сейчас всё спешат ребята.

Но – другие, не мы. Мы – оставшийся год

Проведем в этой памятной школе,

А растает наш год, как снежинка, и вот –

С выпускным нас отправят на волю.

Суровая жизнь предо мной и тобой

Предстанет. А детство – прощай!

И полетим мы, как листья, гурьбой

В темную взрослую даль.

07.1999

* * *

А за окном – темнота, темнота.

И кто-то бежит – в никуда, в никуда…

Прошу, незнакомец, не торопись,

Хоть на минуту – остановись.

Скажи, ну куда ты во мраке спешишь?

Туда, где, ты чаешь, прохлада и тишь?

Не рано ль? Придет он, наступит черед:

Небесный Отец нас к себе заберет.

Скажи, ну какая случилась беда,

Что манит тебя в никуда, в никуда?

Что манит туда, где, надеешься – тишь?

Скажи, незнакомец, ну что ты молчишь?

Но не замедлил он быстрый свой бег,

Таинственный в темной ночи человек…

07.1999

* * *

Ночь. И бледно-желтая луна;

Ей улица слегка озарена.

Ночь. И вой собаки за углом –

Хозяин не пускает в теплый дом.

Ночь. Свеча пылает в тишине,

И вздрагивают тени на стене.

Ночь. За черными квадратами домов –

Звезда упавшая, погибшая любовь.

Сейчас, я знаю, знаю, ты не спишь

И в черноту безликую глядишь.

Пытаешься найти его черты

В надломанных фигурах темноты.

Забыть его не можешь ты никак;

А думалось: расстаться – так, пустяк…

Ты знай, любовь-звезда пропала – прочь.

Оставь, оставь – с тобою только ночь.

07.1999

* * *

Яркая вспышка –

Это молнии свет.

Дождь – передышка

Перед тем, как ответ

Судьбы решит

Двум людям в ночи.

Дождь моросит,

А ты – помолчи.

Короткое слово

Сказать – без труда.

Рождение снова

Услышать, что «да».

Но тут же погаснет

Любой яркий свет –

Нет боли ужасней:

Услышать, что «нет».

Мешать мы не будем

Двум людям в ночи.

Любовь их рассудит,

А ты – помолчи.

07.1999

* * *

Твои горькие слезы смоет дождем.

Для любимого быть лишь игрушкой!

Снова принц оказался лягушкой –

Старая сказка с печальным концом.

Сколько прелести видела в нем,

В короле твоих грез бесподобном!..

И не думать ведь было удобно,

Что лишь жабьим он был королем.

Людям верить уже ты не будешь.

И стоишь ты, не зная, что делать.

Только дождь твои слезы разделит…

Эту сказку не скоро забудешь.

07.1999

* * *

В пучине мрачных мутных вод,

Образовавших темный свод,

Покоится корабль мечты,

Который знаем я и ты.

Сквозит названье там и тут:

«Титаник» – так его зовут.

А человеку легче жить

С мечтой стихию покорить.

Казалось всем – Предвечный Бог

«Титаник» потопить не мог.

Беда ждала их впереди:

Корабль айсберг победил.

Богатство, власть, любовь, мечты –

Все скрылось в дебрях темноты.

За безумный гордый пыл

Человек наказан был.

07.1999

* * *

Как правда жестока,

Как сладок обман…

Слепая дорога

Ведет сквозь туман.

Беспечные грезы –

Всем мыслям венец,

Но честные слезы –

То нужный конец.

Слепая дорога

Приводит к беде;

И ты одинока –

Ведь правда везде.

От правды не скроется

Лучший хитрец.

И честные горести –

Нужный конец.

Кольцо обручальное

Не видишь – туман…

Правды печальнее

Сладкий обман.

08.1999

* * *

«Любовь» рифмуется с «морковь» –

Продуктом ценным огорода.

Вот только общего я рода

Не нахожу у этих слов.

«Любовь» рифмуется со «вновь»:

Исчезла – снова появилась,

Как – разлюбила и влюбилась,

И кто-то новый – принц из снов.

А если наломают дров –

Пореже бы встречалось это, –

Как у Ромео и Джульетты,

«Любовь» рифмуется и с «кровь».

«Морковь», и «бровь», и «вновь», и «кровь»,

И «кров», где не найдет ненастье…

Вот только жаль – со словом «счастье»

Все не рифмуется «любовь».

08.1999

* * *

Очень странно человек устроен:

Как свою ошибку видит где,

Думает, ошибок не достоин,

Виноватых ищет в небе и в воде.

А если что-нибудь с лихой руки удачи

Получится – ну прямо высший класс,

То человек своих заслуг не спрячет,

Собой гордится он в сто первый раз.

Критики всегда боятся люди;

Убивает – недовольства страх…

Но какие из людей есть судьи?

Суд один – и тот на небесах.

08.1999

* * *

Дышит огнями город ночной,

И вроде бы все хорошо.

Вот только кто нужен - давно не со мной.

Вот только кто нужен - ушел.

Искать где – теперь уж не знаю…

Просил одного: чтоб простила.

Ответила я: «Не прощаю».

Просил удержать – отпустила.

Чуть-чуть постояв на пороге,

Сказал: «Только помнить не надо.

Еще повстречаешь ты многих.

Забвение – сердцу пощада».

Навеки забыть обещала,

И с этим захлопнула дверь…

Многих с тех пор повстречала,

Но он в сердце моем и теперь.

Ведь память – она не рабыня.

На нее не натянешь узду.

Пусть знает: с тех пор и доныне –

Верю, надеюсь и жду.

08.1999

* * *

В небе далеком – мерцание звезд;

Звезды повсюду – лунная рать.

Где ты? На это ответ очень прост –

Как и до звезд, до тебя не достать.

Хотя ты и рядом, и можно рукой

Дрожащей коснуться родного плеча…

Тебя я увижу, и бренный покой

Уходит и тает в горячих лучах.

И счастье – столкнуться с насмешливым взглядом…

Понять, вероятно, тебе нелегко:

Как все же больно – с любимым быть рядом

И знать, что, как звезды, он так далеко.

08.1999

* * *

За ближайшим поворотом

Что-то вдруг произойдет:

Кто-то встретит там кого-то,

Кто-то что-либо найдет.

У кого-то жизнь случайно

Что-нибудь перевернет.

Ну а для меня не тайна:

Там никто меня не ждет.

За ближайшим поворотом

Не случится что со мной.

Пусть сворачивает кто-то –

Я отправлюсь по прямой.

08.1999

* * *

– Да кто он такой?

Ветер степной?

Месяц ночной?

Отважный герой?

Демон ли злой?

Ха, святой херувим?

– Хватит, постой.

Он просто любим

Мной.

08.1999

* * *

Как в небе синем и без птичек,

Как в огороде без капусты,

Как в школе без биологичек –

Так без тебя на свете пусто.

Как летним вечерам без гроз,

Как волку без ягнят послушных,

Любви великой – и без слез, –

Так без тебя на свете скучно.

Али-Бабе – и без «сим-сима»,

И айсбергам – без кораблей, –

Так без тебя невыносимо.

Ну приходи же поскорей!

08.1999

* * *

Всё думалось, что день тот так далек,

Как будто никогда его не будет…

Но вот звенит наш выпускной звонок

И говорит, что взрослые мы люди.

А с детством расставаться как-то жаль,

И мысли о грядущем ум тревожат.

Легла на сердце горькая печаль,

И словно ностальгия душу гложет.

Пройдут года, пройдут десятки лет,

Развеются все сладостные грезы.

И вспомнится тот детства яркий свет…

Сумеем ли тогда сдержать мы слезы?

08.1999

* * *

Погасла звезда,

Ушли поезда,

Розы опали –

Когда вы спали.

Завяла лоза,

Упала слеза,

Мечты погибали –

Пока вы спали.

Украли любовь,

Выпили кровь,

Душу забрали –

А вы всё спали.

08.09.1999

* * *

Спать сегодня не хочу

И опять зажгу свечу.

Вон напротив – свет в окне,

Там не спится, как и мне.

У окна, как на посту,

Жду, что крылья отрастут,

И влечу во мглу и тьму,

И помчусь опять к нему.

И найду его окно,

Что в ночи горит одно.

И сидит он у окна;

С ним в компании – луна.

Время тикает, идет.

Ну а он кого-то ждет.

Он, тревогу сохраня,

Дожидается меня.

Я уж близко, и давно

Для меня открыл окно.

Звезды, тени, лунный дым –

С ними мы поговорим.

И еще поговорим

О загадках ночи с ним.

До утра не гаснет свет.

Но забрезжит вдруг рассвет,

И пора домой лететь.

Только, только бы успеть!

И до ночи он опять

Будет голову ломать:

«Кто ты, гостья, не молчи –

Кто летит ко мне в ночи?

О себе не говоришь…»

Я? Летучая я мышь!

Ею ночью становлюсь

И к его окошку мчусь.

Кто на самом деле я?

Это тайна лишь моя.

09.1999

* * *

«Настанет год…»

М. Лермонтов

Утопает бренный день

В сизой, сонной, страшной мгле.

Синяя ложится тень,

Время тени на Земле.

Потускнеет доброта,

Вороным всё станет зло.

Всюду будет темнота,

Ею мир заволокло.

Жертвы светлые в ночи

Возгорятся враз.

Почернеют палачи,

Серые сейчас.

И из адовых ворот

Выйдет сатана.

Знайте люди, что грядет

Новая война.

09.1999

* * *

В воздухе легко кружит

Запах яблок, листьев, гари…

Словно осень зелье варит,

Словно как-то ворожит.

Вдалеке горит закат –

Одинокий вечер греет.

В воздухе туманном реет

Этот яркий аромат.

Чем-то тихо удивлять

Запах заставляет сердце,

И душе так просто греться

И о прошлом размышлять.

Осени пройдет парад,

Там – зима, весна и лето…

Только – сохранится где-то

Этот сладкий аромат.

09.1999

Четверостишия

I

Голова-два-уха

И прекрасный слух.

Но если сердце глухо,

Значит, весь ты глух.

07. 1999

II

Счастье – твое,

Радость – ее,

Горе – мое.

Каждому свое.

10.1999

III

Враз померкнет светлый день,

Коль на солнце ляжет тень.

И исчезнет вовсе свет,

Коли ты мне скажешь «нет».

10.1999

IV

Ночь-пелена.

Звезды, луна.

Тень, тишина…

Скоро война…

10.1999

V

Ну а время уходит вновь,

Убиваем его бесстудно…

Но хранит нас Твоя Любовь.

Чем ответим мы в День Твой Судный?

2004

VI

Как много стен невидимой тюрьмы

Сооружаем из камней грехов…

Виня других, всё маемся в ней мы,

Пока вокруг пороки роют ров.

25.06.2006

VII

Мой корабль давно уже у пристани,

Только бы добраться мне туда,

Где волнами маленькими, быстрыми

Серебрится весело вода.

29.06.2007

VIII

Где б найти водопад из песка,

Неуклонный, сухой и белый?

Чтоб напомнить он смог о веках,

Что промчались легко, как стрелы.

31.07.2007

IX

Суета сует карусель неустанно вертит,

И сливается всё на скорости воедино;

Ожидание смерти лучше самой смерти –

Жизнь-всегда-на-краю щедра на свои глубины.

10.2008

* * *

Очерняет душу страх,

Хочется умчаться прочь.

Редкие огни в домах

Прорезают мрак и ночь.

И повсюду ни души;

И проносится беглец.

А куда же он спешит?..

Мирно спит его отец.

Ну а тот бежит быстрей,

Он навек умчаться рад…

Не захлопнул он дверей

Там, где мирно дремлет брат.

И боится он упасть,

Тот беглец, в ночи один.

Страх сжигает словно страсть…

Мирно спит малютка-сын…

А когда-нибудь беглец

Возвратиться будет рад

В город, где не ждут отец,

Малый сын и верный брат.

Где родимых окон свет

И не помнит беглеца.

Спросит: где отец. Ответ –

Что казнили уж отца.

Спросит: где же брат. Ответ –

От болезни умер брат.

И померкнет белый свет,

Станет горько от утрат.

И останется один

Лишь родной у беглеца.

Спросит он: а где же сын,

Что взрослеет без отца?

«Ошибаешься, беглец.

Годы всё покрыли ржой.

Есть у мальчика отец,

Ты теперь ему чужой».

10.1999

Бессонница

Ночь и мрак. И где-то сон.

Здесь совсем не нужен он.

Интересней тьма в углах,

Что внушает смутный страх.

Слышится далекий крик.

Видится скорбящий лик –

Тени на стене игра.

Спать пора – и не пора.

Странный воздух за окном…

Не пущу его в свой дом.

В доме больше не души.

Я сижу в ночной тиши,

Только тиканье часов…

Дверь закрыта на засов.

Нет на улице огня.

Все забыли про меня.

Но забрезжит вновь рассвет.

Утренний разгонит свет

Мрачную ночную тень,

И начнется новый день.

Днем я снова буду жить,

Плакать, грезить и любить,

Веселиться и страдать,

И – туманной ночи ждать.

10.1999

* * *

И покровом золотистым

Накрывала осень лето.

Васильки в зеленых листьях

В памяти остались где-то.

Время, время листопадом

Опадает. Даль туманит.

Больше ничего не надо –

Скоро осени не станет.

10.1999

* * *

Остановись, время.

Время, остановись.

Не лей седину на темя,

Не отпускай юность ввысь.

И новые чтоб могилы

Не появлялись, нет.

Не убывали силы,

Цвел чтобы вечный рассвет…

Только оно не слышит,

Время всё мчит вперед…

И того, кто еще дышит,

Вечность в себя вберет.

И на Суд когда-нибудь Высший

Отправлюсь я в свой черед.

10.1999

* * *

Небо синее – в пушистых облаках;

Церкви и могилы – при своих крестах;

Легкий хрупкий пепел дрожит в твоих руках…

Всё в этом мире на своих местах.

Бескрайнее море отражается в глазах;

Прошлое отживших – в обугленных мостах;

Мягкая подушка – вся в твоих слезах…

Всё в этом мире на своих местах.

Времена прошли, их не возвратить;

И любовь ушла, больше не любить;

Жизнь не оценила – больше и не жить…

За всё в этом мире приходится платить.

10.1999

* * *

Кончается двадцатый век –

Как тает прошлогодний снег,

Как высыхают русла рек,

Как умирает человек.

И новый век уже зовет,

И время движется вперед.

И новый век уже грядет,

И что-то, что-то тихо ждет…

И кто-то тормозит в пути.

И кто-то может не дойти.

И кто-то говорит: «Прости».

И кто-то просит: «Отпусти».

Но вот настал волшебный час,

И новый век открыт для нас!

С надеждой слезы льют из глаз.

А слезы будут вновь не раз…

10.1999

* * *

Четыре стихии на бренной Земле

Были, и есть, и будут всегда:

Воздух – что парусу всех кораблей

Помощь, – огонь, земля и вода.

Сила – в руках стихий тех простых.

Но человеческая круговерть

Имеет четыре стихии своих:

Деньги, Любовь, Талант, да и Смерть.

Но – между ними есть параллель.

Денег стихия – стихия воды:

Измены течения, волны и мель…

Плавай с опаской – не будет беды.

Стихия огня – и стихия-любовь:

Сердце пылает, прощаясь со льдом,

От жара вскипает и вслед ему кровь.

Пожары в душе – и пожары кругом.

Воздух-стихия – стихия-талант:

Лишь вдохновенья подул ветерок –

Счастлив художник, поэт, музыкант,

Пока кислорода не кончился срок.

Когда же вся жизненная круговерть

Растает, сгорит, утечет как вода –

Время земли. А земля – это смерть,

Рубеж для всего, и везде, и всегда.

10.1999

* * *

Накрыл туман пустую даль,

И небо затекло свинцом.

На ветках – иней… Царь-февраль

Чужой могилы стал отцом.

Безликий холм в густом снегу,

Под ним – надежды и мечты.

Для той могилы берегу

Живые яркие цветы.

Весна придет, снега сойдут,

Февраль – как не был, хоть и был.

Найдут цветы, тогда поймут:

Могилу кто-то не забыл.

10.1999

Ангел

И уводит путь-дорога

В серо-сумрачную даль.

За спиной осталось много,

За спиной всё то, что жаль.

Пилигрим бредет унылый,

Спутник с ним – его печаль.

Ангел – пилигрим – бескрылый,

Его манит эта даль.

Не святой служитель рая

И не адовый злодей,

А из этого он края –

Светлый ангел средь людей.

С миром гневным и обманным

Развели его межой,

И бредет путем туманным

Светлый ангел, всем чужой.

10.1999

* * *

Время делаю я – среди многих, –

И этим слегка горжусь.

В том числе без меня – ни пути, ни дороги.

Земля, материк, Русь.

Будут, будут, конечно, наши потомки

Где-то там впереди.

Будут наши поспешно топтать обломки

Будущего посреди.

Будут, будут рассветы, периоды тьмы,

Будет всё и без нас.

Но пока того нет, настоящее – мы.

Мы – это мир сейчас.

10.1999

* * *

Сильной вьюгой

След замело.

Ей без друга

Так тяжело.

На пороге

Взглянул в глаза.

Для дороги –

Ее слеза.

И – умчался.

Под снегом – след.

И остался

В окошке – свет.

10.1999

* * *

Он идет туда, где тает свет.

Может, это и не шаг, быть может, бег.

И на листьях побуревших – слабый след;

След накроет белый-белый новый снег.

Не узнаете никто и никогда –

А куда стремится путник на заре?

Радость манит или, может быть, беда?..

Память снегом заметет уж в ноябре.

И какую прячет тайну человек,

Что в дали туманной тает на заре?..

То – уходит безвозвратно старый век,

И умрет он в этом синем декабре.

10.1999

* * *

Над рассветными туманами

Поднимается заря,

И деревья полупьяные

Цвета грозди янтаря

Тихо на ветру качаются…

Осень, осень, листопад.

С летом солнечным прощается

Беззаботный старый сад.

Строго-стройная, как статуя,

Одиночеством полна,

Вся раздумьями объятая,

Вдалеке стоит сосна.

10.1999

Ворон

Бесконечное летнее поле,

И над ним черный ворон кружит.

Больше жизни для ворона – воля,

Больше жизни он ей дорожит.

И взмывает он под небесами,

А под ним словно море – поля,

Лес зеленый – как будто волнами,

Черный остров – как ворон – земля.

И гуляет задумчивый ветер,

И заката горит полотно.

Этим ворон и счастлив на свете.

Спорит песня его с тишиной.

10.1999

Старое кладбище

Старое кладбище.

Оазис городской

Среди домов, прохожих и дорог.

Здесь тишина. Здесь получил покой

Тот, кто при жизни – обрести не мог.

Могилы, мхи и старые кресты,

И дух земли витает в тишине.

А ночью – шелест в дебрях темноты,

Мерцание надгробий при луне.

Ночами, днями – здесь покой всегда.

Здесь тайны перекрестка двух миров.

Стоянка времени. Я прихожу сюда,

Устав от тяжких жизненных оков.

10.1999

* * *

Он там, где правят гнев и зло,

Он там, где правят мрак и смерть,

Где вся в крови земная твердь,

А радость – вихрем унесло.

И, как над пропастью во ржи, –

Один, с ним лишь огонь свечи.

И – не пугают палачи,

И – не пугают их ножи.

И цель его всегда одна…

Стоит он, как немой укор,

И не уйдет он до тех пор,

Пока не кончится война.

10.1999

* * *

Лежит раскрытое письмо

Средь разных мелочных бумаг.

В огне должно сгореть оно

И превратиться в сажу – мрак.

А из каких попало рук,

Чем виновата та рука?

Об этом знает лишь паук,

Что тихо смотрит с потолка.

Какая на письме вина,

И что оно в себе таит?

Об этом знает лишь луна,

Что тихо в то окно глядит.

Там смех или предсмертный стон?

Там крик, а может, тишина?

Об этом знает только Он,

Об этом знает лишь Она.

Теперь не важно, ведь пылать

Письму в камине все равно.

А что там было, то узнать

Ни мне, ни вам уж не дано.

11.1999

* * *

Темный ангел поднялся из ада.

Протянул – без линий ладонь.

«Будь со мной, потому что надо!»

Кто-то крикнул: «Не тронь, не тронь!»

«Ну куда же вас, нищих и сирых,

Доброта, скажи, завела?

Отказаться от вечного пира,

Вечной радости в мире зла?

Не вливать в полноводные реки

Горько-сладкую теплую кровь?

Не забыть – да на вечные веки –

Муки совести, горе-любовь?

Умереть так позорно, без мести?

Или выбрать разбой и разврат?

Ну молитесь на маленький крестик,

Ну молитесь на нужды и глад!

Набираю я армию смелых

Для последней великой войны,

Для погибели ангелов белых,

Для короны – ликуй! – сатаны».

На слова черной злобы и лести

Десять не дали отказ.

Остальные стояли на месте…

Только десять, пока, в этот раз.

11.1999

Черный лес

Далеко-далеко, да за краем земли,

Где не ждут поездов, не плывут корабли,

На снегу словно страшный порез:

Как ворон, как зло – черный лес.

В черном-черном лесу

Ты погибель найдешь,

Ты оттуда живым

Никогда не уйдешь.

Добрый путник, прошу –

Не ходи в черный лес,

Затеряешься там

Среди зла и чудес.

Там нет цветов, там нет травы,

Века деревья без листвы;

Кровавых глаз призывный взгляд –

Повсюду те глаза горят.

И там рабы навечные луны –

То чернокнижья подлые сыны.

Там демоны и бесы всех мастей,

Бело от человеческих костей.

Там время потеряло ход и лет –

Как света и добра – в помине нет.

1997-1999

* * *

Вдаль уводит бесконечный коридор.

И – стеклянные всё стены по бокам.

Стен – как нету, но они – забор

И преграда мощная рукам.

Что за ними, не подвластными рукам?

Слева за стеной сокрыта смерть –

Неизвестность, неизбежность, вечность там…

Справа – справа жизни круговерть.

И за стенами – всё то, что должно быть,

И рождаются, и гибнут каждый день.

И под стенами прохода не прорыть…

Лишь идти вперед неслышно, словно тень.

За стеною кто, те видят: вроде жив,

И вернутся к суете своей опять.

И не знают, что проход тот просто лжив,

И не хочется об этом размышлять.

Но когда-нибудь, действительно, проход

Вдруг появится в какой-нибудь стене…

Неизвестно – к жизни, к смерти приведет,

К голосам или к безликой тишине.

11.1999

Сонет

А вот и осень золотая

Нам шлет прощальный свой привет.

Исчезнет листьев яркий цвет,

И будет даль белеть пустая,

Ведь строгость зимняя простая

Оставит на земле свой след.

И будет истончаться свет,

В снегах, в закате мерно тая.

И реки заневолит лед.

И вскоре будет Новый год.

И жизнь изменится опять.

Был месяц – выглянет луна…

Не повернется время вспять,

И снова за зимой – весна.

11.1999

* * *

Память – лучший друг

И сильнейший враг.

Хорошо вокруг,

Но вскоре – всё не так.

Продолжая жить,

Прорезая тьму,

За вчера корить

Вовсе ни к чему.

Что произошло –

Кричи судьбе назло:

Было да прошло,

И ветром унесло.

11.1999

* * *

Мраком всё накрылось,

Что огнем горело.

Что-то вдруг случилось,

Яркость посерела.

Время обмануло,

Прошлое устало,

Память утонула,

Ничего не стало.

11.1999

* * *

Слабый ветер оживил слегка моря,

Тени бледные играют на песке,

И деревья зеленеют вдалеке…

И над миром поднимается заря.

День проходит, как безумный маскарад.

Утром – вера в предстоящий, новый день,

В полдень появилась скепсис-тень,

К вечеру уставший ночи рад.

Рдеет, разливается закат,

Тихо-тихо наступает ночь.

Жизни маскарад растаял – прочь…

И с зарею будет новый день зачат.

12.1999

* * *

Новый век, прошу, не наступай.

Не хочу бросать всего, что было,

Забывать все то, что не забыла,

Говорить «прощай», «прощай», «прощай».

Новый век, немного подожди.

Я хочу вернуться в это лето,

Видеть радость солнечного света,

Теплые дожди.

Ты не слышишь, продолжая путь;

Дашь свои рассветы и закаты.

А потом и сам уйдешь в «когда-то»,

Ведь того, что было – не вернуть.

12.1999

* * *

Тот, кто в жизни играет роль,

Он для себя и раб, и король.

Всё для себя самого,

Других словно нет для него.

Так устроен безумный мир,

Тот, кто сам для себя кумир,

К чуждому вечно жесток,

Вечно в душе одинок.

Жизнь тяжела, роль тяжела,

Многое в сердце она нанесла.

Над актерами веет рок,

Вечно актер одинок.

А он умирает, и роль умерла.

На мгновение меньше блага и зла…

Но – заполнена снова стезя.

Пустующей сцене – нельзя.

12.1999

* * *

Ленивые волны лакают песок,

Воды шумящие, запах морской…

Парус вдали – невозможно далек.

Радость вдали – невозможный покой.

За серым безмолвием солнце скорбит,

Пустоши тяжесть на море лежит,

Ветра прохлада по телу бежит,

Горечь пустынная чайкой кричит.

12.1999

* * *

Черное сердце – корона пик,

Символ боли, слез и разлук.

Черное сердце венчает тупик,

Мрачный тупик, замкнутый круг.

Черное сердце – символ бед,

Жгучих, безумных, адских страстей.

Черное сердце – тьма, а не свет,

То, что хранит силу смертей.

12.1999

Смерть

I

Среди тайн великих и – Смерть,

Что стоит в конце пути, как стена.

Ее поступь тише, чем тишина,

И рука гораздо тверже, чем твердь.

Перед ней ничто – любой человек,

Плесневеет перед ней власть корон.

И любой за ней пойдет в долгий сон,

И земной приют покинет навек.

Вместо скипетра – лишь с лезвием жердь,

Вместо мантии – простой балахон,

Вместо свиты – стая черных ворон,

Вместо званий и имен – Смерть.

12.1999

II

Не потушишь тонких свечей

И того не вернешь, что взяла.

Не страшишься диких ночей,

Не страшишься мрака и зла.

Служишь последней стеной

И служишь началом пути.

Когда-то придешь и за мной,

Чтоб с тобой мне

Навеки

Уйти.

12.1999

III

Ты меня не узнаешь?

Здравствуй, я пришла.

Нет, не бред я и не ложь,

Не исчадье зла.

Славою своей дурной

Воплощаю страх.

Много было за спиной

Палачей и плах.

И не надо что-то лгать –

Я не изменю.

И не надо убегать –

Знаешь, догоню.

Все земное подлежит

Только мне одной.

На тебе печать – лежит,

Ты пойдешь со мной.

2000

* * *

Горит свеча, что хранилась

Много и много лет.

Всё, что свечой не забылось,

Тихо уйдет ей вослед.

Молча о чем-то скорбя,

Медленно, но исчезает.

Очертания вянут и тают,

Все еще что-то любя…

Тот, кто свечу ту зажег,

Прошлое – смог – превозмог.

И от огня, горяча,

Медленно гибнет свеча.

12.1999

* * *

Белый снег – как покрывало,

Как убранство и как саван.

То зима всё накрывала –

Берег, корабли и гавань.

Жадно море поглощало

Снега дань воде усталой.

Небо кораблям послало

Неприметный белый траур.

Не ходить им больше в воды,

Что для них родней земли.

Старые, от непогоды

Умирают корабли.

12.1999

11.2006

Ранее утро. Всё холод сковал.

Терпкость наполнила воздух жестокий.

Снег затвердевший скрипел и стонал,

Когда проходил пешеход одинокий.

Руки изрезал суровый мороз –

Они беззащитны на холоде были.

Замерзший, под окнами выл старый пес,

Понять не хотел, что его позабыли.

Немело лицо, а внутри твоя боль

В холод согреться помочь не желала.

Слезы замерзли – застывшая соль;

Только убитое сердце пылало.

Смириться, смириться оно не могло…

Лютует зима, но закончится вскоре.

Разбилось оно, но осталось тепло,

Этот огонь холода переборет.

22.01.2000

* * *

Чем кишеть и таять в серых массах,

Лучше – одному в своем пути.

Чем сгребать гроши в гниющих кассах,

Лучше – уйти.

Чем среди участливых, но сле́пых,

Говорящих: «Нет, я не пойму!»,

Чем среди шаблонных, ровных слепков,

Лучше – одному.

Чем вянуть в духоте, получше всё же

На жестоком постоять ветру.

Слез не будет на застывшей коже,

Когда умру.

01.2000

* * *

Синее море лентой без края

Врезалось в вечную даль.

В синих глазах, беспечно играя,

Сквозило жестокое «жаль».

Синее небо, не зная предела,

Стремилось в бескрайнюю высь.

Вместе с движением губ «не хотела»

Слезы рекой полились.

Синяя птица заветного счастья

Пока что еще далеко.

Сначала прольется над миром ненастье

Спокойно и даже легко…

27.01.2000

* * *

В мириадах разбитых зеркал,

Среди осколочных рек,

Очень долго что-то искал

Странный один человек.

Зеркала, зеркала, зеркала,

Не к добру разбиваетесь вы…

Что за тайна его привела

Из мира опавшей листвы?

И какое он ищет лицо

В галерее расколотых лиц?

Из каких он таких храбрецов –

Не страшится зеркальных глазниц?

Из блестящих осколков стекла

Он пытался составить портрет

Той, кого не найдут зеркала,

Той, которой уже больше нет.

Он упорно и долго искал,

Но обман поджидал каждый раз.

В осколках лишь призрак мелькал

Бездонных мерцающих глаз.

28.01.2000

* * *

Склонился над городом вечер усталый,

Окрасила небо заря.

Листва на ветру что-то тихо шептала.

Мы шли, ни о чем говоря.

В далеком и теплом дыханье заката

Ожившие вдруг, облака

Всё медленно плыли и плыли куда-то,

И таяла с ними тоска.

И постепенно вдали появлялись

Ночи глаза – фонари.

И незаметно слова растворялись

В огненных красках зари.

02.02.2000

* * *

Оказались карандаш под рукою

И случайный из тетради листок.

Там увижу я лицо, но какое?

Счастлив кто-то или зол и жесток?

А глаза – светлей, чем небо весною

Или, может, темным пеплом полны?..

Их я знаю – ведь твой образ со мною,

Для меня его легко соткали сны.

Тонкость черт, овал лица идеальный

И небрежная каштановая прядь.

Взгляд прямой, до боли в сердце печальный,

Нервных губ разочарованная гладь.

Что в душе твоей – всё облик расскажет:

Тяжелейшая сокрыта в ней тоска.

Но и как она прекрасна – подскажут

Чувства, мысли да и верная рука.

…Вот, закончен, подарив сердцу рану,

Твой прекрасно-бесполезный портрет.

И я думать о тебе перестану,

Ведь тебя на свете не было и нет.

02.2000

* * *

Свечи горели. Свечи погасли…

Умерло поле горящих свечей…

Полотна ожившие черных ночей,

Кругом пустота не от вас ли?

Свечи горели. Умерли свечи…

Что-то осталось на дне…

Вечность скиталась в живущем огне,

Но этот огонь вдруг не вечен.

Умерло поле, огней бесконечность,

Скелет из свечей в темноте не узреть.

Что-то заставило их умереть…

Ты, жизнь, как они быстротечна.

13.02.2000

* * *

Я не знаю, что тебе и пожелать…

Свет зари? Но ведь и так уже он твой.

Чтоб от счастья беззаботно засиять?

Но уже ты под счастливою звездой.

Всю неповторимость алых роз?

Но прекраснее любого ты цветка.

Может, страсть и свежесть майских гроз?

Но ведь жизнь твоя и так свежа, ярка.

Жизнь твоя гармонии полна,

И я знаю, что бы надо пожелать:

Чтоб под властью зачарованного сна

Ты сумела этот мир не растерять.

02.2000

* * *

Люди видят кровь, не видят

За нею боль.

Люди видят смерть, не видят

За нею даль.

Люди видят и улыбку и не видят

За нею роль.

Люди видят слезы и не видят

В душе печаль.

Люди видят спину и не видят

За нею след.

Люди видят веки и не видят

Надежды взгляд.

Люди видят доброту, не видят

За нею свет.

Люди видят только то, что видно,

Что захотят.

13-14.02.2000

* * *

А на Земле – еще зима,

А на Земле – еще тоска.

Плывут седые облака,

Стоят, насупившись, дома.

Еще витают холода,

Пронзает ветер свет очей.

В тяжелом сумраке ночей

Всё уезжают поезда.

Весна придет, пойдет река

Куда вдаль, за берега.

И медленно умрут снега.

И снова на Земле – тоска…

20.02.2000

Детству

Между нами пролегло

Много бренных лет.

Ты – разбитое стекло,

А осколков нет.

Кровоточащий, в душе

Мне остался след.

Успокоиться б уже,

Но покоя нет.

Дни, недели и года, –

Шаг за шагом – вдаль:

Невозможная мечта,

Памяти печаль.

01.03.2000

* * *

Тени на светлые стены ложатся,

Отблески ярких весенних огней.

Хочется, хочется вдруг отдышаться

После угрюмых и пасмурных дней.

Солнце сквозь серое небо сияет,

Снег оттесняют асфальт и трава.

Воздух же – дождь от зимы очищает,

Как очищают прощенья слова.

10.03.2000

Брошенная игрушка

Весна наступила, согретая слякоть

Пришла, ожила бесконечная грязь.

В луже игрушка, раскинувши лапы,

Лежала, печально о чем-то смеясь.

Прохожие шли, погрузившись в заботы,

Она всё лежала, кого-то ждала.

А ведь когда-то играл с нею кто-то,

Возможно, что самой любимой была.

Но только ребенку она надоела,

Красивей игрушки купили ему.

А эта в грязи, но кому что за дело?

Про мелочи думать совсем ни к чему.

Погибла игрушка, и это казалось

Тоже какой-то особой игрой:

Часто подобное в жизни случалось…

Люди с людьми так играют порой.

12.03.2000

* * *

Парит над пустыней ночной небосвод,

И путь к горизонту раскинут.

И странник вдали одиноко идет,

Свобода его не покинет.

Так долог его нескончаемый путь,

И нет ему дома на свете.

Отыщет пристанище, где отдохнуть,

И тихо уйдет на рассвете.

А может быть, это и есть его дом –

Дорога в далекие страны?

Идет он, влекомый неведомым сном,

И след застилают туманы.

Идет он, всегда одинок, налегке,

И путь этот что-нибудь значит.

А кто-то вчерашний, уже вдалеке,

Все смотрит в туманы и плачет.

2000

* * *

В мыслях о стольком, о многом,

Идя вдоль пути не того,

Не спрятаться за порогом

Дома не моего.

Там, где не луг, а болота,

Лугу не дав своего,

Там, где не будет кого-то

Счастья не моего.

В час, когда тошно и скудно,

Боль прошептать – никому.

Часто бывает так трудно

Идти по пути – своему.

2000

* * *

Дороги наши не сойдутся,

Ко мне нежданно не придешь,

Опять случится разминуться,

И вовсе ты меня не ждешь.

Ты птица вольная, мой голубь!..

Да нет же, ты совсем не мой…

Душа твоя темна, как прорубь,

Моя же – ветер над волной.

Свобода мне всего дороже.

Я не хочу гореть в огне.

Я не люблю тебя. Но всё же

Уж очень нравишься ты мне.

13.06.2000

* * *

От усталости что-нибудь ждать

Даже солнечный день не спасет.

А зачем, если знать наперед

То, что завтра ненастье опять?

Если вновь под унылым дождем

Вскипятится бесцветная пыль,

И упрямый живучий ковыль

Вместо роз расцветет под окном.

Если тучи своей пеленой

Затворят голубой небосвод,

И тоска никуда не уйдет,

Потому что ей скучно одной.

И душе эту мрачность минут

Всю отдаст как ненадобный сор…

Только всё это лишь до тех пор,

Пока розы в саду не цветут.

1999

14.06.2000

Картина

Млеюще-серый, парит небосвод.

Дорога уводит в туманную даль.

В сердце застыла немая печаль –

Эта дорога свободного ждет.

И для него тот лиловый закат

На горизонте бледнеет вдали,

И сизые тучи, небес корабли,

И нету причин возвращаться назад.

И для него – зеленеют поля,

Тяжелые гладкие камни лежат…

Быть может, однажды в рассвет иль закат

По этой дороге отправлюсь и я.

04-05.06.2000

* * *

Барабанит дождь по крышам,

Плещет в лужах и кустах.

Ну а он всё письма пишет

На тетрадочных листах.

Что-то дождь ему нашепчет,

Гром о чем-то прокричит…

Стекла отражают свечи,

Дом пустынный все молчит.

Сад шумит, дождю послушен.

Сумрак листья затемнит.

Месяц в черно-синих лужах

Отражается, блестит.

Память иногда обманет,

Память – счастья тихий след…

Он писать не перестанет

Тем, кого на свете нет.

И венки уж потускнели,

И осыпались цветы…

Дождевых слезинок трели

Что-то шепчут на листы.

Почерк памяти унылый,

Лишь она осталась с ним.

И закат души остылой

Плачет ливнем проливным.

Писем никому не вручит,

Ведь на свете он один.

Их в который раз получит

Полыхающий камин.

07.2000

* * *

Остывает чей-то след

На дорожном пустыре;

И мерцает тихий свет

В одиноком фонаре.

Брошенный цветок лежит,

Ветер треплет лепестки.

Ночь над пустырем парит,

Ночь, пристанище тоски.

Одиноко воет пес

На поблекшую луну.

И среди бессонных рос

Не найти слезу одну.

Запах ночи и травы

В темном воздухе парит,

И фонарь среди листвы

Тихим пламенем горит.

07.2000

Время

Осыпались на ветру яблони,

Лепестками, как слезинками, плача.

Лепестками белоснежными, слабыми…

Потому что невозможно иначе.

И ложились они, белые, белые.

В небесах звенела майская просинь.

А на ветках будут яблоки спелые,

Золотые, словно ранняя осень.

25.07.2000

Вдали

Черно, хотя еще не поздно,

И златом-серебром огни

Горят. Вдали от них так звездно,

И душу жгут мою они.

Как будто ничего роднее

И недоступней в мире нет…

И манит, манит всё сильнее

Рассыпанный по сердцу свет.

Дома и фонари чужие,

Как далеки вы, очень жаль!

Те звезды яркие земные

Тоску мне дарят и и печаль.

Вдруг захотелось превратиться

В того, кто сбросит злую цепь,

И к вам свободной, смелой птицей

Сквозь черноту и даль лететь.

К вам прилететь, увидеть чтобы

Надежды край, чужой, не мой!..

Но слышу: вон ползет автобус,

И ехать мне пора домой…

2000

* * *

Вновь выхожу я навстречу

Пряным ветрам октября.

Тает задумчивый вечер,

Тихо бледнеет заря.

Запахом листьев и дыма

Полнится воздух кругом.

Детством повеяло мимо,

Дети стоят над костром.

Где-то вдруг вскрикнула птица,

Словно позвав за собой…

Чувствую – что-то случится

Этой осенней порой.

Только, пожалуй, не скоро,

Да и не надо – быстрей:

Сердцем послушаю голос

Прошлых моих сентябрей.

31.08.2000

Луна в окне

Ярко-желтым фонарем,

Нежась в сером небосклоне

И пушистой черной кроне,

В мой заглядываешь дом.

Ты как я – не любишь спать

Ночью. По небу гуляешь,

Видишь многое и знаешь

То, что людям не узнать.

Золотистая луна,

А скажи, подумать тоже,

Мы ведь так с тобой похожи –

Ты одна и я одна.

Трудно – не туда бежать,

Потому что в нашем мире

Дважды два всегда четыре,

Никогда не будет пять.

Трудно – не туда бежать

И не плыть со всем потоком…

Смотришь ярко-желтым оком,

Словно можешь ты понять.

31.08.2000

* * *

Уж поздний час.

Легла на сонный город ночь.

А что сейчас

Пытаешься опять ты превозмочь?

Не нужен свет

В тиши погаснувших свечей.

Какой ответ

Ты просишь у бесчисленных ночей?

Опять мороз

Покрыл туманом гладь стекла.

На твой вопрос

Ответ не знаю даже зеркала…

А всё пройдет,

И за зимой придет весна.

И сердца гнет

Небесная покроет тишина.

29.09.2000

* * *

Я тебя никогда не забуду,

Образ твой никогда не растает.

Жизнь не сказка, увы, и не чудо,

Я из тех, кто, увы, это знает.

Вольной птицею вдруг встрепенешься

Иль исчезнешь рассветным туманом –

Ты уже никогда не вернешься…

Только ждать я, увы, не устану.

Я спокойна, спокойна, покуда

Миг закатный о ночи мечтает…

Я тебя никогда не забуду,

Образ твой никогда не растает.

2000

* * *

Яркая осень прощается с нами

Листьев сухим разноцветным дождем.

Яркая осень прощается снами,

После которых чего-нибудь ждем.

Белым покровом туманы ложатся

В лоно поблекших и стихших долин.

Рдяными ягодами разгорятся

Кисти чуть видных сквозь дымку рябин.

Вдаль все летят беспокойные птицы,

В странах иных они ищут дома.

Осень, успеть бы нам наговориться –

Скоро зима.

10.2000

* * *

Много лиц у извечной любви,

Перекрестков так много случится…

Ты любовью, прошу, не зови –

Мы с тобою две вольные птицы.

И не надобно звать судьбой,

Возводить это в сан пророчеств:

То не встреча наша с тобой –

Столкновение двух одиночеств.

В этой жизни так много дорог,

И идти можно тоже любою.

Ты и я переступим порог

И уйдем – я с собой, ты с тобою.

Серый нас обручил небосвод,

Синий – время настанет – разлучит.

Разных новых надежд хоровод

После этого каждый получит.

А пока – я с тобой, ты со мной.

Легкой дымкою смутное чувство…

Дом песочный наш смоет волной.

В небесах так торжественно пусто.

10.2000

* * *

Старых кладбищ осенняя тайна

Завораживает в октябре.

И, наверное, все не случайно

Зачаровано так на заре.

Одинокие листья кружатся,

Яркой смерти своей лоскуты.

На забытых могилах ложатся,

На недолгие дни – золотых.

Уж давно не летят паутины,

Да и дни все темней и темней…

Только как же волнуют картины

Старых кладбищ октябрьских дней.

10.2000

Снежные дни

Длинные белые сети

Тихо летящего снега

Злой своей волею ветер

В чьи-то заносит сердца.

Снегом укрыло пороги

Тех, кто неволится бегом,

Но никакие дороги

Не сберегут беглеца:

Нет для тоски расстояний,

Нет расстояний для плача.

Радости звездных сияний

Тем, в ком страдание, нет.

Может, надежда пылает,

Может, всё будет иначе,

Ну а пока остывает

Кем-то оставленный след.

Кто-то ушел на рассвете,

Заревом хладным согретый,

Кто-то те снежные сети

Снова мечтает порвать.

Кто-то ушел, чтоб вернуться,

Страхи развеются светом.

Только хотел оглянуться:

Будет ли кто-нибудь ждать?

10.2000

* * *

Сны строят свои города

Из памяти, тени, души.

Плывут в серебристой тиши,

Прозрачные, словно вода.

Рождают и слезы, и смех,

И дарят, что жизнь не дает.

Порою там кто-то поет.

Другого всё мучает бег.

Порою там видятся те,

Кому не до встреч наяву.

Порой там кого-то зовут,

Подвластные зыбкой мечте.

Нередко там селится страх,

И радость – очнуться не в них.

Так памятны часто они,

В них жизнь так бывает остра!..

Сны строят свои города…

11.2000

* * *

Я соберу из полыни букет

В поле пустынном и светлом…

Сумрак случившихся бед

Изгнанным будет с рассветом,

Ведь у бессонницы сил уже нет.

Не розы, не маки, а просто – полынь,

Тронутая сединою.

В небе – глубокая синь.

Что-то случилось со мною:

Вьюгу я жду, жду я зимнюю стынь.

Город – в тревогах своей суеты,

В бледном закате витая.

Время поминок мечты…

Иду, а куда – уже знаю.

Может быть, знаешь и ты.

Ждет, чтоб свершился усталый итог,

То, чем жила я доныне.

Сделаю прошлого медленный вдох…

Этот букет из полыни

Я положу на твой тихий порог.

11.11.2000

15.08.2007

* * *

Путник, а с каких дорог

К нам пожаловал?

Дальний гость уже давно

Нас не баловал.

Отдохни-ка ты с пути,

Ведь не евши-то?

И заря уже поди

Догоревшая.

Так спешишь в свои края,

В земли кровные?

Пусть дороженька твоя

Будет ровною.

Только носишь ли с собой

Святый крестик-то?

Видишь, рядом с той избой

Перекрестишься.

Да, черна уж, так черна,

Нету страннее.

И не зря стоит она

На окраине.

Ночь застыла у ворот,

Темень близится…

Ворожея там живет,

Чернокнижница.

Все страшатся ее глаз –

Ох, лютуют-то!..

Коль увидишь да хоть раз –

Не забудутся.

Коли встретишь ее взгляд –

Трудно справиться:

Все в округе говорят,

Что красавица.

Тиной зелены глаза

Непокорные,

А густые волоса –

Сажей черные.

Ну а кожа, как луна,

Белым белая…

Молода совсем она –

Да умелая.

Многих завлекла с собой

Без возврату-то.

Все своею ворожбой,

Эх, треклятою!

Бойся ж, бойся ты ее

Окаянную!..

Прощевай, коль ждет твое

Дальне странствие.

Дома отчего ли ждешь –

Так не терпится?

Не забудь же, как пойдешь –

Перекрестишься.

Коли в дом ее зайдешь,

Уж не вырвешься!

Милый путник, не тревожь

Чернокнижницу!

Не ходи же ты туда –

Будет лучше-то!..

Постучался в ворота,

Не послушался…

15.11.2000

Баллада о тропе

Душе захотелось каких-то чудес?

И памяти меркнут огни?

А видишь – сквозь дымку рассветную лес

Тебя словно чем-то манит?

Ты, верно, зайдешь под таинственный свод,

Сплетенье ветвей, легкий свет,

И в душу твою что-то вдруг снизойдет,

Возможно. А может быть, нет.

На шорох вблизи – поворот головы,

И тайну откроют цветы:

За ними среди изумрудной травы

Тропинку увидишь вдруг ты.

Случайный прохожий туда не шагнет.

Она позабыла следы.

Но кто-то по ней в свое время пойдет,

И это, конечно же, – ты.

Не знаешь, что чаща лесная таит,

Ведь путь тот тебе не знаком.

В конце той тропинки – увидишь – стоит

Давно позаброшенный дом.

Не заперто там; на порог ступишь ты

И внутрь осторожно войдешь:

Всё пылью покрыто, сухие цветы,

Часы, что застыли, найдешь.

В плену паутины давно циферблат,

И стрелки недвижны навек.

Подумаешь ты: что за тайну хранят?

Какой же тут жил человек?

Покинул он дом по причине – какой,

И что он с собою унес?

И где твои радость, и свет, и покой –

Найдешь здесь ответ на вопрос?

Ах, если бы люди порою могли

Вернуть вдруг былое назад!..

Здесь было красиво, здесь розы цвели…

Теперь тут бурьян, а не сад.

А ты постоишь, а потом побредешь

Туда, где кончается лес.

И больше сюда никогда не придешь.

И сердцу не надо чудес.

Жгут боли невидимо горло сдавил,

И плачет вдали воронье;

И не человек в странном доме том жил, –

Умершее счастье твое.

27.11.2000

* * *

Высокий бокал полон сладким вином,

Игрой золотою горящих свечей…

А он никогда не узнает о том,

Зачем тебе столько бессонных ночей.

Ему невзначай тот бокал поднесешь,

Такой же – иной – ты наполнишь себе.

Он пьет за любовь, ты – за жизнь свою пьешь,

За всё, чего хочешь в дальнейшей судьбе.

И жаль его будет, возможно, чуть-чуть,

И – хмель торжества на опасном краю…

Почувствует вдруг он, что хочет уснуть.

Ему пожелаешь проснуться в раю.

Бокал упадет из ослабленных рук,

И – вскрик хрусталя ярким звоном стекла…

Вовек не расскажет притихший паук,

Куда тебя тьма за собой повела.

12.2000

03.2009

Баллада о волчице

В час, когда луна восходит,

Может всякое присниться,

В сердце дым и талый лед,

Из лесной глуши выходит

Одинокая волчица,

И в лесной тиши поет.

Под луною снег мерцает.

Вой волчицы реет вместе

С полуночной тишиной,

Что о многом-многом знает.

Свет луны играет шерсти

Серебром и сединой.

Белым мехом скрыты ели,

Помнят – выла ведь иначе,

Но не так совсем – теперь:

Словно мать у колыбели

О ребенке мертвом плачет,

Хоть не может плакать зверь.

Та волчица зимней ночью

В чаще волка повстречала.

Шел тогда такой же снег.

Яркою луной полночной

Их тогда судьба венчала:

Чтоб не разлучались ввек.

Время шло, росли волчата

Средь чащоб, полянок ровных…

Снег тогда такой же шел,

Как однажды в час заката

Вдруг охотник хладнокровный

Их и логово нашел.

Громом выстрелы раздались.

Криком боли дикой птицы

Вырывался плач щенков.

С жизнью все они расстались,

Кроме раненой волчицы.

Выстрел был и ей готов.

Только что-то вдруг случилось,

Он в глаза взглянул волчице –

И отпрянул он назад:

Слезы из тех глаз струились.

Как могло так получиться? –

Человеческим был взгляд.

Уронил ружье охотник,

И поднять – сил не осталось,

Развернулся, побежал

В сторону глуши болотной.

Что с охотником тем сталось,

Так никто и не узнал.

С болью выжила волчица,

Ненависть ее хранила

С бесконечной жаждой мстить.

Человек ее боится –

Ненависть дала ей силы

Гибель людям приносить.

От охотников волчицу

Темный лес надежно прячет,

Все теряются пути…

Только ей порою мнится,

Что ее волчата плачут,

Но – не может их найти.

12-14.12.2000

* * *

Зимой всё белое, коричневое, черное,