Мария Ким
Степное сердце

В одном краю когда-то пролегала степь — цветущая, раздольная, с простором для приземистых холмов. Там дули свежие ветра и песням звёзд вторили травы и колосья.

В одну позднюю весну в той степи остановилось кочевое племя под предводительством князя Талмата. Честным был тот князь и сильным; заботился о племени и соблюдал обряды.

Было у князя трое детей. В ту пору, получив приказ отца, сыновья Талмата разъехались исследовать торговые пути. В стане с князем осталась только его дочка Эдáе — десяти ей не было.

Единственную свою дочку князь любил, берёг. В степи просил гулять и собирать цветы вблизи шатров и на виду у воинов или у мачехи.

Эдае отца слушалась. Нагулявшись, возвращалась в стан до сумерек. Сначала заходила в княжеский шатёр, потом шла в свой. И если не спалось, сидела в нём и слушала манящие ночные звуки.

Мачеху девочки звали Джуфар. В их стан она пришла измученной дорогой странницей. Сжалился на неё Талмат, велел согреть и накормить. Одел в красивые одежды и поселил в своём шатре. Он принял её вместе с дочкой Ирáлией, а вскоре женился на ней.

Обеих девочек-ровесниц растил Талмат и одинаково о них заботился. Однако только Эдае он обещал дать сундуки приданого с каменьями и золотом. Талмат старался держать это втайне, но в ту позднюю весну, в степи, слух о приданом для Эдае всё-таки добрался до Джуфар.

За дальним шатром, обидевшись на князя, Джуфар задумала неладное. Не стала говорить с Талматом и просить, а прибегла к помощи древней волшбы, о которой ведала от бабки. В новолуние насобирала она горьких трав и намяла их в ступке. А после, в княжеском шатре, ждала, когда уставший от дел князь крепко уснёт.

В степь Джуфар пошла глубокой ночью. Нашла в ней небольшой ручей и, бросив в него смесь из трав, заговорила воду и свернула пятерых купцов с проторенной тропы: оставили они привычный путь и пошли напрямик. Вскоре заблудились и вышли к стану Талмата.

Едва завидев их, Джуфар пришла к супругу. Она стала убеждать его встретить купцов и оставить на ночёвку в стане.

Прислушался Талмат к словам Джуфар: позвал купцов передохнуть и новых сил набраться. Не представлял он, что той ночью приключится с ним и с этими купцами, как не представляла и Джуфар. Древняя волшба была непредсказуемой.

Вечером, сидя с гостями в шатре, Талмат приказал угостить их лучшим вином. Его внесла Джуфар и тут же вышла. Отведав угощения, купцы и князь довольно охмелели, закружились у них головы, а в полночь — обратились они в беспамятных старцев: в одно мгновенье забыли, кто они и как их имена. Глядели и не узнавали стан.