Сельский Дядя
Там, где кончается асфальт

Глава 1

ТАМ, ГДЕ КОНЧАЕТСЯ АСФАЛЬТ

Манифест современного села

Глава 1. Единая экосистема

Когда городские слышат слово «село», у них в головах почти всегда возникает одна и та же картинка: покосившиеся деревянные дома, резиновые сапоги в глубокой грязи, непросыхающие мужики у забора и дед в старой ушанке, который помнит ещё прошлый век. Для многих мегаполис — это цивилизация и будущее, а село — это какая-то забытая глушь, где время остановилось. Они искренне уверены, что цивилизация заканчивается там, где кончается асфальт.

Я родился здесь, вырос и ни разу не уезжал жить в город. И я знаю, что этот старый стереотип бесконечно далек от нашей настоящей жизни. Нет, у нас не идеально. Бывают и плохие дороги, и проблемы, и люди встречаются самые разные, со своими минусами — святых здесь нет. Но то, как мы живем, общаемся и строим свой быт, устроено совсем по-другому, чем думают со стороны.

В этой книге я хочу без пафоса и приукрашивания рассказать о нашей жизни. О том, почему мы доверяем друг другу, как учимся делать всё своими руками и почему нам не нужны графики с понедельника по пятницу, чтобы чувствовать себя свободными людьми на своей земле.

Тут жили наши прадеды, деды, и наши родители растили нас здесь же. Село — это как единая экосистема. Тут каждый знает друг друга: все знают, кто чей родственник, кто где живет и кто чем занимается. В небольшом селе все важные моменты как на ладони. И это не просто новости или слухи — в большинстве этих событий и мероприятий ты участвуешь и присутствуешь сам. Мы все тесно переплетены и делим эту жизнь вместе.

Глава 2. Четырнадцать этажей одиночества

Городские живут в огромных четырнадцатиэтажных домах, улей за ульем, стена к стене. Спросите у любого из них: «Знаете ли вы своих соседей? Хотя бы тех, кто живет с вами на одном этаже?» В девяноста процентах случаев они замямлят, задумаются и ответят, что нет.

Они годами делят одну лестничную клетку, слышат через тонкие стены чужие шаги, разговоры или телевизор, но остаются абсолютно чужими людьми. Город приучил их к анонимности. Там можно прожить всю жизнь в подъезде и даже не знать, как зовут человека за соседней дверью. Если в городе у кого-то случится беда или ремонт, никто с площадки не придет на помощь просто так, потому что каждый сам за себя.

У нас все устроено совсем по-другому. Наше село — это когда все друг друга знают с детского сада, уважают и присматривают друг за другом. В любом магазине или сервисе услуг работают твои знакомые, ты всем доверяешь, и к тебе относятся точно так же. Здесь нет понятия «моя хата с краю», потому что община — это единый организм.

Из-за этого в городе родители боятся отпустить ребенка одного даже во двор. Дети там сидят взаперти или гуляют строго под присмотром, потому что вокруг бродят тысячи безликих незнакомцев, до которых никому нет дела.

У нас дети свободно гуляют по всем дворам и улицам, и за них никто не трясется. Если на детской площадке или лавочке появится чужак, он не сможет просто так раствориться в воздухе. К нему сразу подойдут и прямо спросят: «Ты кто такой? Че тут сидишь? К кому приехал?» Это не злость и не дикость, это здоровая защита своего дома. Чужой здесь всегда на виду, он не сможет сделать ничего дурного, потому что сотни глаз следят за порядком.

Глава 3. Преемственность и польза

В городе очень легко потерять смысл того, что ты делаешь. Ты можешь работать в огромном офисе, перекладывать бумажки или крутить гайки на конвейере, но никогда не увидишь тех, для кого ты это делаешь. Там человек — просто безликий винтик. Если он исчезнет, система даже не заметит, его место завтра займет другой такой же незнакомец.

У нас в селе ты всегда чувствуешь, что полезен для общества. Твой труд, твой бизнес, твое слово — всё имеет значение, потому что тебя знает всё село. Если ты открыл СТО, ты чинишь машины своим соседям, друзьям, людям, с которыми ты завтра столкнешься в магазине. Ты делаешь это на совесть, потому что от твоей работы зависит безопасность реальных, знакомых тебе людей. Здесь репутация создается годами, и её нельзя купить за деньги.

Эта преемственность пронизывает всё. До сих пор в нашей школе преподают те самые учителя, которые когда-то учили нас самих. Они помнят нас мальчишками, знают наш характер, наших родителей, а теперь мы со спокойной душой доверяем им самое дорогое — наших детей. В городе школа — это комбинат по сдаче экзаменов, где учителя меняются каждый год, а дети — просто поток. У нас же учитель — это старший наставник, который ведёт уже второе поколение одной и той же семьи. Мы все тесно переплетены и делим эту жизнь вместе.

Глава 4. Закон безусловной помощи

В городе человеческие отношения давно превратились в товарно-денежные. Если тебе нужно перевезти тяжелый диван, починить забор или перетащить стройматериалы, ты не идешь к соседу — ты открываешь приложение, нанимаешь грузчиков, вызываешь такси и платишь деньги. Там никто не пошевелит пальцем бесплатно, потому что чужие проблемы никого не волнуют. Даже если тебе кто-то помогает, в воздухе часто повисает негласный долг: тебя запомнили, и теперь ты обязан вернуть услугу.