Кира Симанина
Мятный лес

Пролог

Аня сцепила руки в тугой замок. Она сидела погруженная в мысли, не замечая, что машина остановилась. Теплая ладонь Руслана легла поверх холодных пальцев.

— Ты еще можешь отказаться, — улыбнулся он. — Юрист быстро решит этот вопрос.

— Нет-нет! Что ты?! — поспешила заверить Аня, высвобождая руки. — Я просто задумалась…

Его черный внедорожник был припаркован у обочины. Сквозь утренний туман проступал глухой забор и черты двухэтажного уставшего здания.

— Аня, — в голосе проскользнула бархатная мягкость. — Нет ничего стыдного если ты передумала. Они тебе родственники, только по бумагам. Фактически вы никогда не общались.

Анины серые глаза остановились на лице Камшева. Казалось, она разглядывала его глаза, или вновь погрузилась в собственные мысли. Неожиданно чуть улыбнулась:

— Спасибо, тебе огромное! Ты, мой, самый лучший друг!

Валова открыла дверь и вышла из машины. Руслан тяжело вздохнул, наблюдая, как ее силуэт скрылся за забором.

Часть 1. Дима

Глава 1

Всё было паршиво. Директриса будто специально уговаривала опекуншу отказаться.

Димка подслушивал у двери чужой разговор.

— Мальчишка ещё нормальный, но девочка... Я прошу вас, подумайте. Возможно, ее стоит показать специалистам.

Димка обернулся. Младшая сестра спала на кушетке, поджав ноги.

«Хрен два! Лизку не отдам!» — зло подумалось брату.

Шаги приблизились, он метнулся на диван, притворившись спящим. Стук бешено стучащего сердца отдавал в виски.

Щелчок, дверь распахнулась. На пороге появилась она. Единственная родственница, которая выразила желание забрать обоих.

— Они спят, — осторожно пробубнила директриса.

— Тогда... надо их разбудить, не находите? — тётка вошла в комнату и уверенно включила бра. Мягкий свет упал на её худую фигуру и осветил приветливое лицо.

Димка тут же сел, буравя взглядом вошедшую.

— Привет! — тётка подошла ближе. — Я Аня. Можешь звать тётя Аня или просто по имени.

Дима угрюмо кивнул. Аня развернулась и сделала шаг к спящей девочке, но мальчишка коршуном сорвался с места.

— Не трогай её! — выкрикнул он, загораживая Лизу и вставая словно щит. — Я сам.

Аня оторопела от его скорости, но тут же мягко улыбнулась и подняла ладони:

— Окей.

И она отступила на шаг, не нарушая границ пространства мальчишки.

Дима тронул сестру за плечо.

— Лиза, просыпайся...

Сестра разлепила глаза и сладко зевнула. Дима помог ей надеть кофту, лично проверил, что все пуговицы застёгнуты, и, крепко сжав крошечную ладонь, вышел в коридор.

С треснувшего потолка свисала голая лампа. От её серого света тени были резкими, грубыми — как и всё в этом приюте.

— Подумайте, подумайте... — продолжала нашептывать директриса, Ане, на ухо. Тётка молча кивала, сжимая в руке пластиковую ручку их старого чемодана.

— Спасибо за заботу. Нам пора.

Втроём они вышли в хмурое, продёрнутое туманом утро, пересекли неухоженный, заросший двор. У больших кованых ворот стоял чёрный внедорожник. Димка внутренне напрягся. Мышцы налились свинцом.

«Если бежать — то сейчас!»

Он крепче сжал руку сестры.

До леса, за забором — рукой подать. Туман поможет скрыться. Лиза лёгкая, он её на спине утащит...

— Давай сюда, — неожиданный низкий мужской голос заставил вздрогнуть.

Из тумана вынырнул высокий человек в расстёгнутой куртке. Он бесцеремонно забрал чемодан из рук Ани и, открыв багажник, забросил туда их жалкие пожитки.

— Кресло для девочки я поставил, — бросил он.

Мальчишка шумно выдохнул. С побегом можно было повременить.

— Это Руслан Камшев, — представила Аня.

Димка упёрся глазами в высокого и крепкого мужчину. Тот мазнул по ним холодным, оценивающим взглядом и коротко кивнул.

— Это Дима и Лиза… племянники.

— Отлично. Поехали, — без особого радушия отозвался Руслан.

«Если это тёткин муж, то у нас будут проблемы», — подумалось Диме, когда они садились в пахнущий дорогой кожей салон. – «Он явно не рад нашему появлению в их жизни».

Глава 2

Ворона обманула Бобо и заманила в город. Она обещала ему мятных конфет, а большой торопыга, любитель сладостей, не смог отказаться. Вот и бродит теперь среди высоких дворов колодцев, да по набережным, ища дорогу обратно.

Внедорожник летел по серпантину, то поднимаясь в гору, то скатываясь вниз. Вокруг застыли холодные деревья и туман — плотный, как молоко. Он стелился по земле и тянулся за ними следом.

— Похоже на страшную сказку, — задумчиво отозвалась Аня. Она обернулась назад и тепло улыбнулась.

Лиза спала. Дима то и дело вытирал потные ладони о грязные джинсы. Он жутко нервничал.

— Но у любой сказки, даже самой страшной, всегда есть конец, — закончила тетка свою мысль.

Мальчишка промолчал. Он мучительно пытался вспомнить хоть что-то про эту родственницу и не мог. Мама запрещала даже её имя произносить. А почему — он не знал.

У него было много тёть: тётя Таня, тётя Галя, были две бабушки и ещё какая-то дальняя родня, от которой, на праздники, он, обычно, прятался в своей комнате. Но почему-то сейчас он и маленькая Лиза едут именно с этой, вычеркнутой из семейной истории, тётей Аней.

— Это одна из твоих будущих историй? — неожиданно голос Руслана прозвучал мягко, и Димка невольно вздрогнул.

— Ещё не решила, — легко засмеялась Аня. — Но задел неплохой. Страшная сказка.

Губы Руслана дрогнули в полуулыбке. Больше никто не проронил ни слова, и салон вновь погрузился в тишину.

Постепенно серость, царившая вокруг, начала таять. Сквозь туман и рваные облака проступили первые солнечные лучи.

Они въехали в город на рассвете, когда утреннее светило лениво взбиралось на небо, опираясь на ржавые железные крыши питерских домов.

Машина остановилась у старого пожелтевшего дома. Тяжёлая дверь парадной распахнулась. Первым шёл Руслан, бесцеремонно таща их сиротский чемодан, затем Дима с сонной Лизой, замыкала шествие тётя Аня, которая, чуть отстала разглядывая голубое небо. Вместо лифта - крутая лестница с широкими каменными ступенями и долгое восхождение на, последний, пятый этаж.

В замке лязгнули ключи, и Димка оказался в квартире, насквозь залитой утренним тёплым светом.

— Духота! — Аня кинулась в комнаты, распахивая окна и впуская свежий воздух.

Руслан с грохотом поставил чемодан и глянул на часы.

— Аня! Я поехал! — напомнил он о себе.

— Да, спасибо тебе большое! — донёсся её крик из глубин комнат.

Однако мужчина не двинулся с места, продолжая топтать старый паркет.

Димка крепко держал сестру за руку, исподлобья оглядывая странное жилище. Длинный коридор, заставленный подрамниками и холстами. На старой вешалке одиноко болтался чей-то жёлтый шарф. Под потолком висела чудная лампа, похожая на сплетение веток.

Тётка вернулась в прихожую.

— Дим, ну ты чего замер? Бросай кеды прямо тут…

— И я ещё раз попрошу юристов поторопиться с вашими документами, — резко перебил её Руслан. В этом узком коридоре с разноцветными флажками, растянутыми под потолком, он казался огромным, громоздким чёрным пятном.

— Спасибо тебе огромное. Мне с тобой до конца дней не расплатиться, - он нахмурился. Будто хотел что-то ответить, но сдержал себя. Тетка уже отвернулась, однако широкая ладонь Руслана резко перехватила ее, сжимая предплечье.

— И всё же подумай, — Руслан понизил голос до глухого шёпота. — Ты сама вчерашний ребёнок, Ань. Какие дети? Тем более девочка... Ей нужны специалисты, ты не справишься!

Тётка мягко, но совершенно непоколебимо убрала его руку.

— Руслан, ты опоздаешь в офис, — миролюбиво отозвалась она, тепло улыбаясь.

Мужчина недовольно оглядел Димку, маленькую Лизу и вышел, громко хлопнув дверью. В квартире повисла минутная тишина. Тётя Аня повесила плащ к желтому шарфу, а Димка облегченно выдохнул. Без этого Цербера дышать в квартире стало легче.

— У меня немного места, — оживилась тётя. — Идём, всё покажу.

Дима потянул за собой сестру.

— Здесь всего две комнаты и кухня, - объясняла Аня. — Вот эта — ваша.

Мальчишка оказался в светлом помещении с двумя окнами. Тут стояло два новых дивана, два письменных стола, а на потолке ещё одна причудливая люстра. Опекунша, подошла к старому шкафу, что ютился в углу комнаты, и забросила в верхний ящик их с Лизкой документы.

— Если что-то будет нужно, докупим, — пообещала она, оборачиваясь.

— А там что? — кивнул мальчишка на вторую приоткрытую дверь.

— Там моя берлога.

Аня распахнула дверь, и дети попали в сумбурное, странное пространство. Комната была огромной за счёт эркера, у которого ютился большой стол, заваленный обрезками бумаги, тюбиками красок, кистями и какими-то вырезками. Сбоку стояла софа, с брошенным на ней планшетом. Под потолком покачивались гирлянды из лампочек, ветряные колокольчики, в углу ютилось старое кресло.

— Ты рисуешь? — уточнил Дима, разглядывая множество набросков, пришпиленных к пробковой доске.

— Я художник, — кивнула Аня.

Было видно, что она нервничает. Тётка мяла в руках край кофты и Димка, внутренне, обрадовался этому. Рассеянная, слабая. Её легко будет обмануть. Сейчас он подчинится, им нужно затаиться и выдохнуть. А потом… потом он придумает, как сбежать туда, где Лизку никто не найдёт и не заберёт в дурку.

— Там у нас кухня. Кстати, нужно же позавтракать! Что вы обычно едите? — всполошилась Аня.

— Без разницы. У Лизки только аллергия на томаты.

— Ага! — кивнула тётка. — Поняла. Я запишу!

Уже через двадцать минут курьер доставил коробки с завтраком. Ароматные горячие сырники со сметаной, густой шоколад для детей и крепкий кофе для Ани.

— Ты готовить вообще не умеешь? — пренебрежительно уточнил Димка, отправляя в рот кусок сырника.

— Нет. Я не готовлю, — честно призналась Аня. — Я редко ем. Но, видимо, теперь придётся учиться. Лиза, а ты что любишь есть?

Димка напрягся и слегка загородил сестру плечом.

— Она не говорит.

Аня понимающе кивнула и не стала настаивать.

Лиза сидела на стуле, забавно болтая ногами. Она то и дело поворачивала голову к соседнему, абсолютно пустому табурету и тихонько улыбалась. В этот момент Димка всем телом дёргался.

«Только бы не заметила её странности!»

— Ешь давай, — тихо подтолкнул сестру пока опекунша отвернулась к плите.

— Бобо… — вдруг обронила Лиза указывая пальцем в пространство.

Димка замер, едва не подавившись, и резко посмотрел в сторону тётки. Но та не обратила внимания — она рассеянно глядела в окно на оживлённый проспект, витая где-то в своих мыслях.

«Может, и хорошо, что она такая чудная, — подумалось Димке. Он расслабил плечи. — С ней я точно слажу».