Мастер

Мастер

Щелчок тумблера — и камень точила с воем завертелся. Мастер привычным движением вынул из коробки очередную спицу и прислонил её к раскрученному наждаку. Сноп искр упал на пол, спица в секунду стала красной и ДимСаныч тут же от неё прикурил. Выключил точило, затянулся, и дождавшись когда спица остынет, отправил её в мусорное ведро.По веломастерской распространился запах жжёного металла, а следом за ним и дефицитного нынче табака.— Ну, что ты стоишь, давай. Тут ничего сложного. Я же тебя учил. — хитро прищурившись, не то от едкого дыма, не то от предвкушения магического действа, тихо сказал ДимСаныч, глядя на Вовку, который не решался начать.Перед ним на верстаке лежал обод велоколеса, втулка, гора спиц, и ниппелей. Из которых и предстояло собрать первое в его жизни велоколесо.

Вроде и вправду ничего сложного. ДимСаныч вон минут за десять мог собрать из всего этого отличное колесо. Крепкое, ровное. Но у него опыт, ведь сам когда-то гонялся и знает все секреты. Ну почти все.

— Давай, выбери из кучи 36 одинаковых. Тех, что поровнее и покрасивее. Всё-таки не на тачку садовую собираем. А для генерала. Но и самые хорошие не стоит выбирать. Они для более достойных людей. Тех, кто не в штабе на тёплом месте штаны протирает.

Вовка никогда не думал, что судьба закинет его сюда, он надеялся, что всё это обойдёт его стороной. Но нет. Как-то так хитро вышло, что теперь он числится веломехаником велокоманды, расположенной в здании бывшего храма на краю Филёвского парка. На втором этаже, в небольшом закутке. И теперь постигает секреты мастерства от ДимСаныча, тренера этой самой команды.

Разложив на верстаке спицы и упорядочив их длину, он выбрал не самые блестящие, но и не самые кривые. Отсчитал похожих 36 штук и закинул первую из них в первое попавшееся отверстие в алюминиевой втулке. Взял обод и вставил спицу в первое левое отверстие от большого для соска камеры. Навернул на неё ниппель. Взял вторую спицу и, отсчитав вправо четвёртое отверстие, воткнул туда вторую.

-Ну вот. Дело пошло. Тут главное не торопиться и осознавать, что творишь. Акт творения. Красиво же? — ДимСаныч любовался процессом, сидя на табурете у верстака и пуская дым.

Удивительное дело. Стоило начать, как всё пошло как бы само собой. И уже через несколько минут Вовка держал в руках вполне сформировавшееся колесо. Действительно, акт творения.

-Ну вот. А теперь его в станочек и будем править. Дело это интересное и занимательное. Ты же сопромат сдавал? Что у тебя по нему? — ДимСаныч снял с полки станочек для правки колёс и поставил его на верстак перед Вовкой.