Вахит Хаджимурадов
Маленький Дана

МАЛЕНЬКИЙ ДАНА

Дана, маленький чеченский мальчик, жил в городе, далеко от дедушки и бабушки, но ему очень нравилось, когда его привозили к ним на летние каникулы. Вот и теперь родители привезли внука на лето к любимым дедушке и бабушке. Для мальчика это было очень счастливое время. Бабушка в нем души не чаяла и, как говорится, носила его на руках: ласково гладила его по голове, готовила для него всякие его любимые вкусности. Какие вкусные чеченские чепалгаш1, хингалш2 умела готовить бабушка! А какая вкуснятина, с пылу жару горячий ароматный чурек3, только вынутый с углей из чеченской печки, со сметаной, заправленной обильно творогом, с душистым зеленым луком, краснощекой редиской. Но все-таки верхом счастья для маленького Даны были тихие и таинственные, от играющего пламени в чеченской печке, вечера под нешироким летним навесом и сказки. О как много сказок знала любимая бабушка Даны! Она сажала рядом с собой шестилетнего Дану и, ласково гладя его прямо стриженные светлые волосы, начинала одну из своих сказок.

В стародавнее древнее дивное время вначале

У опушки лесной с родниками, журчаньем вблизи,

За семью за горами с чудесным божественным видом,

Здесь жила-поживала старушка в округе одна.

И была у старушки красавица свет её внучка,

Красотой ненаглядна девица чудесна сама,

Круглолицей, красивей луны с синевой той на небе,

И красивее солнца, светлей и белей облаков.

Был и кант⁴ молодой у девицы-красавицы милой,

И бесстрашное сердце в груди молодецкой его.

Кант охотником был, и зверей он бесстрашный губитель…

Но девица безумно любила его одного.

Кант девицу любил больше жизни на свете так страстно:

Ту, чьё имя он тайно всегда и везде повторял,

Ту, с кем он не хотел никогда, никогда расставаться,

Ту, кем он больше всех дорожил и безумно любил.

Но девица жалела зверей, да и птиц неразумных,

Тех, что губит охотник меж чащи лесной и глухой,

И из лука тугого разит всё беспечно и глупо

Он стрелою калёной оленей безвинных сердца.

Был красавец-олень молодой друг подруги девицы,

Он частенько, бывало, гостил во дворе у неё.

И для гостя тут двор и поляна накрыты широко

Золотистым зерном и целебной травой-муравой.

Словно брата родного любила сестрица-девица

Молодого оленя из чащи округи лесной.

И олень молодой обожал как родную сестрицу

Внучку бабушки милой и светлой старушки родной.

Ну а девушка добрая страшно боялась, однако,

Тут и лука тугого, свистящей калёной стрелы,

Что вонзается в зверя, в оленя всегда беспощадно,

В перелётную птицу иль вовсе в младого птенца.

Оказалось, боялась душою девица, однако,

И свирепого лука, и стрел, закалённых не зря.

Провиденье сбылось без усилья, напряга лихого

Принося им и горе, и страхи в их бедных сердцах.

Раз приплелся олень, от раненья хромая, от боли

И нога у него тяжела от ужасной стрелы.

И олень просит девушку с бабушкой только о помощи

А стрела, что в ноге, люто боль теребила бедой

Словно лекарь лесной и без боли тихонечко вынет

Тут девица стрелу из ноги у оленя сама,

Да и алую рану оленя залечит умело.

И олень отдохнет у друзей тут без страха за жизнь.