Колыбель в опасности

Глава 1.

Смутное предчувствие

Лазурный полдень Альгении лениво стекал по деревянным перилам веранды, здесь пахло сухой травой, разогретой хвоей и стружкой — родными, земными запахами, которые за пятнадцать лет почти полностью вытеснили из его головы дух кабин истребителей и гарь Плеяд.

Пятнадцать лет. Для внешнего мира, запертого по ту сторону Собора в тисках Конфедерации, прошло от силы пять лет. Там время неслось безумным галопом, сжигая судьбы и звездные системы. Здесь же оно застыло густым янтарным сиропом, позволяя дышать полной грудью.

— Папа, ну посмотри! Он опять люфтит, — звонкий, слегка хрипловатый девичий голос ворвался в его мысли, заставив улыбнуться.

Из полутемного зева пристроенной к дому мастерской показалась четырнадцатилетняя Лира. Упрямая, курносая, с копной огненно-рыжих волос, доставшихся ей от матери, она была одета в перепачканный смазкой рабочий комбинезон, явно перешитый из старого летного костюма Дэна. В её тонких, но уже цепких пальцах был зажат тяжелый хромированный ключ-шестигранник.

Дэн, сидевший на ступеньках веранды, отложил в сторону деревянную заготовку, которую лениво строгал ножом, и повернулся к дочери. Седина уже отчетливо серебрила его виски, а в уголках глаз залегли глубокие морщины, но спина больше не ныла той адской, выкручивающей болью, что мучила его всю прошлую жизнь. Колыбель приняла его и исцелила, подарив то, во что он, циник и наемник, никогда не верил — дом.

— Покажи, егоза, — негромко отозвался Дэн, протягивая руку. — Что там у тебя люфтит?

— Направляющая каретка на циркулярном станке. Я выставила зазор в два микрометра, как ты учил, а станина всё равно гуляет. Земная сталь не хочет дружить с альгенийским стабилизатором.

— Потому что ты затягиваешь крепеж волей, а надо — руками, — Дэн мягко щелкнул дочь по носу. — На Альгении все привыкли: подумал — и вещь держится. А физика, дочка, требует заземления и хорошей резьбы. Пошли, глянем.

Они вместе шагнули под прохладные своды мастерской, где на верстаках мирно соседствовали земные тиски, паяльные станции и мерцающие лазурными искрами резонансные кристаллы Мастеров. Лира с жадностью ловила каждое его движение, пока Дэн привычным, точным жестом калибровал станину. Она росла настоящей дочерью инженера — магии генерации предпочитала сухую логику чертежей и шестеренок.