Милли Мейсон
Дьявольский шепот

«Дьявольский шепот» — Милли Мейсон. Том 1

Триггеры

Уважаемый читатель, я — автор темных романов Милли Мейсон.

Книга «Дьявольский шепот» — первая часть дилогии «Дьявол моей души» и мой дебютный роман о болезненной привязанности, тайнах прошлого, внутренней борьбе и цене, которую приходится платить за желание быть любимым. Когда каждый хранит своих демонов, главный вопрос звучит по-другому: кто из них окажется опаснее? Может быть, это посторонний наблюдатель?

Моя история может показаться неприятной многим читателям, поэтому читайте с осторожностью.

Список триггеров:

● ненормативная лексика;

● шизофрения и диссоциативное расстройство личности;

● тревожные расстройства и панические атаки;

● суицидальные мысли и попытки саморазрушения;

● наркотическая и алкогольная зависимость и ее последствия;

● физическое насилие;

● детализированное описание жестокости;

● смерть животных;

● попытка изнасилования и домогательства;

● психологическое давление сексуального характера;

● откровенные эротические сцены;

● скрытое наблюдение и взлом личной переписки;

● газлайтинг;

● эмоциональная зависимость;

● смерть второстепенных персонажей.

Посвящение

Посвящается всем тем, кто когда-либо чувствовал себя недостаточно хорошим. Недостаточно любимым. Недостаточно живым, чтобы остаться. Эта книга — для вас. И для тех, кто все равно не ушел.

Глава 1

Стесси

Три недели назад со мной стали происходить странные вещи. Сложилось ощущение, что за мной следят. Сначала думала, что мне показалось. Потом — что отец нанял охрану без моего ведома, потому что из всех знакомых мне людей он единственный на это способен.

Когда я завела свои первые и последние отношения, он устроил настоящую слежку за мной и моим парнем.

Отправлял людей следить за ним, подкарауливал его под домом и запугивал, ведь сын обычного сантехника не заслуживает встречаться с дочерью известного маркетолога Найдена Фикса.

А ведь мы тогда учились в школе!

Трудно представить, что подросток может испытать в такие моменты. После пары-тройки таких угроз парень сообщил, что нам нужно расстаться, заблокировав меня во всех соцсетях.

Потом он снова объявился и пригласил меня на вечеринку в честь своего дня рождения. Но из-за того, что у меня был отборочный международный турнир по легкой атлетике, я не смогла прийти. В тот момент: я подумала, что мы помиримся спустя какое-то время. Купила подарок, который планировала подарить на следующий день в школе.

Вместо того чтобы отмечать с друзьями, он писал мне всю ночь. Мы обменивались глупыми сообщениями и историями, которые произошли с нами за период расставания. Пока его сообщения не прекратились.

Утром в школе нам сообщили, что на вечеринке, где собралась вся моя старая компания, произошло жестокое массовое убийство. В живых осталась одна девушка, которая испугалась звуков выстрелов и спряталась в шкафу. По ее словам: она не видела, как выглядел преступник, потому что он был в маске.

Я любила Логана, несмотря на все его поступки. Была наивной дурочкой. Знала, что за моей спиной он изменял мне с моей бывшей подругой, и все равно каждый раз прощала. Их обоих. Мне было плевать, лишь бы кто-то был рядом.

Из-за случившегося у меня нервного срыва отец нанимал лучших психологов, чтобы это не переросло в травму на всю жизнь. Помню свой ужас, когда я неотрывно смотрела на учителя, который перечислял фамилии всех погибших в тот день.

Прошло какое-то время, и я смирилась со смертью Логана.

В школе начали ходить слухи о том, что выжил еще один парень. Говорили, что он раньше всех покинул праздник, превратившийся в траурный день для всей нашей школы. Его имя не стали раскрывать во избежание слухов и травли. Но нас заверили, что с ним пообщалась полиция и все подозрения с него сняты.

Прошло семь лет, а дело до сих пор открыто…

Уже пять лет я руковожу компанией «Shift Group» и с этого момента не имею ни малейшего права проявлять эмоции.

Вчера вечером, когда я работала дома с огромным потоком отчетов, мне захотелось попить, и я спустилась на кухню, чтобы заварить чай.

Вернувшись в комнату, заметила, что маленький зеленый индикатор на веб-камере ноутбука горит.

Равномерно. Без мигания.

Как при видеозвонке.

Смотрела на этот свет несколько секунд, как заколдованная. Казалось, что в ту секунду я даже забыла, как дышать. Осознав всю серьезность ситуации, я подбежала и закрыла крышку с громким хлопком.

Больше всего пугало не то, что за мной следят. Я уже привыкла к тому, что журналисты пойдут на все что угодно для достижения цели. Но я была в нижнем белье и переживала, как бы мои «интимные фото» с ноутбука не появились в какой-нибудь очередной лживой статье: «Стесси Фикс вела интимную переписку со своим клиентом» или «Стесси Фикс была замечена на вебкам-сайте». Меня аж передернуло от этой мысли.

Спустя пару дней я заметила пост в новостной ленте: кто-то слил репортерам мою переписку с одним из главных клиентов. Мартин был в ярости. После недавнего освобождения из заключения проблемы с журналистами и тем более юристами были ему явно не нужны.

Кстати, это я поспособствовала предоставлению записей с камер видеонаблюдения на заводе Мартина. Он даже не подозревал, что на флешку, которую я использовала для скачивания фотографий работников с их ноутбука, сможет просочиться запись из засекреченной папки. Никто, кроме меня, не знает, что я начинаю сотрудничать со своими клиентами не просто так.

Не знаю, с какого момента в моей жизни это пошло, но я просто ненавижу тех, кто делает что-либо ради собственной выгоды против воли других людей — и уж тем более детей.

Как, например, этот самый Мартин, который держал филиппинских детей на складе своего завода по производству спортивной обуви. И кто бы мог подумать, что основной свой заработок он делал на выращивании травки при помощи этих самых детей!

Позднее вышла статья — якобы от моего лица: «Типичный день Стесси Фикс: какой кофе заказываю в «Старбаксе». С фото из кофейни, которое мы делали с Кенди и впоследствии никуда не выкладывали; с именами моих бывших и нынешних любовников. Там были фото с тусовок, список моих любимых блюд, информация о моей семье и отношениях между нами.

Да буквально все!

Кто-то следил за мной. Искал любой мой проеб, чтобы меня подставить.

От этой мысли мой живот скручивается в тугой узел, и непреодолимая тошнота заставляет меня чувствовать головокружение. Игнорирую слой пота в волосах, двоение в глазах. Интенсивное ощущение, что мне срочно нужно сесть.

Просто прекрасно!

Сегодня у меня встреча с юридической компанией.

А может, и нет.

Я не знаю. Они не отвечают нам на протяжении недели.

Мы с отцом запланировали заключить контракт с юридической фирмой Titan Legal Group еще около пяти дней назад для юридического сопровождения нашей компании. Точнее, отец настоял, а я, как всегда, согласилась. Ему невозможно отказать, ведь иначе произойдет катастрофа глобального масштаба. Как он говорит: «Если бы не я, то фирма давно бы пропала под твоим ужасным руководством». Почему же, в таком случае, он решил передать правление мне? Да потому что ни на что не способен после своей болезни. Отойдя от дел, отец все также продолжает меня контролировать.

У меня возникли трудности, которые называются «полный игнор».

— Мне никак не понять, Франческа… Письмо в Titan Legal Group отправили? — нервничаю я.

Она мнется, листая планшет.

Меня начинает раздражать ее молчание, и я стучу по столу костяшками, чтобы привлечь ее внимание. Может быть, она оглохла?

— Стесси, проблема в том, что я отправила его еще на прошлой неделе. Не понимаю, почему мистер Шэн его не рассмотрел. Может, они его пропустили. Или оно ушло в спам.

— С какого адреса ты отправила?

Она хмурится. Водит пальцем по экрану.

— С рабочего… — замолкает. — Хотя нет. Почему здесь «@shiiftgroup.com»?

Я выхватываю планшет из ее рук и смотрю на экран. Все правильно. Письмо ушло. Но адрес отправителя изменен на одну букву. «Shiift» вместо «Shift».

— Это не наш адрес, — недоумеваю я. — У нас одна почта? Ты точно никогда не делала резервную? Посмотри в аккаунтах.

Она отрицательно мотает головой. Похоже, еще и язык проглотила.

— И кто мог сидеть с нашего рабочего компьютера по-твоему?

Молчит.

Мне нужно несколько секунд, чтобы успокоиться. Делаю глубокий вдох. Второй. Третий.

Не помогает.

— Тогда отправь, черт возьми, еще раз, — уже не выдерживаю я. — Отправь столько раз, чтобы они его заметили. Либо названивай на рабочий номер. Мне плевать! Реши проблему.

Нервно постукиваю по столу в своем кабинете в ожидании хоть какого-то ответа и постоянно смотрю на время на механических часах. Стрелка движется слишком медленно.

Закуриваю ментоловую сигарету, параллельно потягивая очередной кофе. Вот это многозадачность, Стесси! Да меня буквально трясет от злости.

Сколько еще я буду ждать ответа? Почему, если они не хотят назначать встречу конкретно с нашей фирмой, не могут сказать это в лицо?

Грегори Шэн узнал, кто выдал информацию о его дяде? Тогда я должна доказать, что этот человек не заслуживает ни капли переживаний о нем. Стоит настоять на заключении контракта, иначе я найду других журналистов, которые возьмут полный материал, а не решат показать семейные извращенные фантазии этого подонка.

Нахрен все.

Хватаю сумку с кресла напротив стола, накидываю пиджак и вылетаю из кабинета. Дверь хлопает так сильно, что стекла в офисе дребезжат.

— Стесси! У вас совещание через пятнадцать минут в малом зале! По поводу рекламы с Мартином! — взвизгивает Франческа.

Порой при любом малейшем стрессе она начинает пищать, как мышь, которой наступили на хвост. В такие минуты меня трясет от злости и желания закричать, чтобы она заткнулась. Но за пять лет работы я поняла, что она — лучшая в своем деле, и это перекрывает все ее недостатки. Даже если от них скоро пойдет кровь из ушей.

Франческа половину своей жизни помогала отцу разгребать судебные иски. Теперь помогает мне.

Перенести встречу? Пожалуйста. Сделает за пять минут так, что никто не заметит. Она знает, кому можно звонить в восемь утра, а кого лучше не трогать до полудня. Составляет четкое расписание на неделю, благодаря которому я никогда не опаздываю на важные совещания и не нарушаю дедлайны. Она на связи двадцать четыре часа в сутки.

Однажды в два часа ночи у меня сорвался контракт, и я написала: «Нужно переделать документы к утру» в надежде, что она еще не спит. Франческа ответила через минуту: «Уже работаю, Стесси». Кто еще так делает? Да никто.

Я плачу ей больше, чем она просит. Каждый месяц добавляю премию к зарплате, потому что боюсь, что она уйдет к тому, кто предложит больше. Франческа — мать-одиночка четверых детей, которых нужно кормить, водить на кружки и секции я это прекрасно понимаю. Знаю, сколько денег у родителей уходило на спорт, когда я им занималась. Несмотря на то, что денег у нас в то время было достаточно. Без Франчески бизнес рухнет за неделю, а я превращусь в истеричку, которая не может найти папку с документами на собственном столе.

Мечта, а не ассистент!

— Значит, перенеси, — цежу я сквозь зубы.

— Но это второй перенос за неделю.

Бросаю яростный взгляд. Она кивает и берет телефон. Молча начинает звонить.

Едва не вылетаю из офиса. На ходу поправляю макияж, волосы и застегиваю пиджак. Сажусь в машину, настраиваю зеркало заднего вида. На всей скорости несусь к офису юридической фирмы со смутным ощущением того, что еще немного, и у меня пойдет пар из носа.

Пока не придумала, что скажу их руководителю, как буду решать вопрос с контрактом и этой слитой информацией. Но я почему-то предчувствую, что слежку за мной устроили именно они, потому что узнали, кто это сделал.

Я знала, кто он и чей родственник. Знала о возможных последствиях своих действий. Но еще мне было известно, что о нем ходят довольно занятные слухи, и я предложила продвижение его логистической фирмы в наших социальных сетях. Когда дала ему флешку, в очередной раз любезно подготовленную знакомым программистом, все его данные тут же были скопированы на нее: пароли, фото с ноутбука, видео.

Подключаю к телефону гарнитуру и включаю музыку из нашей с Кенди подборки для моментов, когда нужно успокоиться.

Из динамиков играет So Far So Fake от Pierce The Veil. Подпеваю, потому что в одиночку в машине можно все, даже если ты — Стесси Фикс, которую в офисе боятся больше налоговой проверки.

На красном светофоре ловлю в зеркале свое отражение: идеальный макияж, идеальный узел на шелковой блузке, идеальная ложь себе, что все под контролем. Единственная неправильная деталь во всем этом образе — средний палец, который я показываю в раскрытое окно водителю сзади, потому что он сигналит, блядь.

Телефон пиликает: Франческа напоминает мне о перенесенной встрече. Я тяжело вздыхаю и решаю не отвечать. Просто принимаю как факт.