Натали Кравченко
Дерево Феи

Глава

«Мы можем быть только такими, каковы мы на самом деле. Ни больше, ни меньше.»

Терри Гудкайнд

«Первое Правило Волшебника»

Можно услышать множество историй. И правдивых, так похожих на вымысел, и выдуманных, но ужасно напоминающих правду. Вот одна из них.

Давным-давно жил на свете джин. Если когда-нибудь Вам случалось сталкиваться с представителями этого братства, то Вы могли отметить легкий, веселый нрав. Он и является характерной чертой всех "повелителей желаний". Не удивлюсь, если Вы стали жертвой какой-нибудь его шутки или розыгрыша, нередко злой и обидной.

В свое время старый чародей наказал все братство. Он приковал каждого джина к лампе и заставил служить своим хозяевам - обладателям волшебных сосудов. Впрочем, хитрые "повелители желаний" научились прятать свои лампы. Пока их никто не вызывал - предавались собственным удовольствиям.

Итак, главным героем этой истории является именно джин, но необычный. Как говорится, в семье не без урода. Впрочем, можно усомниться в том, кого же следует считать уродом.

Так вот, этот джин, как и другие, был рабом своей лампы и выполнял все приказы своих хозяев, пока однажды добрый человек не пожелал освободить его. С тех пор джин начал новую жизнь, провозглашая свободу. Он строил себе дворцы, устраивал карнавалы и маскарады, поражая размахом своих собратьев. От скуки он вмешивался в жизнь людей. Смеясь, разрушал хитроумные планы великих царей-завоевателей. Иногда помогал бедным, но все больше презирал людей за жадность. Потому похитил Сивку-бурку, запрятал меч-кладенец, а ковер-самолет, шапку-невидимку и волшебный перстень унес подальше от чьих-либо глаз.

Наступил день, когда джин загрустил и затосковал. Оставил дворцы и улетел в горы. Там облюбовал себе пещеру, и долго никто о нем ничего не слышал.

Но время шло. Разнеслась по всему свету слава о дочери царя Старских земель. Невиданную красоту и очарование юной Фридес сравнивали с самой Весной.

Узнал о ней джин. Приглянулась она ему. Похитил ее в день свадьбы с королем соседнего государства. Унес в свои владения, поселил во дворце, окружил вниманием. Но девушка не ответила ему взаимностью. И ее можно понять. Джин был некрасив. Даже ужасен. И не опрятен. Одежда часто измята. На руках и лице чернила. Тяжелые рыжие волосы, так похожие на гриву, не расчесаны. Не удивительно, что красавица пугалась одного вида великана.

И всё же обитатели дворца, знавшие своего хозяина, стали замечать в нем перемены. С появлением царевны джин стал тщательнее подбирать наряды, стыдливо сворачивал гриву в узел. Пропала самоуверенность великана. В присутствии юной красавицы он, словно мальчишка, дрожал и терялся. Это состояние его раздражало, и он стал реже видеться с ней. Чтобы развлечь царевну, он похищал лучших танцоров, факиров и клоунов. Издалека наблюдая за ней, запоминал каждую её реакцию. Вечером под ее окнами играли лучшие музыканты. Когда она засыпала, он улетал к себе в пещеры.

Однажды один из собратьев высмеял джина: "Так кто же пленник: та, что живет во дворце или тот, кто прячется в пещерах? Ты стал предметом шуток и острот нашего братства. Великий и Ужасный рядом с такой красотой выглядит грубой неотесанной глыбой."

Рассердился джин. Полетел в пустыню, на море и поднял бури, каких не бывало прежде. Полный решимости, направился он в белоснежный замок, где жила царевна. Навстречу ему летела красивая мелодия. Неожиданно вся ярость рассеялась. Джин стал осторожно пробираться в парк, где возле фонтана танцевала красавица Фридес.

Грациозно и легко двигалась девушка, изгибался стройный стан. Она пела:

Роза белая - света дитя,

Что ты клонишь свой нежный бутон?

Может, кто-то обидел, шутя,

И не в радость тебе перезвон

Легких крыл большеглазых стрекоз,

Танец бабочек, ветра сонет?

Неужели грустишь ты всерьез?

Улыбнись... и печали уж нет.

Не дыша, смотрел великан на танцующую Фридес. Не выдержав, вышел из-за ветвей. Лицо девушки исказил ужас. Она испуганно вскрикнула. Музыка тотчас смолкла.

- Что же не танцуешь, Фридес? Чего испугалась, роза белая, - опечаленно спросил джин.

- Хозяин? Я не заметила Вашего присутствия, - прижимая руки к груди, прошептала девушка.

- Ты вся дрожишь? Не уж-то я так страшен? Много дней ты гостишь у меня, а всё не привыкла…

Фридес удивленно вскинула очи:

- Разве гостьей живу? Я пленница.

- Что говоришь ты, царевна? Неужели не по душе тебе дом мой, подарки мои?

И, не дав ей опомниться, он подхватил Фридес и вознес к облакам.

- Посмотри, - молвил он, - все горы и степи, моря и леса - все это кладу к ногам твоим. Скажи, что ты хочешь, и мигом принесу я желаемое... Но не гони, не смотри так жестоко. Не жги холодом. Скажи, что полюбишь меня.

- Нет, - взмолилась царевна, - Отпусти меня. Не смогу. Не нужны мне свет и холод. Все, чего касаешься ты, умирает...

Она сама не поняла, почему так сказала. Слова вырвались сами.

Но Джин прервал девушку и поднес к ей лицу ладонь, наполненную драгоценными камнями: