Дмитрий Рогов
Селетинские сказания

Преамбула

Отчёт слышащего А., ученика мастера Э. города Элия о наблюдении за хакавати Гесиодом, сказителем из Селетина

Всё записанное ниже было сказано Гесиодом на площади Канай города Элии в год три тысячи двести второй, месяц Зулькада, второго числа.

Сказание о Тероне

Друзья мои, слышали ли вы о красоте Селетина? Возможно вы бывали там. И видели ли вы столицу Селетина, город Игерон? Не видели? Так я расскажу вам!

О, Игерон!

Он не такой древний, как великий Ашраим!

И не такой богатый, как Элия, перекрёсток путей! Но полон чудес, тайн и загадок!

Если вы посетили Игерон, то равнодушными вам не остаться! Он возбуждает любовь — или ненависть! Сколько секретов хранят его узкие улочки, сколько скрытых сокровищ в его тёмных углах!

И главное сокровище, конечно, неповторимая селетинская провидица, чьему взору открыто грядущее — Дина Селетинская!

Говорят, ей сотни лет, и она видела восхождение Селетина! Говорят своим взглядом она проникает в душу просящего, чтобы открыть ему то, что он сам о себе не знает!

Ещё говорят, что она видит смерть каждого, на кого ляжет взгляд её глаз! Много чего говорят о провидице на улицах Игерона. Всё — пустые слухи. А я расскажу вам то, что знаю доподлинно, из первых рук. Расскажу вам об искателе края мира! О храбром воине Тероне!

Давным-давно жил в Ханаане Терон, воин империи. Много войн он повидал вдали от дома. И сердце его болело в разлуке с женой Аишой и сыном Парисом.

С каждым сангом, отделявшим Терона от семьи, душа его страдала всё сильнее. Исходил он в походах великую пустыню на юге, высокие горы Тилура на севере, и пришло время ему вернуться домой.

Далека дорога к дому, но каждый шаг делал сердце воина легче, ибо ждал он, как поцелует жену и обнимет сына. Как своими руками вручит Парису меч отца, что прошёл с ним сотни битв и поразил тысячи врагов. Как его верный конь сменит боевую сбрую на плуг.

Так думал Терон, воин Ханаана, возвращаясь домой. Однако ждало его совсем иное. Давно воина не было дома. Пока с мечом в руках охранял он границы родины, беда пришла в его дом.

Когда Терон открыл дверь, показалось ему, что черно в его доме, будто жизнь покинула это место. В центре сидела женщина и потухшим взором смотрела на Терона, и в ней узнал он некогда прекрасную жену свою.

Отбросил Терон меч в сторону, бросился к жене своей, упав на колени, взял её руки в свои и кричал:

— Аиша, узнаешь ли ты меня! Я муж твой, вернулся домой!

— Узнаю, — мёртвым голосом отвечала Аиша.

— Что с тобой? Где Парис? — кричал Терон.

При звуках имени сына поникла Аиша головой и ничего больше не говорила.

Поднял её воин на руки и уложил в постель, а сам пошёл к соседям с расспросами. И поведали ему, что одну луну назад наведалась в деревню шайка трусов, что отказались защищать свою родину. И стали грабить они по ночам. И Парис храбро взял сломанный меч и пытался защитить мать. Однако себя не сберёг.

— Погиб твой сын как герой. Как воин, — говорили соседи Терону, и чернел он лицом, сжимая кулаки в бессильном горе.

Вернулся он домой, отыскал могилу сына и завёл с ним разговор:

— Прости меня, сын. Не успел повидать тебя. Нет гордости для любящего отца больше, чем иметь такого сына, как ты. И нет ничего страшнее, чем пережить своё дитя.

И казалось ему, будто отвечает Парис:

— Спасибо, отец! Жаль не свиделись, но я рад, что ты здесь.

И плакал Терон над могилой, и сердце его наполнялось гневом и болью потери. Злился он на себя, на судьбу свою, что не успел повидать сына. Не мог смириться, что не увидит его больше.

Вернулся Терон в дом, начал ухаживать за женой. Говорил с ней, пел песни, поил водой. Но безучастна была Аиша, будто душа её умерла вместе с сыном. Не успела луна закончить свой бег, как и Аиша умерла, так и не сказав ни слова.

Окаменело сердце Терона. Напрасно приходили соседи, предлагая свою помощь. Всё отверг воин, не проронив ни слова. Сам вырыл могилу в саду рядом с могилой сына и похоронил жену. Сам прочитал молитву над ней. После развернулся и ушёл.

А когда вернулся, в руке его пылал факел и в глазах отражался огонь, будто обезумел воин от горя. Никто не осмелился его остановить. Подошёл он к дому своему и сжёг его, пока не осталось на том месте ничего, кроме пепла. После чего развернулся Терон и покинул деревню. И больше никогда туда не возвращался.

Однако Терон не сошёл с ума, как гласила молва. Он точно знал, куда держит путь. В долгих ратных походах часто слышал он про удивительную провидицу, чудо Игерона. Решил навестить он Дину Селетинскую и пытать её, в чём высшая справедливость его потери? Почему Создатель решил так больно наказать его после всех его подвигов? Почему лишил любимой жены и единственного сына?!

Долго шёл Терон, пока не пришёл к порогу провидицы. Были там десятки страждущих, ищущих совета и помощи селетинской девы. Никто не пришёл от хорошей жизни, лишь горе и печаль вели их.

И каждого, кто приходил, Дина Селетинская встречала, говорила, хоть и недолго, но пыталась помочь. Поэтому жили люди у её порога, долгими лунами ожидая встречи. Так и Терон ждал, полный решимости, когда придёт его черед.

На исходе луны к людям вышла помощница Дины, девушка с грустными глазами, обвела толпу и тихо произнесла:

— Терон, воин Ханаана, провидица зовёт тебя.

Подивился воин, молча вышел из толпы и вошёл внутрь.

Скромно жила Дина Селетинская. Скромно и смиренно. По углам росли цветы, причудливые, разных оттенков. Пол был устлан зелёным мхом. И всюду разгуливали звери с коричневым мехом и желтыми глазами. Они уставились на Терона и следили за ним неотрывно.

Девушка поклонилась Терону молча и указала рукой на вход в дальнюю комнату. Когда воин направился туда, он почувствовал, как тонкая ладонь коснулась его спины и будто легко толкнула вперёд. Рассвирепев, он обернулся и выхватил меч. Но тут же опустил. Боль, что сковывала его сердце, отступила, и он снова мог дышать полной грудью.

Испуганная девушка опустила голову, опасаясь гнева грозного воина.

— Ты пришёл убить мою ученицу? — раздался сзади тихий голос. — Или пришёл за ответами?

Терон обернулся и увидел девушку с ярко-синими глазами. Глаза её вспыхнули и поменяли цвет на лиловый.

— Следуй за мной, — приказала Дина Селетинская, а это была именно она, и скрылась за занавеской.

Терон пошёл за ней и вошёл в тёмную комнату. Было холодно. Провидица сидела за круглым деревянным столом. На руках у неё уже лежал коричневый зверь и неотрывно следил за воином.

Сделав шаг вперёд, Терон сел напротив. Глаза провидицы сменили цвет на зелёный, и она начала разговор:

— Зачем ты пришёл, воин?

— Я думал, провидица знает ответ, — произнёс Терон.

— Провидица знает, а знаешь ли ты сам? — усмехнулась девушка.

— Я пришёл за справедливостью! — прорычал Терон.

Зверь на коленях провидицы неожиданно зашипел. Терон опустил глаза на него, а когда поднял их, место напротив пустовало.

Голос провидицы произнёс на ухо:

— Может, ты пришёл за местью?

Терон обернулся — сзади никого не было. Девушка снова сидела перед ним:

— Что же утолит твою боль? Смерть виновных? Ты убил тех, кто повинен в смерти Париса?

Гнев начал кипеть в крови воина. Терон вскочил, выхватил меч и закричал:

— Не играй со мной, ведьма!

Провидица не двинулась с места. Лишь тихонько начала напевать какую-то мелодию. Тихо-тихо, крадучись, звуки заполнили комнату и Терон узнал колыбельную, что жена пела сыну, когда тот только родился.

Рука воина дрогнула, и меч упал вниз.

— Не нашёл убийц, — спокойно сказала провидица, — не отомстил, не покарал. Лишь похоронил жену своими руками. Почему же, воин?

— Это не вернёт Париса, — прохрипел мужчина, — и не вернёт Аишу.

— Не вернёт, — повторила провидица.

Медленно она взяла ладонь Терона и всмотрелась в неё:

— На что ты готов, воин, чтобы снова увидеть своего сына? Снова поговорить с ним, обнять его?

— На всё… — прошептал Терон, — я готов на всё.

— В центре Ханаана есть долина, у городка Альмаут.

— Я знаю это место, — сказал Терон, — Долина Смерти. Живым туда ходу нет.

— Не ты ли сказал, что готов на всё? Туда нет ходу тем, кого не звали. Я дам тебе проводника.

С этими словами Дина протянула ему зверя, что сидел у неё на коленях:

— Его зовут Фос. Защищай его, и тогда войдёшь в Долину невредимым.

Терон бережно взял проводника. Тот снова зашипел, но уже не так грозно. Провидица встала:

— Фос проведёт тебя к центру долины. Там висит колокол. Трижды ударь в колокол — к тебе явится Страж. Если ты с ним договоришься — увидишь сына.

— Как с ним договориться?

— Это твоё дело. Страж не подчиняется мне, поэтому помочь я тебе не могу. Могу лишь посоветовать: будь прям. Теперь тебе пора.

Встал Терон, взял в руки проводника, помолчал, а потом молвил:

— А Аиша, жена моя?

Грустно покачала головой провидица:

— Жена твоя ушла безвозвратно. Не в моих силах тут помочь тебе.

Вздохнул тяжко Терон, потом поклонился:

— Спасибо тебе, провидица, за помощь. Если вернусь — послужу тебе добром.

Дина Селетинская улыбнулась:

— Больше мы не увидимся, воин. Ступай.

Вышел Терон на улицу и глаза его горели, но не от гнева или жажды мести. Теперь в них светилась надежда.

День за днём воин шёл к Долине Смерти. Но не только мысль о цели вела его. Помнил наказ провидицы и заботился о своём проводнике, как только мог. Каждое утро старался раздобыть ему свежего молока и чистой воды. Ждал, пока зверь умоется в лучах просыпающегося солнца. Зверь же тоже признал воина, больше не шипел. А по ночам ложился на грудь воину и тихим урчанием успокаивал израненное сердце Терона. И с каждым днём всё больше воин привязывался к маленькому зверьку, с каждым днём дышал всё легче.

Спустя луну пути дошли путники до Долины Смерти. Фос зафыркал, спрыгнул на землю и пошёл впереди. Терон пошёл следом.

Спустя санг пути Фос свернул с прямого пути. Уверенно зверь сошёл с тропинки влево, всё дальше уходя в сторону. Но Терон помнил, что цель их в центре Долины.

— Ты не запутался, Фос? — спросил воин проводника.

Тот остановился, посмотрел на Терона и продолжил свой путь.

Через тысячу ударов сердца Фос снова повернул влево.

— Мы же так придём назад! — вскричал воин.

Фос же остановился, зашипел и пошёл дальше.

Впереди замаячил выход из Долины. Фос уверенно шагал вперёд, возвращаясь по собственным следам на пыльной тропе. Терон, свирепея, шёл за зверем и уже видел на горизонте Альмаут.

В конце концов Фос остановился, уселся на тропу, посмотрел жёлтыми глазами на Терона и протяжно прокричал.

Гнев душил воина. Он подошёл к Фосу и опустился на колено. Сдерживаясь, он посмотрел на зверя, потом на город вдали:

— Ты видишь, что мы пришли не туда?

Зверь, глядя ему в глаза, снова прокричал.

Терон выхватил меч в ярости:

— Ты видишь, что мы пришли не туда?!

Не отводя взгляда от жёлтых глаз, Терон махнул мечом в сторону Альмаута. В этот момент звук колокола ударил по ушам и разнёсся по Долине. Прямо перед ним висел гигантский колокол в три роста и дрожал от удара мечом. Альмаута на горизонте не было, а сам он стоял в центре Долины, окружённый горами.

Завороженно воин размахнулся и изо всех сил ударил мечом по колоколу ещё два раза.

Звук волной разнёсся по Долине. Небо потемнело. Фос зашипел, попятился и умчался прочь. Терон остался один с мечом в руке.

В тишине раздались тихие шаги. Медленно, держа посох в левой руке, из-за колокола вышел высокий мужчина. Глаза его были холодны, как сталь. Волосы седы и собраны в пучок. За спиной его будто развевались чёрные крылья.

По коже ударил мороз. Страж встал напротив и гулким голосом спросил:

— Кто ты?

— Меня зовут Терон. Дина Селетинская указала мне путь. Как мне обращаться к тебе, Страж?

— Моё имя — Аякс, — сказал Страж, не сводя глаз с воина. — Что тебе нужно?

— Я пришёл за сыном, Парисом. Провидица сказала…

— Провидица мне не указ, воин. Ты хочешь быть с ним?

— Хочу.

— И на что ты готов?

— На всё!

Аякс ухмыльнулся и сделал несколько шагов назад:

— Слова — это звук. Пусть говорит оружие! Что, если я — единственное, что отделяет тебя от сына?

Не успел Страж договорить, как на голову ему обрушился бешеный удар. Страж с улыбкой уклонился.

Снова и снова бил Терон мечом, но недосягаем был Страж. Лишь смеялся ему в лицо.

Постепенно силы стали покидать воина, рука отяжелела. Он уже не бил, лишь защищался. А Страж атаковал без устали.

Упал воин на колени, обессилев, а Страж нанёс ему страшный удар. Поразил в самую грудь, пробив доспехи. А после обошёл колокол и исчез.

Долго лежал Терон. Смотрел в черноту неба и слёзы катились из его глаз. Вспомнил он слова провидицы: если договориться со Стражем, то увидит сына. Корил себя за гнев и ярость.

Встал Терон, отбросил меч, подошёл к колоколу и три раза ударил по нему кулаком.

Загудел колокол, по-другому, гулко, протяжно. И снова вышел Страж, улыбаясь:

— Снова решил сразиться, воин?

— Нет, прости меня за глупость мою. Не сражаться я пришёл, а просить.

— И что же ты хочешь попросить?

— Прошу вернуть сына моего, Париса.

— Законы Создателя непреложны, воин. Я не могу этого сделать.

— Что угодно готов отдать, чтобы быть с ним! Жизни не пожалею!

Страж усмехнулся:

— Грешно лгать в таком месте. Даже самому себе. Где ты, как думаешь?

И понял Терон, что покинул он мир живых. Покинул в тот момент, когда ударил мечом по колоколу. Покинул в тот момент, когда Страж посохом его поразил в бою. Что небо черно от того, что нет солнца тут. И нет ему пути назад.

— Жизни мало, воин, за то, что будешь с сыном рядом. Если готов служить мне верой и правдой сотни лет — помогу тебе. Каждый день будете умирать, сражаясь по моему приказу, и каждый день будете оживать вместе. Боль твоя повторится тысячи раз, но никогда больше ты не расстанешься с Парисом. Ты согласен?

— Я согласен. Буду служить тебе и никогда не предам!

— Тогда иди за мной!

И пошёл Страж вокруг колокола, а Терон ступал за ним, след в след. И разверзлась перед ними другая Долина, и сокрыла идущих навсегда.

Историю эту я слышал от ученицы Дины Селетинской, той самой, что исцелила воина прикосновением и облегчила его боль. А проводника Фоса я видел своими глазами в её доме и поил его молоком. Самого же Терона нашли потом у входа в Долину, бездыханного со страшной раной в груди.

Что из этого правда, что — нет, решать вам, друзья мои!