Гедонита
Секси-бабушка. Любовь в 50

Глава 1.

- Слушай, Лер, я так в туалет хочу, что прям вот тут и уссусь!

- Ой, Люб, тише ты, а то мужики нас услышат, - хихикнула пьяненькая подружка и покосилась на пару мужчин в деловых костюмах, стоящих неподалеку.

- Да по фигу мне что они нас слышат, - бравировала смелая Люба, дергая ручку двери в дамскую комнату. – Эй, там кто-то есть? – приложилась ухом к дверному полотну, пытаясь уловить шум льющейся воды. – Ты уснула, или накурилась?

- Может… кому-то… плохо? – качнулась на каблуках Лера, хватаясь за косяк дверного проёма. – И она там это…бо…борююю устраивает, - изобразила характерный звук тошноты.

- Ага, а я сейчас потоп устрою прямо у порога! Эй, впусти подругу по несчастью и делай свои дела дальше, - Люба принялась молотить кулаком по двери и активнее дергать за ручку.

Их возня привлекла внимание мужчин и они, прервав разговор, уставились на женщин, пытающихся выломать туалетную дверь. Один из них раздраженно поморщился и направился в их сторону.

- Любка, мужик к нам идет! – затормошила подругу Валерия.

Люба обернулась и дерзко уставилась на идущего им навстречу мужчину.

Что он ей сделает? Ничего!

Незнакомец приблизился и оглядев охмелевших женщин, строго, едва ли не по слогам, спросил:

- Какие-то проблемы? – коротко взглянул на запертую дверь и вновь уставился на Любу. – Если заклинило замок, не нужно делать дыру в двери. Обратитесь к администратору и вам откроют туалетную комнату.

Он был в возрасте за пятьдесят. Солидный. И в нем все было дорогим. От укладки – волос к волоску и парфюма, до костюма без единой складочки и массивных часов, на той руке, что он величественным жестом размахивал. Размахивал привычным жестом руководителя. И даже в небрежной позе: одна рука в кармане, ноги на ширине плеч, он выглядел как миллионер из журнала Форбс.

Лера неожиданно стушевалась от строгой отповеди строгого мужчины, устыдилась за устроенный коллегой концерт, зато Любу это лишь подогрело. Она резко развернулась и выпятила вперед грудь пятого размера. Тряхнув платиновыми локонами, задрала подбородок и растягивая слова, спросила:

- А вы, собственно, кто? Хозяин этого клуба? – обвела пальцем полукруг в воздухе, слегка покачнувшись.

Второй мужчина хохотнул и присоединился к другу.

- Валера, отстань ты от женщин. Не видишь они пьяны.

- Кто пьяны? Мы? – тыкнула себя в грудь обиженная Люба.

- Антон, - обернулся Валерий к собеседнику – если дамы и пьяны это не дает им права крушить чужое имущество.

- Ах так! – топнула каблучком Люба. – Значит мы пойдём в мужской! – и развернувшись, промаршировала к противоположной двери с символом “широкие плечи”

- Но Люба…, - пропищала Лера, семеня за подругой, - как же в мужской…там же писсуары? - понизила голос до шёпота.

- А похуй! – махнула небрежно Люба, дернув на себя дверь в туалет. – Вот и попробуем разок! Думаешь я не смогу? – вызывающе посмотрела на Валерию и напоследок взглянув на двух мужчин, ввалилась в свободную кабинку.

- Нет, ты видела каков нахал этот напыщенный индюк?! – сетовала Люба, спуская трусы и усаживаясь на писсуар. - Вздумал учить меня морали и поведению! Меня? Пятидесятилетнюю женщину! Мать двоих дочерей и бабушку!

- Люба! Писай скорее! А то мужчины придут, а тут занято. Потом будешь его материть.

Валерия подпирала спиной дверь изнутри, опасаясь, что кто-то из мужчин ее откроет снаружи или выбьет замок и тогда Люба предстанет перед мужчинами в самом неприглядном виде.

- Да не торопи ты меня! – зыркнула на подругу Любаша, повиснув ягодицами на гладком фаянсе. – Дотерпелась что мочевой заклинило. Помолчи, Лер…

Валерия поморщилась, молясь про себя чтобы Люба поскорее сделала свое постыдное дело, и никто их не застукал.

Послышалось долгожданное журчание и следом протяжный вздох облегчения… у обоих.

- Чёрт, я все-таки обоссала трусы! – проворчала Люба недовольно.

И задрав платье, стянула их до колен. Под удивленный возглас Валерии, поочередно спустила с ног и намотала на палец.

- Ты конченная! – захохотала Лера. – Нудистка! Я бы так не смогла…

- Да чего там мочь!? - и открыв щеколду, вывалилась из мужского туалета. И нос к носу столкнулась с новым посетителем клозета. – Эй, смотри куда прёшь, жлоб! – толкнула в плечо растерянного мужчину, вынуждая посторонится.

Мужчина отскочил, шокированный дамами, покидающий мужской туалет. А вот Валеру, наблюдавшего за сценой со стороны сей концерт развеселил. Он решительно остался дождаться их выхода и посмотреть, чем закончится дело. Шальная блондинка с выдающимися формами от чего-то его задела. Одновременно хотелось ей отомстить за дерзость и…как не удивительно - потискать пышный бюст.

Валера не удержался от ехидной реплики:

- С облегчением, вас, дамы!

Эка Любушку разозлило! Эка Любушку понесло!

- Знаешь что, умник, - и Люба решительно промаршировала в сторону Валеры. Остановившись в полуметре и окинув Валеру неприязненным взглядом, рявкнула: - Из-за таких мудаков, правильные женщины сикают в трусики! – и, размотав чёрное кружево с ладони, смело засунула Валере в карман пиджака.

Валерий, надо отдать должное его выдержке и бровью не повел. Будто ему каждый день женщины рассовывают свое нижнее белье в карманы.

- На память тебе, напыщенный индюк! Бывай здоров, - развернувшись и крутанув задом, поцокала дальше по коридору.

- Ну и баба…Огонь! – воскликнул Антон, тряхнув головой, глядя вслед уходящей блондинке.

- Бери выше: вулкан.

Валера осторожно извлек из карманы трусы Любы. Расправил черное кружево на пятерне и задумчиво произнес:

- Это предложение такое, дерзкая Люба? Ну что ж, коли трусы сняла для меня, то и остальное давай, - уже прикидывая как соблазнить на горячую ночку горячую Любу.

Глава 2.

Люба поёрзала на бархатном сидении диванчика, чувствуя без нижнего белья дискомфорт в промежности. Ягодицы зажали между собой ткань платья, сквозняк гулял между ног, охлаждая резко возникший жар. То ли от проснувшегося стыда, то ли от пристального взгляда незнакомца – обладателя её спонтанного презента.

Коллеги: Маша и Ира пили наперегонки текилу и смеялись. Слизывая с тыльной стороны ладони соленые кристаллы – морщились. И снова смеялись.

- Люб, а Люб, - прошептала Валерия и оглянулась на соседний столик. – А мужик то глаза об тебя сломал. Трусы, наверное, ему твои понравились…, - хихикнула.

- Стыдоба какая, Лерка…и что на меня нашло? Сама не пойму. Надеюсь, он не воспринял мой смелый жест как предложения с ним уединится? Как думаешь?

Лера вперила серьёзный взгляд в Любу, насколько позволяло состояние алкогольного опьянения и изрекла:

- Мне кажется мужик шокирован. Но не думаю, что может тебе навредить. Ик! – вздрогнула.

- Девчонки! Давайте по стопарику с нами, - дёрнула за рукав Любу соседка, выводя из размышлений. – Ну-ка, пей!

Люба едва протрезвела, посетив мужскую комнату, но от предложения не отказалась. Весело же!

- А давай!

И схватив стопку с золотистой текилой, присыпала солью запястье и выпила махом.

- Ух! – поморщилась, суя дольку лимона в рот. – Хороша!

- Молодец, Любка! Ещё по одной?

- Ещё по одной! – махнула. – Гулять так гулять!

Так повторилось несколько раз.

И пока Люба глотала, лизала, сосала, постоянно чувствовала на себе посторонний взгляд. Она знала кому он принадлежит, но стоически держалась, чтобы не оглянуться, делая вид что не замечает его.

А пусть смотрит, коли нравится! Не оглодает же взглядом кожу.

А когда, не сдержав любопытства все же обернулась и посмотрела – удивленно открыла рот.

Валерий демонстративно вытянул из нагрудного кармашка пиджака кружевную полоску Любиных трусиков и подмигнул.

Люба фыркнула и закатив глаза – резко отвернулась. Обломается, плейбой. Это была шутка.

Чувствуя, что опьянение достигло пика, затормошила подруг и сказала:

- Хорошо с вами, девки, но мне надо… домой. Дочь… завтра… внучку привезет. Мне надо выспаться! И… привести себя в порядок.

Ее окончательно развезло. Язык заплетался и клонило в сон.

- Но, Люб, мы так мало посидели…

- Да. И почти не танцевали…

- Не-не, - выставила ладонь вперед Люба, - никаких танцев. - Она осторожно поднялась на ноги, одергивая край платья. – В другой раз спляшем. Дома. – Лер, ты посидишь еще?

- Посижу. Давай провожу тебя до гардероба и посажу в такси.

Люба медленно одевалась, переобувалась в сапоги и выйдя на крыльцо, долго прощалась с подругами – обнималась, целовалась, бормотала пожелания.

- Девчонки, не скучайте без меня! Оторвитесь по полной! – махнула рукой, покачиваясь на шпильках.

Укутавшись в полы шубки, осторожно спустилась со ступеней и медленной походкой направилась в сторону парковки. Не подозревала, что в припаркованном неподалеку Майбахе, сидит обладатель ее нижнего белья и не сводит глаз.

- Это не та ли бабенка, что в мужской туалет… ходила? – спросил Антон, приглядевшись к Любе, выписывающей зигзаги на тротуаре.

- Она самая. Березка на ветру, - хохотнул Валера. – Эка ее гнет. Того и гляди ноги переломает на своих ходулях. Это тебе не коктейль слабоалкогольный пить, детка. Текила коварная.

- Ох и оторва! И ведь она чья-то жена или любовница. Нервы у мужика стальные должно быть, чтобы справится с такой безбашенной, - и Антона передернуло от перспективы иметь подобную неуправляемую женщину рядом.

- Может ему нравится как раз такая заводная стервочка, - произнес Валера с долей восхищения и зависти к неизвестному мужчине.

- Мне точно такие не по вкусу, - фыркнул Антон и нервно затеребил оплетку руля. - Мы кого-то ждем, Валер? – Антон перевел взгляд на сосредоточенный профиль друга, не понимая причину их задержки.

- Возможно…

Валера продолжал следить за Любой через тонированное стекло. Так и распирало выйти из авто и помочь ей, предложить довести женщину до дома.

Люба неуверенно ступала на каблуках, поскальзывалась, размахивая руками словно крыльями. Роняла сумочку – поднимала и судя по ее мимике лица – материлась. Доковыляла до автомобиля мужчин и встала как вкопанная перед препятствием.

Валера галантно открыл пассажирскую дверь и сказал:

- Садись, довезем.

- Красивая какая…бибика. Неужели в автопарке такси такие крутые машины есть? – удивленно покачала головой и соблазнившись комфортом, нырнула в салон.

- А ты что, тоже в мою сторону едешь? – спросила осоловело, вспомнив лицо мужчины с туалетной комнаты.

- Ага. Такси едет на Дубровку, - хохотнул Валера, изрядно потешаясь над пьяной женщиной.

- Эй, не надо мне в Дубровский. Мне домой нужно…нужно попасть домой. Завтра мне надо быть…быть бодрой! – икнула и прикрыла рот ладонью.

Тембр ее голоса приобрел характерные нотки засыпающего человека. Люба боролась со сном как могла, но теплый салон авто и мерное раскачивание кузова подействовали расслабляюще.

Она широко и громко зевнула и на очередном повороте, не удержавшись – завалилась на сидение да так и не поднялась. Засопела.

- Кажется нашу дерзкую пассажирку вырубило, - спустя пять минут констатировал состояние Любы водитель. – Что думаешь с ней делать, Валер?

Валера довольно улыбнулся.

- Как что, Антоша, домой к себе отвезу.

- Пьяную? – недоумённо.

- Ага. Пусть проспится. В следующий раз будет думать, перед тем как дерзить тому, кто априори сильнее. Ну и много пить. Это же надо так напиться, что не понять, что не в такси села, а частную машину. А если я вор? Или похуже - маньяк-убийца за рулем?

Антон вздрогнул и устремил взгляд на дорогу.

Валера перевесился через спинку своего сидения и пригляделся к незнакомке.

На вид он дал ей не более сорока пяти. Давно совершеннолетняя. Значит ему не грозит судом его похищение.

Пышнотелая блондинка. Все как он любил. Правда в стельку пьяная. Но он же подождет, когда женщина выспится. Протрезвеет. Придет в себя и тогда они поговорят нормальным человеческим языком. Языком тел мужчины и женщины. Чем не подарок в преддверии Нового года? Очень даже подарок…

Кольца он на ней не увидел. Да и какой нормальный муж отпустит такую сочную, манящую женщину на корпоратив одну? Правильно либо асоциальный и безразличный к ней, либо его у Любы попросту нет. И Валера не мог упустить такую булочку из рук.

Глава 3.

Ночью Любе снились кошмары. И не то кошмары вовсе были, а скорее стыдливые фантазии. Будто мозг, отравленный спиртным, пустился в безудержную и развратную пляску. А снилось ей что любил её мужчина. Причем лица она его она никак не могла рассмотреть. То в тени он прятался, то позы выбирал такие – не подглядеть.

Мял. Сжимал. Целовал.

Чередуя нежные ласки с силой.

Щипал. Шлёпал. Кусал.

Люба стонала и изворачивалась, а потом наоборот тянулась, прижималась, поддавалась той неведомой силе и энергетике, умоляя не прекращать сладкую пытку с ее телом.

И главное - она вообще ничуть не была против подобных истязаний.

Демон похоти – инкуб и не кто другой овладел ее разумом и добрался до тела, подчиняя своей воле. И длилось это казалось всю ночь. И не было конца ни края этой безудержной страсти и хотелось, чтобы не прекращалась та сладострастная агония.

Но на смену ночи неизменно приходит утро и рассветные лучи рассеивают сонный морок. Обнажают реальность. Выворачивают наизнанку правду.

Пробуждение ото сна было болезненным. Тяжелым. Во рту образовалась настоящая пустыня Атакама и язык, словно юркая саламандра пытался найти хоть каплю влаги.

Облизнув потрескавшиеся, распухшие губы, прохрипела:

- Лера…Лер, принеси мне воды и аспирин…подыхаю…

Со стороны послышался едкий смешок и кровать скрипнула под весом чьего-то тела. И тут же над ухом оглушительно прозвучало:

- Я не Лера. Я – Валера.

Услышав мужской голос, Люба широко распахнула глаза и уставилась в небритое лицо незнакомого мужчины.

- Ты кто? – испуганно пискнула и дёрнулась, отмахиваясь.

- Сказал же: Валера. Но если хочешь знать полное имя мужчины, с которым провела ночь, то: Валерий Яковлевич Садыков. А ты…просто Люба?

Взгляд незнакомца Валеры был слегка насмешливый, с толикой снисхождения и хозяйского превосходства, который немедленно сбросил остатки её сонливости.

- И что ты делаешь у меня в кровати, Валерий Яковлевич? – Люба, привстав и опираясь на локти, пытливо разглядывала мужчину.

- Хм…, а ты что, не помнишь? – брови его взметнулись ко лбу.

Люба медленно покачала головой и поморщилась от прострелившей виски боли.

- Посмотри по сторонам, Люба. Внимательно посмотри.

И Люба посмотрела. Нахмурилась, увидев за перегородкой из стекла, ряд вешалок гардероба с пиджаками и рубашками, полки с мужской одеждой. И они точно не принадлежали мужу Леры. А у Любы вообще не было ни мужа, ни подобного гардероба.

Отель?! Чужая квартира? Точно! Чужая квартира…

Зажмурилась, чувствуя, как нарастает тревога и гул в голове усиливается. Моргнула, решив что все еще спит. Но картина не исчезла и вместе привычной обстановки своей спальни в розовый цветочек перед глазами стоял чужой и дорогой интерьер.

- Где я? – резко села в кровати. – Это не моя квартира! И не Леркина…, - поникшим голосом произнесла. – Как я сюда попала? А ты? – обвинительно посмотрела на мужчину.

- Верно. Не твоя. Ты у меня дома, Любаша…

- Эй, какая я тебе Любаша, ты наглец?! А ну говори зачем меня к себе притащил? Рассчитываешь что я тебе…дам? – понизила голос до стыдливого шепота.

- Дашь? Ты что, вообще ничего не помнишь? – расплылся в улыбке Валера. - Совсем-совсем?

Люба смолкла и прикусила губу. Пристально разглядывала мужчину и напрягая память. Тряхнула головой.

- Не-а…Ничего. Но видимо должна... судя по тому, как ты довольно лыбишься.

- Еще как должна. Ну? Напряги-ка память.

- Я сама за тобой увязалась? Я что, так могла? – тихо спросила саму себя. - Или ты меня насильно притащил к себе? Говори быстро, злодей!

- Ты и про деда Мороза ничего не помнишь? – продолжал улыбаться Валера.

- Какого еще деда Мороза?

- Ну как какого? Который желания женщин исполняет.

- Так, Валера, ты мне голову то не дури! Никакого деда Мороза я не заказывала и желания исполнить не просила. Говори немедленно что я делаю у тебя дома? И вообще мне уже к себе домой нужно!

Валера отвернулся. Потянувшись к пиджаку, висящему на стуле, достал из кармана комок белья и бросил на постель.

- А это, ты помнишь?

- Трусы.

- Угу. Знакомые?

- Да! Это же мои трусы! Нашлись родимые! – обрадовалась Люба и сгребла кружево пальцами, ощущая что промежность ничем не прикрыта и прохладная простыня трет кожу ягодиц.

- Да. Твои. А как они ко мне попали, помнишь?

Люба тряхнула головой, отрицая. Но тут же в миг пришло озарение. Память вернулась резко, обнажая постыдную реальность. О том как она просила, почти умоляла едва знакомого мужчину ее трахнуть. Жестко. По-всякому. Боясь в тот момент одного что, он не сможет, не осилит ее темперамент в меру…в меру своего возраста. Она ему дала лет так под шестьдесят. А он взял, да и удивил. Очень сильно удивил.

Стыд и унижение накатили разом и она, застонав, упала на постель, закрыв лицо ладонями. Обрывки воспоминаний заплясали калейдоскопом, как фрагменты из бразильских сериалов.

- Господи, лиши меня памяти! Награди амнезией, пожалуйста…прошу!

- Э, нет, Любочка - Любовь, давай ка вспомним месте то, что мы творили этой ночью, - Валера протянул руки, отнимая ладони от лица Любы и с коварной улыбкой заглянул в лицо.

Читатели наверняка захотят узнать, что же вспомнит наша хмельная и дерзкая Любаша. И как отреагирует, восстановив в памяти мельчайшие подробности бурной ночи.