Сергей Антонов
Мы становимся тем, как понимаем свою историю

Вступление

Кем мы были, прежде чем стали тем, кем мы являемся сегодня?

Этот вопрос возникает у человека в моменты ясности ума, когда он смотрит на прошлое другими глазами, не теми, которыми он пережил тот опыт. Мы не рождаемся завершенными и не достигаем какого-то неизменного облика, а находимся в постоянном становлении, формируемся с каждой минутой и запечатлеваем в наших душах след каждого опыта, пока не становимся тем, кем мы являемся.

Эта книга — не автобиография и не просто мимолетные размышления, а созерцательное путешествие по этапам преображения, через которые проходит каждый человек. Путешествие, которое начинается с простых истоков — детства и невинности, проходит через испытания, закаливающие душу, и падения, открывающие нам глаза на нашу истинную сущность, а затем раскрывает перед нами смысл пережитого, и мы понимаем, что то, что мы считали концом, было лишь новым началом.

На этих страницах вы найдёте частичку себя, а может быть, и многое из себя. Вы найдёте тени своего детства, отголоски своих разочарований, следы своих падений и мудрость своего взросления. Ведь эта история — не только моя, но и история каждого человека, который пытался измениться и задавал себе вопросы: «Кем я был? И кем я стал?»

И если книги играют какую-то роль, то эта книга стремится стать зеркалом, которое покажет вам то, что внутри вас, а не то, что снаружи, и в конце концов оставит вас с одной уверенностью: человек никогда не достигает конечной цели, а продолжает становиться.

Глава 1

Перед началом

Введение в главу

Истории начинаются не тогда, когда мы решаем их рассказать, а гораздо раньше.

Они начинаются в местах, которые мы плохо помним, в моменты, важность которых мы тогда не осознавали, и в мелких деталях, прошедших так незаметно, что нам казалось, будто они не оставили следа. Но годы показывают нам, что то, что казалось мимолетным, на самом деле было первым камнем в долгом строительстве под названием «мы».

Когда человек оглядывается на себя в зрелом возрасте, после какого-то значительного опыта или после поворота, изменившего ход его жизни, ему кажется, что его личность сформировалась исключительно благодаря его осознанным решениям и важным выборам. Но, глубоко задумавшись, он обнаруживает, что корни его истории уходят гораздо дальше. Они уходят к началу, предшествовавшему его сознанию, к первым мгновениям, когда формировалось его мировоззрение, и к первым чувствам, которые зародились в его сердце ещё до того, как он узнал их названия.

Мы не рождаемся «чистыми листами», как нам иногда кажется, и не становимся тем, кем мы являемся, в результате одного мгновения или одного решения. Мы формируемся постепенно, слой за слоем, чувство за чувством, воспоминание за воспоминанием, пока не становимся той версией, которую называем «я».

Но удивительно то, что многие из этих слоёв формируются в тишине.

Мы не чувствуем их, пока они формируются.

И не замечаем их влияния, пока они растут.

Мы обнаруживаем их лишь спустя долгие годы, когда замечаем, что повторяем старые страхи, не зная их источника, или ищем некую неопределенную безопасность, не понимая, почему она нам нужна, или тянемся к определенным вещам, словно нас ведет к ним какая-то скрытая сила.

Именно там, в тех отдалённых уголках жизни, таятся многие начала.

Начала мыслей.

И зарождения чувств.

Начала доверия и страха.

Начала амбиций и разочарований.

Начала нашего представления о себе и о других.

И, возможно, именно поэтому невозможно понять человека, не вернувшись к тому, что предшествовало его видимым началам.

К тому этапу, когда его внутренние черты формировались в тишине.

К детству — не просто как к годам жизни, а как к глубокой психологической почве, следы которой живут в нас до сих пор.

Эта глава — не попытка исследовать прошлое исключительно из ностальгии.

И не путешествие, цель которого — остановиться на воспоминаниях лишь для того, чтобы их воскресить.

Это попытка понять истоки.

Понять те истоки, которые сформировали нас, когда мы этого даже не осознавали.

Понять те первые ситуации, которые научили нас, как смотреть на самих себя.

Понимание тех небольших моментов, которые со временем превратились в глубокие убеждения.

Это глава о человеке до того, как он познал себя.

О ребёнке, который жил в нём, прежде чем он стал тем взрослым, каким его видят окружающие.

О первых зародышах, из которых проросла его нынешняя личность.

И о вопросах, которые начали формироваться ещё до того, как он обрёл способность их выразить.

Ведь каждое путешествие к себе начинается откуда-то.

И каждое глубокое самопознание в конечном итоге приводит нас к корням.

К тем безмолвным началам, которые мы когда-то считали законченными, хотя они всё это время жили внутри нас, определяли наши выборы, окрашивали наши чувства и прочерчивали контуры пути, по которому мы идём.

И прежде чем мы поймём, кем мы стали…

нам нужно на мгновение остановиться и спросить:

Кем мы были?

И с чего началась эта история?

Безмолвные начала

Еще до того, как мы научились говорить, жизнь обращалась к нам на своем собственном языке.

Ещё до того, как мы поняли, что такое любовь, мы её чувствовали или скучали по ней.

И прежде чем мы узнали, что такое безопасность, наши маленькие души испытывали её в мелочах, о которых сегодня мы в основном не помним.

Есть период в жизни человека, когда он не способен объяснить то, что происходит вокруг него, но обладает огромной способностью чувствовать. Он улавливает сигналы, сохраняет впечатления и подвержен влиянию окружающей атмосферы, даже если не может её понять или выразить.

В эти первые годы формируется не только память, но и первый взгляд на мир.

Является ли мир безопасным местом или источником беспокойства?

Являются ли окружающие источником успокоения или угрозы?

Любят ли меня таким, какой я есть, или мне нужно что-то сделать, чтобы заслужить любовь?

Эти вопросы в детстве не формулируются словами, но молча запечатлеваются в глубине души и со временем превращаются в чувства и убеждения, сопровождающие человека на его долгом жизненном пути.

Поэтому начало важно не только потому, что оно произошло первым, но и потому, что оно происходит на этапе, когда душа наиболее восприимчива и поддается формированию.

Ведь у ребёнка ещё нет тех стен, которые защищают его.

У него нет объяснений, которые помогали бы ему понять.

У него нет опыта, позволяющего ему проводить грань между тем, что касается его самого, и тем, что касается других.

Он принимает жизнь с совершенно открытым сердцем.

И то, что проникает в этот период, не всегда проходит мимо.

Напротив, иногда это оседает в самых потаенных уголках души.

С течением лет человек забывает многие детали.

Он может забыть места.

Может забыть лица.

И может забыть слова.

Но душа не так легко забывает то, что она чувствовала.

Мы можем не помнить тот момент, когда в нас зародился какой-то страх.

Но мы чувствуем его присутствие.

И мы можем не помнить, когда появилось чувство неполноценности, нерешительности или постоянной потребности в признании.

Но мы несем в себе его следы.

Как будто детство на самом деле не заканчивается.

Она продолжается в различных формах внутри человека.

Она проявляется в его реакциях

В его взгляде на самого себя.

В его отношениях.

В его мечтах.

В его страхах.

В том, как он любит, доверяет, сближается и отдаляется.

Тот ребенок, которым мы когда-то были, не исчезает полностью.

Он растёт вместе с нами.

И занимает много места в наших душах.

И иногда, когда мы сталкиваемся с трудной ситуацией во взрослой жизни, страдает не только взрослый, но и тот давний ребенок.

Тот ребенок, который до сих пор хранит свои первые вопросы.

И по-прежнему ищет того первого утешения.

И по-прежнему пытается понять то, чего так и не смог понять.

Именно поэтому путь к самопознанию зачастую начинается с возвращения в те ранние пространства.

Не для того, чтобы остаться в них.

И не для того, чтобы винить прошлое.

И не для того, чтобы искать виновного.

А ради понимания.

Ведь понимание освобождает человека больше, чем забвение.

Когда мы понимаем истоки своих чувств, они становятся менее загадочными.

И когда мы понимаем, откуда берутся наши страхи, они перестают так сильно контролировать нас.

А когда мы понимаем, как сформировались некоторые наши убеждения, мы становимся более способными пересмотреть их и выбрать, что мы хотим сохранить, а от чего хотим избавиться.

Самое прекрасное в зрелости не в том, что она даёт нам окончательные ответы.

а в том, что он даёт нам больше возможностей ясно видеть самих себя.

А самопознание начинается с признания того, что наша история началась не сегодня.

И не вчера.

Она началась давным-давно.

В тех тихих началах, которые прошли незаметно.

В тех небольших мгновениях, которые казались обычными.

В те дни, когда мы ещё не знали, что создаём ту версию себя, которой станем позже.

И чем дальше человек продвигается в своём путешествии к осознанности, тем яснее ему становится, что его нынешняя жизнь не отделена от тех первых шагов.

Напротив, она является их продолжением.

И что многие из вопросов, которые он задает себе сегодня, начали формироваться именно там.

И многие из его сильных сторон зародились именно там.

И многие из его ран зародились именно там.

И многие из его мечтаний зародились именно там.

В месте, отдалённом во времени, но всё ещё очень близком к сердцу.

И когда человек задумывается об этой истине, он относится к себе с большей мягкостью.

Потому что он понимает: та сложность, которую он сегодня видит внутри себя, не возникла внезапно.

Они сформировались в ходе долгого пути.

Путь, начавшийся в тишине.

И развивалась в тишине.

И продолжала формировать его, пока он не стал тем, кем является сейчас.

И, пожалуй, один из самых прекрасных моментов осознания — это тот момент, когда человек понимает, что возвращение к истокам — это не шаг назад.

а шаг внутрь себя.

К корням.

К той первоначальной земле, из которой зародилась его история.

И там, в тех безмятежных глубинах, рождается новое понимание себя.

Понимание, не основанное ни на суждениях, И не на сожалении.

А на милосердии.

И принятии.

И на глубоком осознании того, что всё, чем мы являемся сегодня, несёт в себе отпечаток тех безмолвных начал.

Начала, которые не подозревали, что создают целое будущее.

Но они создали.

Детство между реальностью и воспоминаниями

Когда мы думаем о своём детстве, мы не вспоминаем его таким, каким оно было на самом деле.

Мы вспоминаем её такой, какой она осталась в нас.

И между этими двумя вещами есть большая разница.

Ведь жизнь происходит один раз, а воспоминания переживают её бесчисленное количество раз.

И каждый раз, пересказывая её, мы добавляем к ней что-то из наших нынешних чувств, из нашего запоздалого понимания и из нашего осознания, которого тогда ещё не было.

Поэтому детство — это не просто набор событий, произошедших в прошлом.

С течением времени она становится внутренней историей.

Историей, которую мы постоянно рассказываем самим себе.

И из этой истории формируются значительные части нашей идентичности.

Ведь человек живет не только тем, что с ним произошло, а в соответствии со смыслом, который он придал тому, что произошло.

Иногда событие может казаться незначительным на первый взгляд, но оно оставляет глубокий след, поскольку несет в себе определенный смысл для человека.

А события, гораздо более значительные, чем это, могут пройти, не оставив такого же следа.

Ведь влияние переживаний определяется не только их внешними масштабами, но и тем, как мы их воспринимаем, И тем местом, которое они заняли в нашей памяти.

Ребёнок видит мир не так, как взрослый.

Он интерпретирует его по-своему, с присущей ему непосредственностью своими неотрефлененными чувствами

И своим ограниченным пониманием того, что происходит вокруг него.

И поэтому он может выносить с собой интерпретации, которые сохраняются на долгие годы.

Интерпретации, которые он не выбирал сознательно, но которые стали частью его взгляда на себя и на мир.

И с течением времени некоторые воспоминания превращаются в линзы, через которые мы смотрим на жизнь.

Линзы, наличие которых мы порой даже не ощущаем.

Но они влияют на наши суждения

На наш выбор.

На наши отношения.

И на то, как мы относимся к успеху, неудачам, любви и страху.

Память — это не беспристрастный архив.

Это живое существо, которое живет вместе с нами.

Перегруппировывает образы.

Придаёт одним моментам большее значение, чем другим.

И сохраняет некоторые чувства даже после того, как их причины исчезли.

И поэтому человек иногда может удивиться своей сильной реакции на кажущуюся незначительной ситуацию.

И думает, что причина кроется в настоящем.

В то время как корни этого чувства уходят в гораздо более далекое прошлое.

В старое воспоминание.

к далёкому переживанию.

к чувству, сформировавшемуся в детстве и до сих пор ищущему своего завершения.

Отсюда и важность размышлений о прошлом.

Не для того, чтобы жить прошлым.

а с целью понять настоящее.

Ведь когда мы понимаем истории, которые носим в себе, мы лучше понимаем самих себя.

А когда мы понимаем источник некоторых наших чувств, они становятся менее загадочными

И теряют способность управлять нами из-за кулис.

Многие люди проводят всю жизнь, пытаясь изменить своё поведение, не задаваясь вопросом о его корнях.

Они пытаются избавиться от страха, не понимая, когда он возник.

Или справиться с чувством неполноценности, не задумываясь о том, когда они впервые его испытали.

Или ищут уверенность, не возвращаясь к тому моменту, когда они утратили часть этой уверенности.

Но душа не исцеляется полностью, если бороться только с симптомами.

А через понимание истории.

Истории, которая породила эти симптомы.

И истории, которая придала им смысл.

И здесь начинается другое путешествие.

Путешествие, в котором мы ищем не только приятные или болезненные воспоминания.

Мы ищем самих себя в этих воспоминаниях.

Мы ищем того ребёнка, который пытался понять мир, И первые мечты.

И о первых страхах.

И о первых вопросах, на которые не было ответа.

И с каждым новым открытием наше видение самих себя расширяется.

И мы становимся менее суровыми.

И более понимающими.

И более способными принять то, что мы несем в себе.

Настоящая зрелость наступает не тогда, когда мы забываем прошлое.

А именно тогда, когда мы сможем смотреть на него, не оказываясь в плену его.

Ясно его видеть.

Понять его влияние.

Признать его присутствие.

И тогда мы сможем идти дальше.

Ведь память — это не место, в котором мы живём.

Это место, из которого мы учимся.

И чем больше мы осознаем это, тем спокойнее становится наше отношение к прошлому.

И более милосердной.

И менее конфликтными.

И тогда мы обнаруживаем, что детство было не просто этапом, который закончился.

а была началом долгого диалога человека с самим собой.

Диалога, который продолжается до сих пор.

И по-прежнему молчаливо способствует формированию того человека, которым мы становимся с каждым прожитым годом.

И, пожалуй, самое прекрасное, чего может достичь человек, — это взглянуть на эти старые воспоминания другими глазами.

Взглядом, не ищущим осуждения

И не сожаления.

ни переписать то, что произошло, А о понимании.

Ведь понимание отводит прошлому его надлежащее место.

И дарит настоящему свободу.

И даёт человеку возможность строить своё будущее с большей осознанностью, чем раньше.

И таким образом память становится чем-то большим, чем просто образы, хранящиеся внутри.

Она становится частью пути осознания.

И мостом между тем, кем мы были, тем, кем мы являемся сейчас, и тем, кем мы можем стать однажды.

Как начало влияет на формирование личности?

На каком-то этапе нашей жизни мы приходим к убеждению, которое на первый взгляд кажется само собой разумеющимся, но обретает огромную глубину, когда мы действительно вдумываемся в него: личность не формируется внезапно.

Мы не просыпаемся однажды утром и не обнаруживаем, что стали такими, какими мы являемся сейчас.

И наши черты не возникают из одного решения, одной ситуации или одного опыта.

Личность формируется так же, как формируется река.

Капля за каплей.

И опыт за опытом.

И одно чувство за другим.

Пока то, что когда-то было крошечным, не станет частью большого потока, несущего нас в определённом направлении.

Именно поэтому начало не определяет всё, но закладывает фундамент, на котором строится многое.

Ведь человек несёт в себе следы своих первых лет, даже если ему кажется, что он их преодолел.

Он хранит свой первый способ понимания и принятия

И свой первый способ справляться со страхом.

И свой первый способ выражения своих потребностей.

И свой первоначальный взгляд на самого себя.

Эти вещи не обязательно остаются неизменными, но они оставляют свой первоначальный отпечаток.

И этот первый отпечаток продолжает оказывать влияние даже тогда, когда остальные детали меняются.

Личность — это не замкнутая форма.

И это не нечто, что создаётся один раз и остаётся неизменным.

Это непрерывный процесс формирования, изменения и перестройки.

Тем не менее, именно начало задает ей первоначальное направление.

Она похожа на семя, в котором заложены черты будущего дерева.

Обстоятельства могут измениться.

Может измениться окружающая среда.

И дерево может подвергаться многим бурям.

Но семя остаётся частью этой истории.

Именно в этом заключается важность понимания истоков.

Не потому, что они окончательно определяют судьбу человека.

А потому, что это помогает ему понять некоторые повторяющиеся в его жизни закономерности.

Ведь многие наши реакции не обусловлены исключительно настоящим моментом.

Они являются результатом длительного накопления опыта и многослойных значений, сформировавшихся с течением времени.

Иногда человек думает, что сталкивается с новой ситуацией, но на самом деле он сталкивается со старым чувством, пробудившимся в нём.

Чувство, сформировавшееся в ранние годы, Затем оно сопровождало его от этапа к этапу

От одних отношений к другим.

И от одного опыта к другому.

Не обращая внимания на его наличие.

Именно поэтому самосознание зачастую начинается тогда, когда мы перестаем рассматривать свою личность как нечто неизменное и окончательное.

И начинаем воспринимать её как историю.

Длинную историю.

История, у которой есть корни.

И этапы.

И перемены.

И в ней есть моменты, которые незаметно формируют её.

И тогда вопрос становится другим.

Мы спрашиваем не только:

«Кто я?», но также спрашиваем:

Как я стал этим человеком?

Что повлияло на формирование этой части меня?

И что заставило меня смотреть на мир именно так?

Эти вопросы не направлены на то, чтобы вернуться в прошлое и остаться в нём.

а для того, чтобы лучше понять настоящее.

Ведь чем лучше человек понимает себя, тем больше у него возможностей для перемен

И тем более способен делать выбор.

И тем меньше он подвержен старым шаблонам, которые бессознательно им управляют.

И одно из самых прекрасных открытий, которое человек делает в путешествии к осознанности, — это то, что его личность не является тюрьмой.

Даже если некоторые её черты сформировались в детстве.

И даже если некоторые из его убеждений очень устарели.

Ведь осознанность всегда открывает дверь к развитию.

А знание всегда открывает дверь к преображению.

Но настоящая трансформация начинается не с отказа.

Он начинается с понимания.

Ведь человек не может изменить то, чего не знает.

И он не может преодолеть то, существование чего не признает.

Поэтому возвращение к истокам становится необходимым шагом.

Это не шаг назад.

а шаг к корням.

К тому месту, где зародились первые мысли о себе.

И зародились первые представления о жизни.

И зародились первые чувства, которые будут сопровождать человека на протяжении долгой жизни.

И благодаря этому пониманию меняются наши отношения с самими собой.

Мы становимся менее поспешными в осуждении своих недостатков

И менее суровы по отношению к своим слабостям.

И лучше способны видеть себя в более широком контексте.

Ведь те черты характера, страхи, мечты и колебания, которые мы видим сегодня, — это не просто случайное набор черт.

а результат долгого пути становления.

Путь, начавшийся много лет назад.

И продолжается до сих пор.

И здесь выявляется очень важная истина:

Личность — это не просто нечто, что мы открываем для себя.

а то, в формировании чего мы участвуем каждый день.

Конечно, начало имеет значение.

И действительно, первые переживания оставляют свой след.

Но человек не является их заложником.

Он способен переосмыслить их

И понять их.

И переосмыслить их.

И создавать на их основе новые смыслы.

И именно это делает возможным развитие.

И делает возможным становление.

И именно это делает путь человека к самому себе бесконечным путешествием, которое не останавливается на каком-то конкретном этапе.

Ведь начало формирует нас.

Но они не исчерпывают нас.

Детство влияет на нас.

но она не знает всего того, кем мы станем.

Прошлое оставляет свой след.

Но он не пишет последнюю главу.

И это одна из самых утешительных истин.

Человек больше, чем его начало.

И шире своих первых опытов.

И богаче любого фиксированного определения, к которому его можно свести.

Он — существо, находящееся в постоянном становлении.

Он меняется.

Созревает.

И заново открывает себя.

И заново конструирует свой смысл.

И продолжает идти.

И поэтому понимание начала не заставляет нас останавливаться на нём.

Оно ведёт нас к пониманию всего пути.

От первого шага

До того шага, на котором мы находимся сейчас.

И к шагам, которые мы ещё не сделали.

Ведь то, где мы находимся сегодня, — это не конец истории.

Это лишь одна из её глав.

Глава, начавшаяся в детстве.

И пишется до сих пор.

Размышления о первозданной невинности

В детстве есть нечто, чего мы не можем полностью вернуть, как бы ни старались.

Не только потому, что она осталась далеко в прошлом.

А потому, что мы уже не те люди, которыми были, когда её переживали.

Ведь ребёнок видит мир не так, как взрослый.

И не понимает жизнь так, как мы понимаем её сегодня.

И у него нет того огромного количества интерпретаций, сомнений и расчётов, которые есть у нас сейчас.

Он смотрел на вещи другими глазами.

Глазами, которые ещё не познали полного страха.

И ещё не овладела осторожностью.

И ещё не была вовлечена в сложности мира.

И поэтому невинность была чем-то большим, чем просто возрастной этап.

Это был особый способ существования.

Способ смотреть на мир.

И способ чувствовать.

И способ воспринимать жизнь.

В те первые годы человек не знал о себе почти ничего.

Но он был близок к ней.

Близок так, как это не всегда удается с возрастом.

Ведь ребёнок непосредственно ощущает то, что чувствует.

Радуется без сдержанности.

И плачет без стыда.

И удивляется, не сдерживая себя.

Он любит без долгих раздумий.

Он принимает жизнь такой, какая она есть.

И живет настоящим, пока не научится делить его на прошлое и будущее.

Пока он не стал озабочен тем, что было, Или беспокоиться о том, что будет.

В детстве присутствует редкий вид осознанности.

Полное присутствие в настоящем.

Как будто время течет медленнее.

Как будто вещи обладают большей способностью удивлять.

Как будто мир всё ещё новый.

Возможно, именно поэтому некоторые детские воспоминания кажутся более обширными, чем они были на самом деле.

Потому что мы не пролетали мимо них.

Напротив, мы проживали их, уделяя им всё своё внимание.

А когда человек взрослеет, что-то начинает меняться.

Накопляется опыт.

И накапливаются страхи.

И накапливаются разочарования.

И накапливаются попытки понять.

И разум начинает формировать свои многочисленные слои.

Слои осторожности.

И слои защиты.

И слои ожиданий.

И слои интерпретации.

Пока расстояние между человеком и его первоначальной непосредственностью не станет больше, чем было.

Не потому, что зрелость — это плохо.

И не потому, что рост — это ошибка.

А потому, что каждый этап что-то забирает и что-то дарит.

А жизнь зачастую не позволяет нам сохранить всё.

Но что заставляет задуматься, так это то, что невинность не исчезает полностью.

Она не умирает.

Она просто прячется.

Она прячется под слоями переживаний.

И под слоями страха.

И под слоями постоянной занятости.

И ждёт определённых моментов, чтобы вновь проявиться.

Она может проявиться в неожиданном удивлении.

Или в искреннем чувстве благодарности.

Или в момент глубокого размышления.

Или в способности человека видеть красоту в простых вещах.

Как будто тот давний ребенок всё ещё жив где-то внутри нас.

Иногда молча.

Но всегда присутствуя.

Первоначальная невинность не означала незнания жизни.

Она означала доверие к ней.

Доверие, предшествующее страху.

И открытость, предшествующая осторожности.

И любовь, которая предшествует условиям.

С течением времени человек многому учится.

Но кое-что из того, чему он учится, отдаляет его от того первоначального состояния.

Он становится более сдержанным.

И более нерешительным.

И больше озабочен защитой себя.

Пока иногда не забывает, что он чувствовал, прежде чем начал бояться.

И о том, о чём он мечтал, прежде чем познал пределы реальности.

И как он воспринимал себя, прежде чем на него стали влиять суждения окружающих.

И именно в этом заключается важность рефлексивного возвращения в детство.

Это не возвращение в прошлое.

Напротив, это возвращение к сути.

К той чистой части, которая предшествовала многим сложностям.

К тому внутреннему голосу, который был более искренним.

И менее зашумленным.

и ближе к природе.

Ведь человеку не нужно снова становиться ребёнком.

И он вообще не способен на это.

Но он может вернуть себе нечто от детской чистоты.

Чутье его присутствия.

Чуть-чуть его искренности по отношению к самому себе.

Чутье его способности удивляться.

Чуть-чуть его веры в жизнь.

Ведь настоящая зрелость не означает полную утрату невинности.

Она означает, что мы несем её с собой, но осознаннее.

Знать о жестокости мира, но не позволять ей лишить нас человечности.

Понимать разочарования, но не превращать их в черные очки, через которые мы видим всё.

Испытывать боль, но не переставать верить в возможность исцеления.

Видеть недостатки, но не терять способность видеть красоту.

И это один из самых сложных видов равновесия.

Человек должен сохранять часть своего сердца открытой, несмотря на то, через что ему пришлось пройти.

И оставаться способным доверять, несмотря на то, что он узнал.

И оставаться способным любить, несмотря на то, что он потерял.

И оставаться способным надеяться, несмотря на всё, что он узнал о хрупкости вещей.

Первоначальная невинность — это не просто этап, который мы оставляем позади.

Это часть нашей изначальной сущности.

Часть, напоминающая нам о том, кем мы были, прежде чем на нас навалились роли, И прежде чем стало больше масок.

И прежде чем душа наполнилась всем этим шумом.

И когда человек глубоко вглядывается в своё детство, он не только открывает для себя того ребёнка, которым он был, но и узнаёт кое-что о том, кем он стал.

Он обнаруживает, что большая часть его нынешних поисков — это не поиск чего-то совершенно нового.

а попытка вернуться к тому внутреннему состоянию, которое он когда-то знал, но от которого отдалился.

Состояние покоя.

Состояние простоты.

И состояние гармонии с самим собой.

И поэтому детство иногда кажется началом пути.

А в других случаях — как конечная цель.

Не потому, что она олицетворяет прошлое.

а потому, что в ней таятся скрытые указания на то, что является нашей сущностью.

На то, что предшествовало страху.

И того, что предшествовало расколу.

И того, что предшествовало долгому конфликту между тем, кем мы являемся, и тем, кем, как нам кажется, мы должны быть.

И в этом тихом пространстве созерцания человек осознает, что первоначальная невинность была не просто далёким воспоминанием.

а было посланием.

Послание, которое ждало его всю жизнь.

Чтобы он помнил, что внутри него есть чистая часть, которую не испортили дни, И честная часть, которую не погасили пережитые испытания.

И живую часть, которая по-прежнему способна смотреть на жизнь с благодарностью, удивлением и любовью.

И эта часть, как бы далеко мы от неё ни отдалились, остаётся одним из важнейших ключей к возвращению к самому себе.

Ситуации, которые сформировали меня, пока я этого не замечал

Когда мы пытаемся понять себя, мы часто ищем значимые моменты.

Ищем явные события.

Решающие повороты.

О днях, которые неоспоримо изменили ход нашей жизни.

Но со временем человек открывает для себя иную правду.

Он обнаруживает, что многое из того, что сформировало его личность, произошло не только благодаря крупным событиям.

А из мелких деталей, прошедших незаметно.

Из мимолетных мгновений, на которые он не обратил внимания, когда они происходили, из мимолетных чувств, которые, как он думал, исчезнут.

Из ситуаций, которые в тот момент казались обычными, но продолжали действовать в глубине души долгие годы.

Жизнь формирует нас не только через бури.

но и через капли.

Иногда влияние заключается не в силе события, а в его своевременности.

И в том месте, которое он затрагивает в душе.

Ведь короткие слова остаются с нами дольше, чем длинные речи.

А бывают моменты тишины, которые оставляют более глубокий след, чем шумные события.

А бывают мимолетные чувства, которые, сами того не замечая, меняют наше видение мира.

И поэтому иногда трудно точно определить, как мы стали такими, какие мы есть.

Ведь перемены не всегда происходят на наших глазах.

Он происходит внутри.

Медленно.

И тихо.

И почти незаметно.

Человек формируется в большей степени, чем сам того хочет.

Он развивается благодаря тому, что осознает, и тому, чего не осознает.

И через то, что он помнит, и через то, что он забывает.

И через то, на что он обращает внимание, и то, мимо чего он проходит мимолетно.

И поэтому, оглядываясь назад, мы удивляемся тому, как многое повлияло на наше становление, оставаясь незамеченным.

Мы удивляемся влиянию моментов, которым не придавали значения, И от влияния тех чувств, которые мы считали временными.

И от влияния тех вопросов, на которые мы тогда не нашли ответа.

Всё оставляет свой след тем или иным образом.

Даже то, что, как нам кажется, уже осталось в прошлом.

Ведь душа не руководствуется логикой дат.

И не оценивает переживания по их внешнему масштабу.

Она сохраняет то, что глубоко затронуло её, А то, что до неё не дошло, оставляет позади.

И поэтому след от небольшого события может оставаться в течение десятков лет, В то время как события, гораздо более значительные, постепенно стираются из памяти.

На пути самопознания человек начинает осознавать эту истину.

Он начинает видеть свою жизнь как взаимосвязанную цепь, а не как отдельных событий.

И начинает понимать, что его нынешняя личность — не результат одного решения, а результатом длительного накопления

Накопления опыта и чувств.

размышлений.

вопросов.

И встреч.

И разочарований.

Радости.

И мелочи, с которыми он сталкивался день за днем.

Всё это так или иначе сыграло свою роль.

Даже то, что ему казалось неважным.

И это осознание дарит человеку более скромный взгляд на самого себя.

Ведь он не достиг того, кем является, в одиночку.

И он не сформировался в отрыве от жизни.

Он был частью непрерывного процесса, Процесса, в котором участвовали все дни, В том числе и те дни, которые казались совершенно обычными.

Напротив, именно обычные дни в наибольшей степени формируют нашу личность.

Ведь жизнь состоит не только из поворотов.

а из пути, пролегающего между ними.

Из повторяющихся моментов.

Из привычек.

Из мелких повседневных переживаний.

Из того, как мы думаем, когда нас никто не видит.

И от безмолвных диалогов, которые постоянно происходят внутри нас.

Именно там, в этих невидимых пространствах, происходит большая часть формирования.

И именно там, незаметно для нас, формируются части нашей личности.

И по мере того, как наше осознание растёт, мы становимся более способными видеть эти скрытые процессы.

Мы становимся более способными понимать самих себя.

И менее склонны к поспешным суждениям.

Ведь то, что мы видим сегодня в себе, — не плод мгновения.

Это результат долгого пути.

Путь, который начался ещё до того, как мы его заметили.

И продолжалась, прежде чем мы её осознали.

И продолжается до сих пор.

Самое прекрасное, что дарит нам это осознание, — это милосердие.

Милосердие по отношению к самому себе.

Ведь когда человек понимает, как она формируется, он становится менее суровым к себе.

Он понимает, что у некоторых его страхов есть свои корни.

И что за некоторыми его колебаниями стоит своя история.

И что некоторые его внутренние конфликты начались не сегодня.

Они являются результатом долгого пути становления личности.

И это понимание не оправдывает всего.

Но оно проливает свет на многое.

И делает путь к переменам более мудрым.

Ведь настоящие перемены начинаются не с борьбы с самим собой, а с понимания себя.

И с уважения к пути, который я прошла, чтобы оказаться здесь.

И с признания того, что каждый этап, каким бы сложным или непонятным он ни был, внес свой вклад в то, кем мы являемся сейчас.

Со временем человек учится смотреть на свою жизнь по-другому.

Он видит не только крупные события, но и видит тонкие нити, связывающие их между собой.

И видит, как некоторые незначительные моменты несли в себе зародыши больших перемен.

И как некоторые мимолетные чувства подготавливали почву для глубоких открытий.

И как некоторые детали, на которые он не обращал внимания, были частью архитектуры его души.

Тогда он осознает, что жизнь не протекала хаотично, как ему иногда казалось.

И что во многом он сам участвовал в формировании того, что происходило, даже когда не осознавал этого.

И когда он приходит к этому пониманию, его отношение к прошлому меняется.

Он перестает рассматривать его лишь как череду событий, а как путь роста.

Путешествие становления.

И путь становления.

Путь, который заставил его переходить от одной версии к другой.

От одного уровня сознания к другому.

И от одного вопроса к другому, более глубокому.

И так он обнаруживает, что тот человек, которым он является сегодня, сформировался не только благодаря моментам, на которые он обращал внимание.

Но и те моменты, которые прошли незаметно, И детали, на которые он не обратил внимания.

И ситуации, которые сформировали его…

без его ведома.

Заключение главы

Когда мы смотрим на начало с высоты прожитых лет, мы понимаем, что оно было не просто вступлением к жизни.

Нет, это была сама жизнь, зарождавшаяся впервые.

Именно там, в детстве, в первых воспоминаниях, в первых чувствах и в ситуациях, прошедших незаметно, начали сходиться нити этой истории.

Человек, которым мы станем позже, начал обретать свои первые очертания.

Не в полном виде.

И не окончательный образ.

а как маленькие семена, несущие в себе множество возможностей.

В этой главе была сделана попытка вернуться к истокам.

К тому, что предшествовало полному осознанию.

До принятия важных решений.

К той первоначальной почве, на которой зародилась личность.

И, возможно, самым важным выводом, к которому мы пришли, стало то, что человек начинает не с того момента, когда решает измениться.

а с долгой истории, предшествовавшей этому решению.

История чувств, переживаний, впечатлений и вопросов.

Но понимание истоков не означает зацикливания на них.

Ведь цель не в том, чтобы жить прошлым.

а в том, чтобы понять его.

И не в том, чтобы судить ребенка, которого мы называли своим.

а в том, чтобы прислушаться к нему.

И не искать причины всего.

а увидеть более широкую картину самих себя.

Ведь всякое истинное осознание начинается с понимания.

И всякое глубокое понимание начинается с возвращения к истокам.

И когда мы понимаем, откуда взялись некоторые из наших страхов, некоторые из наших мечтаний и некоторые из наших вопросов, мы становимся более способными идти навстречу будущему с большей осознанностью.

Эта глава стала путешествием к тому, что предшествовало видимым началам.

Туда, где история началась в тишине.

А предстоящее путешествие — ближе к боли

И ближе к моментам столкновения.

Ведь человек познаёт себя не только через начало.

Он познаёт себя также через падения

И через те моменты, которые заставляют его впервые заглянуть в глубину своей души.

И там начинается другая история.

История второй главы:

«Сломаться, чтобы познать».

Вторая глава

Сломаться, чтобы понять

Введение к главе

Есть вещи, которым мы не научимся, оставаясь в зоне комфорта.

И есть истины, которые не раскрываются, пока мы заняты бегом, достижением целей или попытками выглядеть перед миром целостными.

Некоторые виды знаний не черпаются из книг.

И не из советов.

И не из лёгких испытаний.

Они приходят через поражения.

Из тех моментов, когда рушится тот образ, который мы создали о себе.

И когда пошатываются убеждения, которые мы считали незыблемыми.

И рушатся старые ответы, которыми мы жили годами, полагая, что их достаточно.

Человек не любит разочарований.

И не стремится к нему.

И не желает его переживать.

Но зачастую он выходит из него, обретя осознание, которое не смог бы получить никаким иным способом.

Ведь когда жизнь идёт так, как нам хочется, мы чаще всего довольствуемся тем, что смотрим вовне.

А когда что-то ломается внутри нас, мы вынуждены заглянуть внутрь себя.

И там начинается другое путешествие.

Путешествие, в котором вопрос звучит не так: «Чего я хочу от жизни?», а: «Кем я на самом деле являюсь?

Кем я являюсь, когда исчезают все роли?

Кем я являюсь, когда исчезают образы, которые я создал о себе?

Кем я являюсь, когда мне больше не удаётся уклониться от встречи с самим собой?

Эти вопросы, как правило, не возникают в моменты покоя.

Они возникают в моменты растерянности.

В моменты утраты.

В моменты растерянности.

В тех ситуациях, когда мы не знаем, как идти дальше.

И именно это делает поражение, несмотря на его боль, глубоким входом в мир знания.

Не познание мира.

А познание себя.

А познание себя — самый сложный вид познания.

Потому что оно требует от нас не просто изучения чего-то нового, но и увидеть то, от чего мы закрывали глаза, И признать то, что мы отрицали.

И столкнуться с теми частями себя, с которыми мы раньше не были готовы столкнуться.

В предыдущей главе мы вернулись к истокам.

К безмолвным началам.

К детству, воспоминаниям и первым зародышам личности.

А в этой главе мы приблизимся к совершенно иной области.

Область, которая начинается тогда, когда что-то внутри нас трескается.

Когда человек обнаруживает, что знание — это не всегда результат силы.

а порой — результатом сломленности.

И что некоторые двери открываются только тогда, когда наши шаги спотыкаются перед ними.

В этой главе мы будем двигаться между болью и осознанием.

Между первым падением и первым пробуждением.

Между потерей и пониманием.

И между раной, которая причиняет боль, и раной, которая учит.

Мы постараемся понять, как моменты слабости могут превратиться в моменты открытий.

И как поражения могут превратиться в зеркала.

И как боль может стать языком, позволяющим нам глубже понять самих себя.

Ведь человек не знает себя до конца, когда он всегда побеждает.

Иногда он познаёт себя впервые…

когда он ломается.

И только тогда он начинает понимать вещи, которых не замечал, стоя на твёрдой почве.

Эта глава посвящена не самой боли.

А об осознании, которое из него рождается.

И не о потере как таковой.

а о человеке, который выходит из неё другим.

Это глава о том переломном моменте между тем, что мы думали о себе, и тем, что мы об этом узнаем, когда сталкиваемся с настоящим испытанием.

Ведь на некоторых этапах жизни нам не нужны новые ответы.

Нам нужен искренний перелом, который раскроет перед нами истинный вопрос.

И именно оттуда…

начинается познание.

Первое отчуждение от самого себя

Один из самых сложных моментов, которые может пережить человек, — это тот момент, когда он обнаруживает, что долгие годы познавал себя глазами других.

Он определяет свою ценность по их признанию

И оценивает свой успех по их удовлетворенности.

И он определяет свой образ по тому, как он отражается в их суждениях и ожиданиях.

Сначала это не кажется очевидным.

Напротив, это кажется естественным.

Ведь человек по своей природе — социальное существо.

Он растет среди людей.

И учится у людей.

И ищет среди них свое место.

Но проблема начинается тогда, когда взгляд окружающих превращается из временного зеркала в постоянный источник самоопределения.

Когда человек начинает больше заботиться о том, как его видят, чем о том, кем он является на самом деле.

И тем, как он выглядит, больше, чем тем, что он чувствует.

И потому, что другие ждут от него большего, чем он сам от себя.

И так он проживает долгие годы, выполняя множество ролей.

Роль идеального сына.

Роль сильного человека.

Роль успешного человека.

Роль того, кто не ошибается.

И роль того, кто всегда знает, что делать.

И со временем он настолько привыкает к этим ролям, что забывает о самом важном вопросе: кто я, если отбросить всё это?

И вот тут иногда наступает перелом.

Не как наказание.

а как пробуждение.

Как будто жизнь постепенно снимает слои, накопившиеся поверх истинного «я».

Пока человек впервые не окажется один на один с самим собой.

Без зрителей.

И без аплодисментов.

И без оценок.

И без масок.

И в этой встрече начинается растерянность.

Ведь человек, привыкший определять себя с точки зрения окружающих, чувствует себя потерянным, когда от него требуют определить себя изнутри.

Кем же он станет, если исчезнут все эти роли?

Кем он станет, если от него больше не будут требовать, чтобы он кому-то нравился?

Кем он станет, если перестанет гнаться за образами, которые для него нарисовали другие?

Эти вопросы болезненны.

Но они необходимы.

Потому что это начало первого отрыва от фальшивого «я».

«Я», сформированного из ожиданий, давления и ролей.

И начало приближения к настоящему «я».

Того «я», которое существовало всё это время.

Но её голос был едва слышен среди шума.

Столкновение с самим собой — это не одномоментный процесс.

Это длительный процесс.

Процесс, в ходе которого человек учится прислушиваться к тому, что он действительно чувствует, А не к тому, что он должен чувствовать.

И задавать себе вопрос о том, чего он действительно хочет.

А не о том, чего от него ожидают.

И обнаружить разницу между той жизнью, которую он живёт, и той, которую он лишь изображал.

И с каждым новым открытием часть иллюзии рушится.

И с каждым таким падением открывается более глубокий слой истины.

И сначала это может показаться пугающим.

Ведь правда не всегда дарит утешение.

Но она дарит свободу.

А свобода начинается тогда, когда человек перестаёт видеть себя только глазами других.

И начинает видеть себя своими глазами.

Именно там, в этом промежутке между образом и реальностью, начинается первое истинное познание себя.

И именно там начинается первое осознание, ведущее к первому прозрению.

И именно там начинается путь всего раздела: путешествие человека, который больше не ищет себя во внешнем мире…

а начал искать её внутри себя.

Моменты перелома и их последствия

Осознание себя обычно не приходит, заранее объявляя о себе.

Оно не стучится в дверь, чтобы попросить разрешения.

И не даёт человеку достаточно времени, чтобы подготовиться.

Иногда оно врывается в жизнь внезапно, а иногда — постепенно, но в любом случае оставляет след, не похожий ни на какой другой.

Сначала разбитое сердце кажется просто болью.

Что-то, что нужно преодолеть.

И это то, чему мы пытаемся противостоять всеми силами.

И мы занимаемся тем, что пытаемся спастись от него, И ищем быстрый выход.

И пытаемся вернуться к тому, чем мы были до того, как это произошло.

Но постепенно мы обнаруживаем, что возвращение невозможно.

Не потому, что жизнь этому противится.

а потому, что мы уже не те же люди.

Ведь настоящее разочарование не проходит мимо человека.

Оно проходит сквозь него.

И оставляет внутри него нечто иное.

Нечто, невидимое глазом.

Но оно меняет взгляд на всё.

В моменты перелома рушатся многие аксиомы.

То, что казалось несомненным, становится предметом сомнений.

И идеи, которые мы считали незыблемыми, начинают колебаться.

А образ жизни, который мы себе нарисовали, теряет некоторые из своих прежних черт.

И именно в этой растерянности зарождается новый вид осознания.

Осознание, рождающееся не из уверенности, А из сомнения.

И не рождается из силы, а из хрупкости.

И не рождается из ответов.

а из вопросов.

Когда старая картина трескается, человек начинает видеть то, что скрывалось за ней.

Он видит свою слабость.

И видит свои потребности.

И видит свои страхи.

И видит те области, к которым он раньше не хотел приближаться.

И пока человек занят бегством от этих областей, он остаётся далёким от познания самого себя.

Но слом заставляет его остановиться.

И заставляет его присмотреться.

И заставляет его прислушаться к голосам, которые он заглушал суетой и шумом.

И именно поэтому боль обладает странной способностью раскрывать.

Не потому, что он прекрасен.

И не потому, что он нужен сам по себе.

А потому, что он устраняет некоторые барьеры, мешающие нам увидеть нашу истинную сущность.

В моменты покоя человек может спрятаться за своими ролями

И за своими успехами.

И за своими заботами.

А в моменты упадка большинство из этих вещей теряет свою способность скрывать.

И человек остается наедине с собой.

Лицом к лицу.

И именно там начинается настоящее противостояние.

Он может обнаружить, что оказался сильнее, чем думал.

И может обнаружить, что он был более уязвим, чем предполагал.

И он может обнаружить, что многое из того, за что он боролся, на самом деле не отражало его истинных убеждений.

И он может обнаружить, что некоторые из его мечтаний на самом деле не были его мечтами.

И так боль превращается из простого болезненного опыта в пространство познания.

Пространство, в котором человек видит себя с большей ясностью.

И чем яснее становится видение, тем выше вероятность преображения.

Ведь преобразование начинается не тогда, когда мы просто понимаем, кем хотим стать.

Он начинается тогда, когда мы честно смотрим на то, кем мы являемся сейчас.

И именно в этом заключается ценность перелома.

Не в той боли, которую он несет, а в той истине, которую он раскрывает.

Ведь жизнь иногда меняет нас не тем, что добавляет что-то новое.

А путем устранения чего-то старого.

Устранение иллюзии.

Или образа.

Или убеждения.

Или роль, которая больше не соответствует нашей сущности.

И с каждым падением открывается новое пространство для понимания.

Пространство, позволяющее душе переосмыслить

И переоценить.

И пересмотреть свои приоритеты.

И на этом этапе человек становится более чувствительным к жизни.

Не в смысле слабости.

а в смысле глубины.

Ведь боль учит слушать.

И учит созерцанию.

И учит видеть то, что скрыто за видимым.

Ведь тот, кто хорошо познал разочарование, больше не смотрит на вещи так же, как раньше.

Он становится более внимательным к своим чувствам

И более осознанным в отношении того, что переживают другие.

И лучше осознает хрупкость человека и его силу одновременно.

Сломанность учит нас, что человек — не машина.

И что он не может всегда выносить всё.

И не может быть сильным постоянно.

И не может знать пути на каждом этапе.

И это понимание, несмотря на всю его простоту, меняет многое.

Потому что она открывает дверь к милосердию.

Милосердие сначала к себе.

Затем к другим.

Тот, кто испытал свою уязвимость, становится менее склонным к жестокости.

И меньше склонен выносить поспешные суждения.

И лучше понимает, что скрывается за поступками людей и их конфликтами.

И так боль, несмотря на всю свою жестокость, становится молчаливым учителем.

Он не говорит много.

Но он оставляет свои уроки в глубине души.

Уроки, которые не так легко забыть.

И уроки, которые редко можно получить иным путём.

В конце концов, от разбитости не остаётся её первоначального облика.

Боль меняется.

Рана затягивается.

Дни идут.

Но остаётся человек, прошедший через это испытание.

Человек, который увидел себя яснее.

И понял себя глубже.

И узнал о своей душе то, чего раньше не знал.

И поэтому, когда мы через долгие годы оглядываемся на некоторые моменты сломленности, мы, возможно, вспоминаем не только силу боли.

Но мы также вспоминаем, какое осознание родилось из этого.

И ту истину, которую он раскрыл.

И ту меру человечности, которая молча сформировалась внутри него.

Ведь некоторые разочарования приходят не для того, чтобы что-то закончить.

Они приходят, чтобы положить начало новому познанию.

Знание, не связанное с миром.

а касается самого себя.

И это, зачастую, самое важное знание.

Поражения, которые формируют сознание

Человек не любит поражения.

И не принимает её с открытым сердцем.

И в тот момент он не видит в ней ни шанса, ни подарка, ни урока.

Напротив, он воспринимает это так, как и вначале: как поражение.

То, что не сложилось так, как он хотел.

Дверь, которая не открылась.

Дорогу, которая закончилась, не дойдя до места назначения.

Несостоявшуюся мечту.

И картину, которую он представлял себе как своё будущее, а потом увидел, как она исчезает на его глазах.

Вот почему неудача кажется болезненной.

Не только потому, что он лишает нас того, чего мы хотели.

а потому, что он подрывает тот образ, который мы нарисовали для себя.

Ведь мы не всегда скорбим о том, что потеряли.

Иногда мы скорбим о том, кем, как нам казалось, мы станем, И о той жизни, которую мы себе представляли.

И о тех ожиданиях, которые мы молча вынашивали в себе.

Но жизнь, по своей мудрости, не позволяет человеку учиться только на победах.

Ведь победа дарит уверенность.

А поражение дарит понимание.

А понимание глубже уверенности.

Когда всё идёт так, как мы хотим, мы, возможно, не задаём много вопросов.

И не задумываемся слишком часто.

И не анализируем себя слишком часто.

Но когда мы спотыкаемся, происходит нечто иное.

Мы начинаем присматриваться.

Мы начинаем размышлять.

Мы начинаем искать смысл.

Как будто поражение ставит перед нами зеркало, в которое мы не хотели смотреть.

Зеркало, которое отражает не только результаты.

но и самого человека.

Она раскрывает его образ мышления

И раскрывает его слабые стороны.

И раскрывает сильные стороны, о которых он не знал.

И раскрывает также иллюзии, в которых он жил.

Именно поэтому некоторые поражения становятся ценнее некоторых успехов.

Не потому, что они доставляют удовольствие.

А потому, что они искренни.

Ведь успех порой скрывает множество недостатков.

А неудача их обнажает.

Успех может заставить человека довольствоваться тем, что он знает.

А поражение подталкивает его к поиску того, чего он не знает.

И этот поиск — начало осознания.

Зачастую поражение ранит нас не только из-за его результата.

а потому, что она сталкивается с внутренним образом, который мы создали о себе —Образ человека, который всегда способен на всё.

Или всегда преуспевающего.

Или того, кто не ошибается.

И когда этот образ рушится, мы испытываем смятение.

Но эта растерянность не всегда плоха.

Потому что она открывает путь к более реалистичному видению.

Взгляд, позволяющий человеку оставаться человеком.

Не постоянное стремление к совершенству.

И нет невозможного идеального образа.

А просто существо, которое учится.

И ошибается.

И спотыкается.

Растёт.

И пробует снова.

И именно здесь поражение начинает играть свою истинную роль.

Не как препятствие.

А как учитель.

Учитель, порой суровый.

И чаще всего молчаливый.

Но он честен.

Ведь поражение не льстит.

И не дарит человеку иллюзий.

Она ставит его лицом к лицу с правдой.

И перед самим собой.

И перед своими ограничениями.

И перед своими возможностями.

И здесь возникает удивительный парадокс.

Ведь зачастую человек открывает для себя свою истинную силу только после того, как испытывает свою слабость.

И обнаруживает свою гибкость после того, как потерпит поражение.

И обнаруживает свою способность подняться после падения.

Ведь некоторые способности не проявляются в периоды покоя.

Они проявляются в моменты испытаний.

И поэтому поражения, несмотря на всю их боль, раскрывают то, что невозможно было бы обнаружить иным способом.

Они раскрывают степень терпения.

И степень веры.

И степень способности не сдаваться.

А также показывают, за что стоит держаться, а что следует оставить позади.

Со временем начинает формироваться новое понимание.

Человек перестаёт воспринимать поражение как признак своей никчёмности

И не как окончательный приговор своим способностям.

А как этап.

Часть пути.

Как главу в истории.

А не всю историю целиком.

И когда он приходит к такому пониманию, его отношение к неудаче меняется.

Он перестает бояться его так, как раньше.

И он перестает видеть в нём конец пути.

Напротив, он становится более готовым извлечь из него уроки.

И более способным извлечь из него пользу.

Одна из самых больших ошибок, которую совершает человек, — это привязка своей ценности к результатам.