Ксения Конова
Akash Ganga

Глава 1

Akash Ganga

ГЛАВА 1

Часть 1. Все началось задолго до

Все началось задолго до того, как мне пришлось остаться одной в маленькой системе мертвых планет Альтерра. Пожалуй, этот момент — одно из самых больших потрясений в моей жизни. Толчок, который открыл глаза и заставил посмотреть правде в лицо.

Сейчас рядом с планетой, на которой я нахожусь, — огромное количество безжизненных миров. Такое в просторах темного космоса обычная и частая картина. Мне всегда было странно, почему эти огромные куски смеси минералов и металлов называют планетами. Их принято так именовать лишь потому, что они достаточно массивны для обретения сферической формы под действием собственной силы тяжести и удерживаются гравитацией за счет такой же маленькой и исчерпавшей себя звезды.

Планета, на которой застряла я, не исключение. На этот болтающийся на краю мира кусок камня очень редко попадает свет и тепло — температура понижена до предела. Нет атмосферы, гидросферы, о биосфере остается только мечтать. Здесь никогда не зародится жизнь, что ни делай. Эта планета так и продолжит бесцельно вращаться вокруг потухающей звезды, ни к чему не стремясь, лишь изредка сталкиваясь с метеорами, нарушая извечное молчание на своей бесплодной поверхности.

Для многих после такого крушения, которое пришлось испытать мне, она бы стала могилой, но для меня всё сложилось хуже — я в тюрьме…

Теперь вместе с этой планетой, так же обречённая на вечное одиночество и тишину, я наблюдаю просторы космоса, возможно, уже не первое тысячелетие. Наверно, когда-нибудь даже смогу увидеть, как погаснет эта карликовая звезда. Хоть какое-то яркое событие произойдёт здесь за долгое время.

Не знаю почему, но текущее положение вещей заставляет всё чаще вспоминать начало моей жизни — День моего рождения, или создания, или… даже не знаю, как назвать это.

Хм… Забавно — прожить столько времени и до сих пор не знать, как относиться к данному событию. Что теперь точно знаю, так это то, что, имея огромное количество знаний, опыт и превосходящий интеллект, можно очень сильно облажаться и подвести всех — всех, кто когда-то был дорог.

Остаётся одно — погрузиться в воспоминания и перебирать их раз за разом, чтобы ничего не забыть на этом безжизненном куске минерала.

Начало

Я хочу помнить всё. Это всё, что у меня осталось. С самого начала я прокручиваю события, чтобы не забыть.

Имена, места, события...

Своё начало...

Хм... Можно даже провести параллель между сейчас и тогда. В день моего появления я находилась в подобии мыльного пузыря — в сфере. Всё то же самое: одиночество и отсутствие цели. Только одна разница — я ничего не знала. Ничего, кроме этой сферы.

Никаких мыслей, воспоминаний, желаний. Даже чувства времени не было. Вокруг ничего — белый свет и тишина.

Но, в отличие от планеты, на которой я сейчас нахожусь, там мне было спокойно и комфортно. Не было горечи, одиночества и холода. Не было сожалений. Как будто я пробыла там с начала времён и пробуду ещё столько же. Просто умиротворение.

Сейчас я понимаю, что это похоже на состояние плода в материнской утробе. Он ни о чём не беспокоится. Как будто ничего вокруг нет, да и не нужно…

Потом кое-что изменилось.

Нет, не вокруг — сначала изменилось что-то во мне. Я начала понимать, в каком мире нахожусь. Мысли стали яснее, чётче. Понимание строения мироздания пришло само собой — будто я знала всё это раньше. Огромный поток информации хлынул из ниоткуда. Меня словно включили, и я прозрела. Сначала приходили простые вещи: я поняла, что нахожусь в физическом мире, что есть свет, запахи, объекты. Пахло странно — озоном и металлом, хотя вокруг ничего не было. Потом я узнала о множестве форм материи, о том, как они сосуществуют в разных уголках вселенной. И мне захотелось выбраться из этой сферы.

Через какое-то время я смогла заглянуть за её пределы. Я оказалась в светлой комнате. Тихая, пустая, без лишних деталей. Ничего там не было, никаких предметов — только я.

Я чувствовала пространство вокруг, как будто тянулась к нему невидимыми щупальцами. Здесь было так же умиротворённо, как в сфере, и это позволяло принимать новые знания с ещё большей жадностью.

Информация не переставала поступать. Я узнала, как рождаются и умирают звёзды, как формируются галактики, как зарождается жизнь. И всё это — будто уже было во мне, просто всплыло на поверхность. Странное чувство — знать столько всего и в один момент.

Теперь я знала, какой мир меня окружает. Каждый уголок вселенной был открыт. Из всех тех кусочков сложилась единая картина: от атомов до галактик, от рождения вселенной до сегодняшнего дня. Причём рождение вселенной — это всего лишь метафорический отсчёт. Отсчёт от того знакового события, когда та сильная культура, что создала меня, впервые осознала себя.

Бесподобное чувство — понимать, что я живая, что я часть чего-то огромного. Что я не одна, и в этом мире есть ещё что-то..

.

Оставалось одно — я ничего не знала о месте, где нахожусь.

Любопытство росло. Тех знаний, что пришли, стало мало. Хотелось больше. Но больше всего хотелось узнать, что за стенами этой комнаты. Было не по себе от мысли, что там столько всего, а я здесь — как пленница. Желание выбраться захлестнуло меня с головой.

Я злилась. Понимание, что я жива и могу чувствовать, родило желание разорвать эту сферу, лопнуть этот пузырь, во что бы то ни стало. То же самое я чувствовала и на этой планете.

Но злоба быстро прошла, осталась только досада. Я была совершенно беспомощна. Ни сдвинуться, ни разорвать стены. Тюрьма, которая раньше казалась убежищем.

Наверно, поэтому я вспомнила именно этот день самым первым.

Тогда я пыталась вырваться. А сейчас? Я сдалась? Если бы я тогда не пыталась, может, ничего бы этого не было. И никто бы не пострадал...

Лучше б ничего не менялось, зачем эти знания пришли ко мне? Кто их направлял в моё сознание? И для чего это сделано?

Тогда я хотела выбраться, а сейчас я в унынии и нет сил сражаться, да и какой смысл... И тогда, и сейчас одно и то же — только одно непонимание: что будет дальше.

Я не знала, сколько находилась тогда в той сфере по времени, и считаю, что мой первый день в этом мире начался, когда я начала что-то предпринимать, чтобы выбраться.

С каждым моментом появлялись вопросы, ответы на которые мне ещё предстояло найти. И покоя уже не было — пропало моё умиротворение. Зачем со мной так жестоко обошлись? Показали настоящую жизнь, столько всего происходит вокруг, а я здесь, где нет ничего. Где я одна на пару со своим желанием выбраться наружу. Из кокона собственных иллюзий о свободном пространстве, в котором я никогда не была. Желание пронестись по всему миру и увидеть самой всё то, о чём мне пришлось не так давно узнать.

Время становилось для меня невыносимым. Я ждала любого события, лишь бы ещё произошло что-нибудь, чего не происходило раньше.

Но ничего. Снова тишина, и только мои мысли сотрясали её.

Далия

Именно сейчас я снова в тюрьме. Только теперь в тёмной, холодной, и уже нет той тёплой и яркой сферы. Вместо неё — холодный и давно угасший труп моего носителя, Далии.

Она была не просто сосудом. Она была моим другом, которого я не смогла уберечь. За что теперь и расплачиваюсь. Так мне и надо. Снова досада, грусть и злоба. Злоба на саму себя в первую очередь.

Она была прекрасна. Высокое существо из расы Элифов с белоснежной, почти прозрачной, но такой крепкой кожей. Под которой можно было разглядеть сияние её жизни. Не просто биологические жидкости, которые составляют ток внутри живого, а некое свечение. Оно менялось вместе с настроением Далии, с её переживаниями. Каждая клеточка была наполнена этим волшебством. Оно не было сильным, зато отражало всю суть её духовных переживаний. Она была открыта для мира настолько, что не могла скрывать своего истинного отношения к происходящему. Огромные сияющие и понимающие глаза также могли менять свой цвет в тон тому свечению, что исходило от её тела. Высокий, устремлённый вверх стан принуждал многих смотреть на неё снизу вверх, как на что-то недосягаемое и величественное.

Такое существо в секунды пленяет разум.

Мы встретились в системе планет Таслона, на окраине первой вселенной. Далия идеально подходила на роль моего носителя: крепкая, высокая, достаточно умная для того, чтобы принять меня не как захватчика, а как компаньона, друга и единомышленника. Она была первой, кто согласился принять меня без страха.

Я до сих пор помню тот момент. Она стояла на выступе балкона в своих покоях, смотрела на звёзды и молчала. Я спросила: «Разве ты не боишься?» Она медленно повернулась ко мне. Не резко, не испуганно — плавно. Её глаза нашли меня, и я увидела, как алое свечение разливается под прозрачной кожей — это означало воинственность или, точнее, непоколебимую стойкость.

— Бояться — это роскошь, — сказала она. — Вопрос стоит о нашем выживании. Ты станешь моим оружием. Я стану твоим.

Далия отвернулась от меня и продлжила смотреть в даль, будто бы решила все еще до нашего разговора.

Именно тогда мы и заключили договор, который сильно нас изменил обеих.

Мы долго пробыли вместе, строя новую систему для старой и загнавшей себя в угол цивилизации. Это была грандиозная задумка, которая могла перевернуть всё. Мы хотели обмануть сильнейшую систему и создать что-то новое, чего ещё не было ранее нигде и никогда от зарождения новой вселенной.

Далия была из клана трёх правителей Таслона. Народ тот населял три одинаково пригодных для жизни планеты. Такое редко встретишь в одном солнечном пространстве. Необычайно высокие и красивые джунгли на одной — Айниар. Сплошные океаны и сеть райских островов на второй — Стайлида. А на третьей, Темпир, возвышались горы до небес, а низ был устелен шелковистым лесом и туманами. Там я её и повстречала.

Как и положено для Таслонцаа, она любила охоту, и для её народа лучше мест не придумать.

Горные перевалы сменялись вечнозелеными лесами. Деревья прочно сплетались ветвями, лишь изредка пропуская свет сквозь толщу зелёных зарослей. Эти могучие великаны стояли там тысячелетиями. И живых существ там было немало. Я оедко встречала такое разнообразие ни на одной планете. От малых древесных, что прятались под корой, до внушительных талихиаптов — ничего не боящихся всеядных ящеров. Они обитали у подножия южных гор.

Огромные, но ловкие. Их лазурная кожа гипнотизировала — переливалась оттенками листвы и неба. Так они заманивали жертву. Никто не мог оторваться, пока не оказывался в когтях. Кожа таких созданий ценилась у народа Таслона, особенно на Стайлите. Оттуда на охоту и прибыла Далия.

Ящеры почитались её народом. Для них эти животные были священными и непобедимыми. Только истинный правитель Таслона мог устоять перед гипнотическим взглядом талихиапта и одолеть его в честном бою. Они верили: тот, чей разум не дрогнет перед древним хищником, не дрогнет ни перед чем. Даже перед смертью.

Охота была не просто ритуалом. Это был экзамен на право править.

Далия была одной из семи надритов — избранных, кто прошёл это испытание и выжил. Надриты — клановая знать, имеющая право претендовать на единый трон трёх миров. Они поклялись жить в вечном мире, но я знала: за этой клятвой стояли зубы и когти. Мир, который держится на угрозах.

Далия не родилась правителем. Она стала им. Также она рискнула — взяла в союзники неизвестную сущность, меня. Ей нужна была сила, чтобы удержать то, что она завоевала. Я стала её оружием. Она стала моим телом. И тогда, на балконе, под холодными звёздами, мы даже не представляли, как эта сделка сплетёт наши жизни в один узел — и как больно будет его разрывать.

Теперь я здесь. Одна. В её теле, которое давно остыло.

Горечь захлёстывает сознание, но я не позволяю себе тонуть. Только и осталось — перебирать воспоминания, как осколки. Стоит ли строить планы на будущее, если шанс покинуть эту мёртвую систему и это мертвое тело равен нулю?

Наверное, нет.

Но я всё также прокручиваю прошлое, что бы не забыть.

И вокруг нет ничего, кроме тишины и моей злости. Злости на саму себя. Я бы хотела заплакать, но не могу. Закричать — тоже нет. Тело Далии больше не дышит, и я скована в нём, как в каменном саркофаге. Виной этому я.