ЮМа Мара
Робот для Клеопатры

Глава 1. Энергия чувств

2106 год, Екатеринбург — новая столица России

Екатеринбург в 2106 году напоминал муравейник, покрытый стеклом и углепластиком. Когда-то Москва и Санкт-Петербург остались в статусе городов-музеев — красивых, но стратегически уязвимых. Теперь главные политические и экономические центры сместились на восток. Столицей стал Екатеринбург, а Тюмень, разросшаяся до немыслимых масштабов, получила гордое звание «северной столицы». Города-гиганты соперничали населением, небоскрёбами и количеством выработанной энергии на душу населения.

Алексей Михайлович Березин сидел в своём кабинете на сорок пятом этаже штаб-квартиры корпорации «Энергеть». Из панорамного окна открывался вид на бесконечные ленты эстакад, летающие такси и толпы людей с мерцающими браслетами на запястьях. Браслеты переливались всеми цветами радуги — от тускло-серого у тех, кто только проснулся, до ослепительно-золотого у женщин, которые только что вышли из спа-салона или парка развлечений.

Алексей подписывал документы. Вернее, браслет проецировал голографические листы, а он водил пальцем в воздухе, оставляя невидимую цифровую подпись. Работа руководителя департамента развлечений казалась со стороны сплошным праздником, но на деле — это был адский труд. За каждым «ха-ха» посетителя стояли сотни часов расчётов, тестирования роботов-аниматоров и балансировки эмоциональной кривой.

— Алексей Михайлович! — дверь приоткрылась, и в проёме показалась кудрявая голова секретарши Аллочки. — Ваша мама звонила десять раз. Я, как вы просили, сказала, что вы на совещании.

— Спасибо, Аллочка, вы как всегда на высоте, — Алексей даже не поднял головы.

Аллочка счастливо улыбнулась и исчезла. Браслет на её руке полыхнул тёплым оранжевым — искренняя радость от похвалы. Этой энергии хватило бы на десять минут работы небольшого завода.

Экран би-фона загорелся знакомым именем: «МАМА».

Алексей тяжело вздохнул. Он знал, что этот разговор состоится рано или поздно. Или рано, или очень рано.

— Добрый день, мама! — он постарался вложить в голос максимум энтузиазма.

— Добрый день, сын! — голос мамы звучал бодро, но с той сладкой ноткой, которая обычно предвещала бурю. — Я звоню тебе уже двадцатый раз, плюс звонила твоей секретарше. Что там такое произошло, что ты не можешь перезвонить своей родной матери?

— Я был на совещании, — спокойно ответил Алексей, продолжая подписывать документы. — Собирался тебе перезвонить.

— Я ходила девять месяцев беременная тобой! — голос мамы набирал обороты с хирургической точностью. — Мучилась, испытывая постоянный токсикоз! У меня ноги отекали, меня тошнило от запаха жареной картошки, а ты — неблагодарный — даже не хочешь мне перезвонить. А твои братья ещё хлеще! Один на Марсе, другой на Луне. Они мне вообще раз в месяц звонят. У всех моих подруг уже есть внуки! Тётя Зина из соседнего подъезда уже третьего нянчит! А я от вас вообще никого не дождусь...

Алексей слушал знакомую симфонию вполуха. На автомате кивал, ставил подписи и бормотал:

— Да, мама... конечно, мама... вы правы, мама...

— ...ну так всё решено, — вдруг резюмировала мама. — Завтра в семнадцать ноль-ноль жду тебя у себя.

Алексей замер с пальцем в воздухе.

— Прости, а что будет завтра в семнадцать ноль-ноль?

Молчание в трубке длилось ровно три секунды. Этого хватило, чтобы Алексей почувствовал, как температура в кабинете упала на пару градусов.

— Я тебе уже месяц говорю, — голос мамы стал ледяным, — знакомство с невестой. Она врач-нейрохирург. Приятная, умная женщина, готовая создать семью и родить детей. Нормальных, человеческих, а не этих ваших роботов.

Алексей поперхнулся воздухом и закашлялся.

— Мама, я забыл сказать... я уезжаю завтра на конференцию. По развитию эмоционального интеллекта у андроидов. Очень важное мероприятие. Давай смотрины перенесём ещё на месяц?

— Но я же уже договорилась! — в голосе мамы послышались трагические ноты. — И сваху пригласила! И предоплату внесла! Как теперь перенести — ума не приложу. Сваха, между прочим, не бедная женщина, предоплату не возвращает.

— Мама, там предоплата — триста энергоинов. Я тебе переведу.

— Дело не в деньгах, Алексей! — мама перешла на полное имя, что было плохим знаком. — Дело в принципе. Ты должен наконец остепениться. Тебе тридцать лет! Тридцать! В твоём возрасте твой отец уже...

— Мама, у меня сейчас совещание через пять минут, — соврал Алексей. — Я тебе перезвоню. Честное слово.

— Ты мне уже два года перезваниваешь, — мрачно сказала мама, но сдалась. — Ладно. Но через месяц — никаких конференций, никаких совещаний. Ясно?

— Ясно, мама. Люблю тебя, целую, пока.

Он сбросил вызов и уткнулся лбом в прохладную поверхность голографического стола.

---

В это же время, в шести километрах от офиса «Энергети», в парке исторических реконструкций «Времена и Эпохи», шла анимация под названием «Анжелика и Жоффрей».

Светлана, учительница литературы в отставке (она ушла из школы в двадцать восемь, поняв, что работать на дядю бессмысленно, когда можно просто получать удовольствие и заряжать браслет), лежала на огромной кровати под шёлковым балдахином. На ней был прозрачный пеньюар, расшитый золотыми нитями. Комната утопала в свечах, бархате и ароматах лаванды.

— Госпожа, — в дверях появилась служанка. Робот. Идеальная копия человека: каждая морщинка на лице, каждый локон волос выглядели настоящими. Только лёгкое мерцание в зрачках выдавало механическое происхождение. — Господин задерживается. Может, вам сделать массаж или подать вина?

— Подай вина, — томно протянула Светлана, даже не открывая глаз.

Служанка бесшумно скользнула к столику, налила багровую жидкость в хрустальный бокал и бережно вложила его в пальцы госпожи.

— Великолепно, — прошептала Светлана, делая глоток. Браслет на её левой руке вспыхнул ярко-золотым. Уровень энергии подскочил на семь процентов. Она чувствовала себя настоящей маркизой. Семнадцатый век, Франция, любовные интриги — всё это стоило тех энергоинов, что она заплатила за билет. А она заплатила немало: целых двести энергоинов за двухчасовое погружение.

Дверь с шумом распахнулась.

В комнату ворвался красивый статный мужчина с чёрными, как смоль, волосами. Плащ развевался за плечами, сапоги блестели, а на лице застыла маска страстного нетерпения.

— Любимая, прости! — выдохнул он, падая на одно колено. — Меня задержали дела. Интриги при дворе, эти дуэли, этот проклятый король...

— Жоффрей, — Анжелика (она же Светлана) приоткрыла один глаз. — Я подумала, что ты меня разлюбил.

— Никогда! — робот-актёр был настолько хорош, что Светлана в очередной раз восхитилась мастерством программистов. — Анжелика, я готов целовать следы ваших ног!

— Прощу, если сделаешь мне массаж, — капризно протянула она.

Мужчина (робот с индексом «Любовник-Ультра-7») мгновенно скинул плащ, камзол и рубашку, обнажив идеальный торс, и принялся нежно массировать плечи госпожи.

Браслет Светланы засиял как маленькое солнце.

---

Параллельно, в соседнем секторе парка, гремело Бородинское сражение.

Мужчина в форме гусара — высокий, плечистый, с лихими усами — сидел на коне. Конь был роботом, но он храпел, бил копытом и косил глазом так натурально, что мурашки бежали по коже.

— Эскадрон, за мной! Ура-а-а! — заорал гусар, и сотни зрителей, одетых в исторические костюмы (выдавались на входе), бросились в атаку на французские батареи.

Гром пушек, лязг сабель, крики «ура» и «vive la France» смешались в единый энергетический коктейль. Браслеты участников анимации полыхали всеми оттенками радости, азарта, восторга и даже здорового гнева. Энергии, выработанной за эти двадцать минут, хватило бы, чтобы запитать небольшой жилой квартал на неделю.

Михаил — тот самый гусар, который в реальной жизни был Михаилом, старым другом Алексея Березина — спрыгнул с коня, тяжело дыша.

— Чёрт, это было круто, — прошептал он, вытирая пот со лба. Браслет на его руке пульсировал багрово-золотым. За одну анимацию он заработал сто пятьдесят энергоинов чистыми (минус стоимость билета). Неплохо для выходного дня.

---

Час спустя все трое сидели в ресторане «Старый Тбилиси» — месте, где роботы-официанты разговаривали с грузинским акцентом и умели танцевать лезгинку по первому требованию.

Светлана, уже переодетая из пеньюара в обычное летнее платье, сияла.

— Анжелика и Жоффрей — это просто невероятная анимация! — она отпила чай из стакана в подстаканнике. — Начиная от костюмов и предметов интерьера, заканчивая роботами. Я в восхищении! Браво, Алексей!

Алексей скромно улыбнулся и поправил галстук.

— Стараемся.

— Везёт тебе, Лёха, — Михаил, уже в джинсах и футболке, но всё ещё с красными полосками от гусарских усов на лице, подмигнул другу. — Можешь каждый день развлекаться бесплатно.

— Нет-нет, только не на работе, — Алексей нахмурился, но беззлобно. — Миш, ты бы вряд ли стал развлекаться и проводить выходные дни на стройке. А здесь та же стройка, только из эмоций. Завтра-послезавтра выходные — буду играть в PS или Xbox. Никаких анимаций. Ноги моей там не будет.

— Светлана, — Алексей повернулся к подруге, — ты, как всегда, бьёшь рекорды по выработке энергии. Наша компания и лично я вручаем тебе подарочный сертификат на посещение спа-салона и массаж.

Светлана захлопала в ладоши, и браслет радостно подмигнул золотым.

— Леша, спасибо! С удовольствием воспользуюсь.

— Светка, ты уникум, — Михаил пододвинулся ближе. — Давай как-нибудь вместе посетим анимацию. Только не любовную, а что-нибудь героическое?

— Мишка, ты же войнушки любишь, — фыркнула Светлана. — А мне любовь подавай.

— Сначала в войнушку поиграем, а потом любовью займёмся, — хохотнул Михаил.

Светлана изобразила возмущение:

— Фи, как грубо. Ты, я смотрю, романтик из двадцать первого века.

Алексей рассмеялся и посмотрел на своих друзей. Хорошо, что есть хоть кто-то, с кем можно выпить чай и не думать о работе, маме, смотринах, нейрохирургинях и бесконечных отчётах.

Они проболтали ещё час. Светлана рассказывала про свои планы записаться на анимацию по «Унесённым ветром», Михаил жаловался на дороговизну билетов на космический туризм, Алексей делился последними корпоративными сплетнями.

Наконец, распрощались.

— Пока, увидимся! — Светлана махнула рукой и исчезла в дверях такси-под названием «Летающая тарелка» (модель была точь-в-точь как у НЛО, но с подогревом сидений).

Михаил уехал вторым, пообещав позвонить.

Алексей остался один. Он вызвал такси через браслет, машинально проверил уровень энергии — триста двадцать энергоинов, неплохо для рабочего дня. За окном вечерний Екатеринбург горел миллионами огней. Где-то внизу, на уровне улиц, гремела музыка, смеялись люди, роботы развозили пиццу и цветы.

Белое аэроглиссирующее такси плавно припарковалось у тротуара. Алексей подошёл к двери, открыл её...

И вдруг мир покачнулся.

Пол ушёл из-под ног. Перед глазами поплыли разноцветные круги. Браслет на запястье загорелся ярко-красным — сигнал опасности, резкий выброс адреналина, граничащий с паникой.

— Что за... — успел прошептать Алексей.

А потом сознание отключилось, как выдернутая из розетки гирлянда.

Тело мягко осело на сиденье такси, дверь автоматически закрылась, и беспилотный автомобиль плавно отъехал от тротуара, увозя бессознательного руководителя департамента развлечений корпорации «Энергеть» в неизвестном направлении.