Оксана Васильева
Алая вуаль полуночи

Глава

Глава 1. Голос храма

В Храме Полуночной Вуали не было свечей. Живой огонь пожирал кислород, необходимый для концентрации тонких материй. Свет здесь был лишним; ритуальный зал освещался лишь тусклым фосфоресцирующим мхом.

Дарина стояла неподвижно, чувствуя, как тонкая алая вуаль скользит по коже подобно холодному дыханию. В этом храме желания не дарили — их выменивали на части души. И она, «голос храма», знала точную рыночную цену каждого вздоха.

Перед ней на резном столе лежал свиток. Напротив сидел вельможа дома Арвен — рыхлый мужчина с дрожащими пальцами.

— Вы понимаете условия? — голос Дарины звучал ровно, лишенный обертонов. — Магия Астериона питается жизненной силой. Мы покупаем у вас пять лет вашей старости. Взамен ваш сын получит иммунитет к ядам до конца своих дней.

Вельможа сглотнул. Его кадык дернулся.

— Да… да, я понимаю. Но если я передумаю?

Дарина чуть наклонила голову. Её лицо скрывала ткань, но глаза оставались открытыми — пустые, светлые блюдца, отражающие чужие пороки.

— Передумать нельзя. Договор вступает в силу в момент подписания. Подписывайте.

Перо царапнуло пергамент. Воздух стал густым, тяжелым. Дарина почувствовала, как невидимая воронка открывается под ногами вельможи. Магия потянулась вверх, вытягивая обещанное время. Мужчина схватился за сердце, его кожа пошла сеткой глубоких морщин.

Когда слуги уволокли обмякшее тело, Дарина осталась одна. Храм дышал.

Дверь скрипнула.

Она не обернулась сразу. Незаконное проникновение каралось стиранием памяти, но этот человек вошел так, будто стены были ему помехой.

— Мне нужна помощь, — голос вошедшего был низким, с хрипотцой.

Дарина медленно повернулась. На пороге стоял Каэран.

— Ты знаешь, кто я? — спросил он.

— Знаю. Тот, кто приходит туда, где другие умирают. Обычно ты берешь сам. Зачем пришел просить?

Уголок его рта дрогнул.

— Сейчас мне нужно, чтобы ты помогла мне У меня метка демона страха. Она растет.

Дарина ощутила ледяную иглу под ложечкой.

— Что взамен?

— Сведения. Кто-то убивает ваших сестер. Великий Инквизитор использует артефакт — «Сердце Забвения». Я знаю, где искать лабораторию.

Дарина замерла.

— Раздевайся, — приказала она. — До пояса. И сними амулеты.

Каэран подчинился. На левом плече пульсировала черная опухоль.

— Будет больно? — спросил он.

— Боль — это налог на жизнь. Привыкай платить.

Она начала плести заклинание. Древние слова падали в тишину. Дарина опустилась на колени позади него, положив ладони в миллиметре от черной метки.

— Не сопротивляйся потоку. Если сожмешься, демон перекусит твой позвоночник.

Слова оборвались. Контакт установился.

И мир взорвался.

Для Дарины разум Каэрана оказался выжженной землей. Там была только монолитная вина: гибель отряда, одиночество хищника.

Эта волна ударила в неё, пробивая барьеры. Сквозь трещины хлынуло её собственное содержимое: тоска по небу вне стен храма и запретное желание почувствовать чьи-то пальцы на своем затылке.

Их взгляды встретились. Связь вспыхнула между ними — болезненная, оголенный нерв.

Каэран качнулся. По его щеке скатилась капля пота.

— Держись, — прошептала Дарина. — Еще немного.

Метка вспыхнула слепящим багровым светом, затем осыпалась на пол горсткой холодного праха. Каэран рухнул на колени.

— Получилось, — прохрипел он.

— Да, — кивнула Дарина. Ритуал забрал больше, чем она планировала. — Теперь рассказывай. Всё.

Он поднял на неё глаза. В них больше не было грозового холода. Только усталость.

— Договорились.

Глава 2. Вкус пепла

Запах горьких трав преследовал её до самой кельи. Передача чужой вины ощущалась как попытка удержать голыми руками раскаленную цепь.

Дарина плеснула воды в лицо. То, что мог увидеть Каэран ее пугало … Жриц учили быть зеркалами. Идеальными, гладкими, равнодушными. Сегодня зеркало пошло трещинами.

Скрип половицы заставил её схватиться за кинжал.

Каэран стоял в дверях.

— Двери храма запираются на закате, — ровно произнесла Дарина, набрасывая плотный халат.

— Я умею уговаривать замки, — хмыкнул он. — Ты поделилась кровью там, внизу. Это нарушение протокола.

Дарина сжала кулаки. Глупость.

— Без этого ты бы умер. Мне нужен информатор, а не труп.

— Дело не в метке, — он подошел вплотную. — Дело в том, как ты испугалась. Ты боялась того, что если позволишь себе желать чего-то сама, магия разорвет тебя изнутри.

Он коснулся края её вуали, провел костяшкой пальца по шее. От контакта по спине Дарины пробежал ток чистого вожделения.

— Ты боишься своих желаний, Дарина, — его голос сел до бархатного шепота. — А я боюсь своего забвения. Кажется, мы можем помочь друг другу забыть о страхах.

Его ладонь легла ей на талию. Шёлк халата показался картоном. Дарина почувствовала жар его диафрагмы. Разум кричал об отступлении, но тело предало.

Она качнулась вперед сама. Их губы встретились отчаянно, со вкусом пепла. Каэран прижал её к холодной стене.

В этот миг Дарина поняла страшную вещь: пока он целовал её, вечная сосущая пустота внутри молчала. Впервые за десять лет она была сыта.

Они отпрянули одновременно. Связь натянулась тросом.

— Это ошибка, — выдохнула Дарина.

— Самая верная за год, — ответил Каэран. — Собирайся . Нам нужно идти.

Глава 3. Уста мёртвых

Нижний город гнил заживо. Дом Ирии Третьей нашли по сладковатому запаху увядших роз. Сама жрица лежала посреди гостиной, кожа обтягивала череп.

Но ужас заключался не в теле.

Дарина коснулась лба покойницы. Пепел. Магический след полностью выжжен.

— «Сердце» уже коснулось её, — тихо сказала она. — Через неделю соседи забудут, что здесь кто-то жил.

Каэран молча осматривал комнату. Отсутствие следов борьбы, разбитая склянка сонного зелья и странная царапина на дубовом столе.

Он достал уголь. Прижался щекой к дереву.

— Гильдия картографов Старого порта. Семерка и змеиный глаз. Они мертвы официально, но продают информацию тому, кто платит золотом без вопросов.