# Болевой удар судьбы

Адрияна Белл

Судьба злодейка, и никто не знает что у нее на уме. Раскрой тайны которые были скрыты много веков, погрузись в хаос и останься собой. Сможешь? Посмотрим

## Глава 1


Тихий ветерок, этот нежный, но одновременно тревожный поцелуй осени, ласково трепал мои волосы в этот залитый солнцем день, и хоть я и испытываю к этой поре года стойкое неприятие, в этот раз он был просто чудесен, вызывая странный трепет в душе, смешанный с предчувствием чего-то неизбежного. После того, как мать ушла в иной мир, мне пришлось оставить позади не просто город, а целый мир, погрузиться в незнакомую школьную среду, стать чужой в этом новом, чужом пространстве. Впрочем, не это повергало меня в тоску, не это сковывало ледяным страхом, хотя, казалось бы, именно это должно было стать центром моих переживаний, но нет, истинная тревога таилась в другом.

Неизвестность, пугающая бездна того, что предстоит, страх горького разочарования, вот что терзало мое сердце, не давая покоя ни на минуту. Тот роковой день, та необратимая авария, перевернули мою жизнь с ног на голову, заставив распрощаться с друзьями, с которыми я делила дни и ночи с самого детства, с уголками, где каждая травинка была мне знакома, где я чувствовала себя по-настоящему дома, среди своих. Вся моя прежняя жизнь, казалось, рассыпалась в прах, оставив лишь призрачные воспоминания.

Пришло время, наконец, представиться, я – обычный подросток, так, наверное, сказала бы любая душа, не знакомая с моими внутренними терзаниями, но, увы, это далеко не так, ведь, признаться честно, я совершенно ничего не знаю о своем отце, и, быть может, эта странная, необъяснимая наследственность проявилась во мне от него, ведь моя матушка была женщиной простой, земной. Вопросы роятся в голове, словно назойливые мошки, но ответы ускользают, словно песок сквозь пальцы. Хотя, если быть до конца откровенной, это не слишком меня волнует, ведь если я родилась такой, значит, такова была чья-то высшая, непостижимая воля. И, наконец, настала моя очередь, мое описание, чтобы вы, читатель, смогли представить себе меня: семнадцатилетняя девушка, чьи фиалковые глаза, обрамленные густыми, словно крылья бабочки, ресницами, смотрят на мир, небольшой, аккуратный носик, пухлые, манящие губы, бледная, словно лунный свет, кожа, а что касается роста, то метр семьдесят два – вполне себе впечатляющий, не так ли? Волосы у меня не длинные, скорее каре, но не обычное, а с некой дерзкой асимметрией, одна сторона стрижена заметно короче другой, от природы я шатенка, но однажды, в порыве гнева, после бурной ссоры с матерью, я сбежала из дома, а вернувшись, предстала перед ней с волосами, окрашенными в глубокий, таинственный темно-фиолетовый цвет, и с пирсингом на нижней губе, придающим мне некую пикантность. Зовут меня Фиалка Вольтерген, и сегодня, как вы уже поняли, первое сентября, а я, о ужас, опаздываю в школу.

— Черт возьми! Именно сегодня! — вырвалось у меня непроизвольно.

— Юная леди, ни слова больше грубостей! — прозвучал строгий, но исполненный заботы голос моей тетушки Сары Мейт, единственной родственной души, оставшейся у меня в этом мире.

— Хорошо, тетушка, — пробормотала я, стараясь не показывать своего раздражения.

— Быстрее одевайся, и садись завтракать, ты уже безнадежно опаздываешь, — поторопила она меня, словно предчувствуя, что этот день будет полон неожиданных поворотов.

Чует мое сердце, этот учебный год обещает быть богатым на приключения, как бы я ни старалась их избежать.

Быстро приведя себя в порядок, я спустилась на кухню, где тетя Сара уже приготовила аппетитные оладьи с медом, но аппетита у меня совершенно не было, хотя, чтобы не расстраивать ее, я немного «поклевала» их, и, поблагодарив, помчалась в школу.

«Какой же странный этот город, такой тихий, такой однообразный, что становится просто противно, — пронеслось в голове. — Почему же судьба так жестока со мной? Зачем они забрали мою маму? Почему я родилась таким… монстром?»

Сойдя с накатанной тропинки, я направилась в парк, огляделась по сторонам, желая убедиться, что никто не видит моих странных, недозволенных действий. Никого. Я начала концентрироваться, ощущая, как привычная головная боль сжимает виски, но, как только она прошла, открыв глаза, я почувствовала за спиной легкое дуновение, ощутила пробуждение своих крыльев. Белоснежные, огромные, могучие, они словно сами хотели поднять меня ввысь, туда, где я могла бы обрести свободу, почувствовать ту самую, давно забытую связь с моей матерью.