Пункт о населении

Пункт о населении

Элия Ренн заметила пропажу не потому, что искала именно её.

Договор о передаче промышленного комплекса успел разрастись до размера, при котором любое изменение начинало выглядеть безобидно просто потому, что находилось среди сотен других. Юристы Кобната, представители Морвена и республиканские согласующие службы одновременно правили формулировки о мощностях, складах, орбитальных узлах, долгах, снабжении и переходном управлении. Когда Элия сравнивала две последние редакции, её внимание зацепилось за сбившуюся нумерацию, и только после этого она увидела, что из раздела о территориальных правах исчезло слово «население».

Она вернулась к предыдущей версии, затем снова открыла новую. Ошибки не было. Журнал правок объяснял изменение автоматическим согласованием терминологии: население якобы входило в более широкое понятие административной территории. Контрольные суммы сходились, подписи оставались действительными, система не отмечала ручного удаления. Для машины обе редакции были связаны корректно, но административные последствия у них получались разными.

По новой формулировке Морвен получал промышленную инфраструктуру, территорию и производственные контуры, а обязанности по жилью, медицине, снабжению и переходному управлению оставались у Кобната — структуры, которая после продажи теряла значительную часть средств, за счёт которых эти обязанности выполнялись.

За прозрачной стеной переговорного блока медленно двигались грузовые платформы. На нескольких уже стоял знак Морвена: Корация заранее привезла часть ремонтного оборудования и не собиралась терять время, если договор подпишут. В случае провала сделки технику можно было вернуть. Кобнат такой свободы себе уже не позволял. Его лицензии сокращались, задолженность росла, а снабжение приближалось к пределу, за которым производство пришлось бы останавливать не по расчёту, а по факту.

Элия поставила две редакции рядом и ещё раз проверила ссылки на приложения. Республика отправила её сюда не решать, справедлива ли продажа, а удостовериться, что стороны подписывают именно тот договор, который считают подписанным. С текущим текстом заверять сделку было рано.

* * *

За переговорным столом уже ждали администратор станции Ровен Саар, финансовый управляющий Даст Верн, несколько представителей прежнего правления и делегация Морвена.

Кайр Мелл сидел ближе к концу стола. Он представлял Корацию при передаче комплекса и почти не вмешивался в предварительные споры, зато, когда всё-таки говорил, обычно заставлял остальных перечитать собственные цифры. Искусственная левая кисть лежала рядом с терминалом; если не смотреть специально, её можно было принять за живую.

Саар спросил, готова ли Республика заверить договор. Вместо ответа Элия вывела на общий экран обе редакции.

— Пока нет.

Верн узнал место раньше, чем она успела увеличить фрагмент.

— Это техническое сведение. Население входит в административную территорию.

— Территория входит. Обязанности перед людьми — нет.

— В приложениях всё есть.

Элия открыла ссылку из текущей версии.

— Было. Эта ведёт в раздел, где такого основания уже нет.

Верн начал объяснять, что именно так и работает укрупнение юридических понятий. Кайр до этого слушал молча, но теперь подался к экрану.

— Для Морвена это две разные вещи.

Он выделил два абзаца.

— Здесь мы получаем право управлять территорией. В старой редакции ниже отдельно принимали обязательства перед жителями. Если второго больше нет, оно не появится у нас само собой.

Одна из представительниц Кобната спросила, означает ли это, что Морвен готов подписать более дешёвую версию.

— Если Республика её заверит и вы действительно хотите продать именно это — да, — ответил Кайр. — Но тогда цену надо считать заново.

Верн откинулся на спинку кресла.

— Вот именно. Придётся пересчитывать всю сделку.

В старой смете отдельно стояли расходы на жильё, медицинскую инфраструктуру, снабжение, транспорт и переходное управление. Если эти обязательства выпадали, Морвен платил меньше. Разница оставалась в закрывающем резерве Кобната, находившемся под контролем финансовой службы.

Саар некоторое время листал таблицу, затем спросил Верна, кто согласовал сведение редакций.

— Я согласовал процедуру, — ответил тот. — Не каждую замену вручную.

— Итоговый текст видел?