# В гостях у Тотоши

Дарья Смотрова

Когда в четыре утра тебя вытаскивают из дома на заброшку, а вместо друга появляется незнакомец с улыбкой идиота — это уже повод кого-нибудь убить. Особенно если он начинает говорить про кашу и мертвецов.

Примечания автора:

Посвящается моим друзьям. Безвременно ушедшим и ныне живущим.

## Глава 1

Леший опаздывал. Холод пробирался сквозь штанины и надетую поверх спортивного топика толстовку. Ника сложила руки крест-накрест и переминалась с ноги на ногу. Черный капюшон закрывал половину лица, но не спасал покрасневшие от холода уши.

– Да блин, где его носит? – раздраженно подумала Ника.

Полуразрушенная трехэтажная обувная фабрика на улице Озерной в спальном районе города зияла открытой раной посреди небольших домов и двухэтажных коттеджей. От производственного склада остался только бетонный каркас.

Мешки с мусором, остатки недоеденной пищи и пластиковые бутылки валялись на территории некогда цветущего двора, хотя контейнеры для отходов стояли дальше по улице.

Пахло сырой землей, пластиком и мокрым картоном. Совсем скоро это все начнет гнить, и запах будет совсем другим. Подходящим этому месту.

В кармане черных треников завибрировал кнопочный телефон.

– Сколько тебя еще ждать? – гневно прошептала в трубку Ника, даже не удосужившись выслушать первое «алло» с того конца.

– У меня непредвиденные обстоятельства… – также шепотом ответил Леший.

– Непред… что?! – Ника глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. – Ты вытащил меня в четыре утра в это... место, чтобы мне это сказать?!

– Спокойно, Никусь. Ты посчитай про себя до десяти, выдохни и успокойся. Я позвонил Максу, он скоро будет. Но ты там не стой, как тополь на Плющихе. Найди, что ли, кусты какие-то, если внутрь боишься заходить.

– Ты чего, литературы на лето обчитался? Какая Плющиха? Какой Макс? Какие кусты?! Листья только-только распустились! Я с незнакомым в заброшку должна лезть? С ума сошел?!

– Ой, все. Не зуди. У меня реально «обстоятельства». Он с нами был уже там… Все видел и тебе покажет.

– Если я сегодня не умру, я тебя точно когда-нибудь убью, – огрызнулась в трубку Ника и сбросила вызов.

Она и правда стояла неудачно. Небольшое Г-образное здание фабрики просматривалось со стороны автомобильной дороги. Но кому придет в голову смотреть на заброшку в четыре часа утра? Даже дворовые псы, обычно лающие от малейшего шороха на всю округу, не тявкали – будто им кто-то выкрутил звук на ноль. Затаились, церберы.

Фонари горели ярко, только один предательски моргал. Забора давно уже не было: сгнил ли он, будучи деревянным, или утащили на чермет – история умалчивала. Не было ни досок, ни железных столбиков. В пользу второй версии на облупленной кирпичной стене красовалось яркое граффити «цветмет». Иронично. За кустами и деревьями никто не следил, но спрятаться в них было нельзя.

– Ладно, что я, трусиха, что ли какая? – подумала Ника.

Она прошла через двор, где тени от деревьев колыхались в ведьмовской пляске, убедилась, что за ней никто не следит, и нырнула внутрь.

Битое стекло хрустнуло под подошвой кроссовок. Ника споткнулась, взмахнула руками, пытаясь сохранить равновесие. Телефон выскользнул из ладони и звякнул металлическим корпусом одновременно с грохотом от падения ее собственного тела. Красный экран телефона вспыхнул в полуметре от лица и погас, уступив место разноцветным флажкам пропускного пункта обувной фабрики «Тотоша». В нос ударил запах пыли, и Ника чихнула. Машинально потерла переносицу содранными пальцами и попыталась поправить съехавший на лицо капюшон. На долю секунды ей показалось, что пальцы коснулись хлопковой косынки.

– Гражданка, предъявите пропуск, – услышала Ника мужской голос.

– Простите, что? – в районе груди все сжалось, она вздрогнула, пытаясь найти источник звука.

– Ты испугалась, что ли? М-да… С такой каши не сваришь.

Ника, часто моргая, завертелась по сторонам. Чуть позади она увидела незнакомого парня.

– Меня Леший попросил с тобой встретиться. Я – Максим, приятно познакомиться, – сказал Макс и протянул ладонь Нике.

Девушка, все еще приходя в себя, недоверчиво дотронулась до руки Максима.

– Ты не только кашу не варишь, ты ее еще и мало ешь! – во все горло рассмеялся Максим.

– Тише! Сдурел?! Нас услышат из соседних домов! Вызовут милицию, и меня отец потом прибьет! – зашипела Ника, наступила на ногу парню, уже начиная раскаиваться в том, что согласилась на эту авантюру.

– Вообще-то мне больно, да и на кроссовки я сам зарабатывал. В фирменном магазине купил, между прочим. Ты сильно-то не бойся, здесь остались одни мертвецы. Кладбище трудового прошлого.

Ника натянула капюшон на лицо и фыркнула.

– П-ф-ф, нашел чем напугать! Пошли уже, напарничек!

Макс театрально отступил к лестнице, едва не упав из-за оставленной кем-то стеклянной бутылки.

– Смотри под ноги, Ника. Эту лестницу еще при Хрущеве проектировали, вместе с кукурузными полями. После т