Картина мира
Лев Биноклев

Редактор Екатерина Пальшина

Иллюстратор Марина Илиева

Иллюстратор Мария Тришина

Составитель Василий Иванов

© Лев Биноклев, 2026

© Марина Илиева, иллюстрации, 2026

© Мария Тришина, иллюстрации, 2026

© Василий Иванов, составитель, 2026

ISBN 978-5-0070-8260-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

От автора

В то время, когда Красная Огненная Лошадь по восточному календарю медленно, но верно набирала свой разбег, в моей голове рождались сюжеты рассказов, впоследствии составивших книгу «Картина мира».

Юбилейный для меня год невольно напомнил о ветхозаветном смысле круглой даты — времени прощения долгов, возвращения земель и иного заложенного имущества, освобождения людей, попавших в рабство из-за неуплаты долгов. Недаром в ежедневной молитве «Отче наш» мы просим: «И прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим».

Эта книга сложилась в моём сердце из детских воспоминаний, историй моей внучки, рассказов друзей и внимательных наблюдений за жизнью. Я не придумывал её — скорее, собирал, как собирают в ладонь спелые ягоды земляники на лесной поляне или рассыпавшиеся бусины зулусского ожерелья.

«Картина мира» — это восемь рассказов, в которых переплелись смешное и серьёзное, личное и общее, повседневность и сказка. Это попытка сохранить то, что дороже всех сокровищ мира: голоса близких людей, запахи детства, свет далёких звёзд и ощущение убунту — «я существую, потому что существуешь ты».

Л. И. Биноклев
ПЕРВОКЛАШКИ

Впереди праздничной процессии, словно на маленьких ножках, наперегонки бежали букеты цветов. Казалось, что они сами стремительно направлялись во двор школы, украшенный флагами и шарами. Следом вприпрыжку спешили первоклашки в новеньких нарядах — именно они и несли в руках букеты цветов!

Среди пестрого моря лепестков выделялись нежные розы, пушистые хризантемы и, конечно, величавые гладиолусы. Скромные ромашки и задумчивые васильки в школу не пошли, а так и остались стоять в поле. Интересно, сколько букетов подарят первому учителю, если в классе тридцать учеников, и никто из них не потерял цветы по дороге?

Все цифры тоже собрались вместе после летних каникул. Единичка, самая маленькая из них, не успела сменить короткие штанишки на длинные брюки — так сильно торопилась в школу. Сегодня ей выпала честь представлять День знаний — Самое 1 Первое сентября. Она гордо смотрела с плакатов и открыток, поздравляя всех с началом учебного года!

Цифра 1 Один — красовалась и на табличках первых классов рядом с буквами А и Б. Дети полюбили Единичку за её простоту: ведь прибавлять или вычитать цифру 1 Один легче всего. Вот только видеть Единичку в своём дневнике никто не хочет. Чтобы получить «кол», нужно очень постараться — а такое случается крайне редко.

Обычно учителя ставят двойки тем, кто плохо выучил урок и не знает правильного ответа. Но первоклашкам пока не страшны ни двойки, ни «колы»: оценки детям начнут ставить только со второго класса.

Зато на золотой медали цифра 1 Один выглядит великолепно. Каждый мечтал о такой награде! Серебряная и бронзовая медали за второе и третье место служили лишь слабым утешением тем, кто не стал Чемпионом. Всё это ужасно раздражало цифру 0 Ноль.

Оценку 0 Ноль почему-то в дневники не ставили, и на медалях её не чеканили. От обиды Нолик надулся и округлился — и стал похож на бублик. Ещё больше его огорчали слова, в которых скрывался обидный смысл: «ноль без палочки». А ведь стоит лишь поставить Нолик после Единички — и получается двузначное число 10 Десять, которое больше всех однозначных!

Тогда уж говорят: «попал в десятку», имея в виду мишень в тире. В самом центре — «яблочко», жирная точка, окружённая кольцами. Чем шире круг — тем легче в него попасть, но баллов за это дают меньше. А если промазал, то говорят: «попал в молоко», ведь бумага-то вокруг мишени — белая.

Многие дети познакомились с цифрами ещё в детском саду и даже успели с ними подружиться. В школе первоклашкам нужно быстро научиться считать в пределах десяти. Но пользоваться пальцами тому, кто уже ходит в школу, — несолидно! Тогда на помощь приходят фрукты.

У Миши было пять яблок. Он съел два яблока. Сколько осталось яблок у Миши?

У Маши было четыре красных яблока и три зеленых. Сколько всего яблок было у Маши в корзине?

Решать фруктовые задачи и приятно, и полезно для здоровья! В классах постарше начнут резать яблоки на части и проводить с ними математические действия. Интересно, что получится, если сложить четыре половинки яблока?

А пока, чтобы научиться считать, нужно взять листочек и карандаш. С цифрами легко дружить, если запомнить простые правила. Например, если складываешь два числа, то сначала берёшь большее и прибавляешь к нему меньшее. Тихонько шепчешь первое число и начинаешь отсчитывать столько единиц, сколько нужно прибавить. Чтобы себе помочь, можно использовать карандаш — нужно прикасаться им, словно волшебной палочкой, к цифре, которую прибавляешь. Единичка — один раз дотронуться, двойка — два раза, тройка — три раза. Как только прикоснулся, цифра сама прибавляется, и волшебный карандаш пишет верный ответ. Главное — держать его правильно — должным образом: тремя пальчиками.

Когда наловчишься колдовать при помощи волшебной палочки-карандаша, можно переходить к счету в уме — уже обойдемся без яблок. Но и тут есть свои секреты. Например, нужно сложить пять и четыре — а проще сложить пять плюс пять, и потом из десяти вычесть один, и получается девять. Правильный ответ!

Сначала нужно научиться считать без ошибок, а потом — быстро. Когда имеешь дело с цифрами, отвлекаться нельзя: только замечтаешься — и ошибка готова. А зачем портить себе репутацию плохими оценками? Как хорошо быть отличником и приносить домой одни пятёрки! Сегодня ты первоклассник, а завтра — первый в классе. Первый во всём: и в учёбе, и в поведении. Такое счастье даётся не каждому, но стремиться нужно всем — маленькими шажочками подниматься к вершинам знаний, которые пока что скрываются от тебя в заоблачных высях.

Шаг за шагом, класс за классом — и не заметишь, как прозвенит последний звонок. И нынешний первоклассник когда-нибудь поведёт в школу свою внучку или внука — с таким же очаровательным букетом цветов и опять в первый класс.

Ватутинки, ноябрь 2025

Пено, май 2026

Л. И. Биноклев
КУАЛЁША

Жил-был на свете маленький коалёнок — детёныш коалы. Все думали, что он родом из Австралии, где живут и другие сумчатые животные, такие как, например, кенгуру. А он был родом из волшебной Коалии!

Девочка Лиза познакомилась с коалёнком в магазине «Азбука вкуса», куда пришла с папой за покупками. Она увидела игрушку — и замерла в изумлении. Папе не потребовалось долгих объяснений: он сразу понял — это любовь с первого взгляда. Домой они шли уже втроём: папа держал за руку дочку, а та крепко прижимала к себе чудесного зверька.

Лиза считала себя очень доброй девочкой и подарила плюшевой игрушке редкое имя — Куалёша. Она придумала его сама, соединив два слова: имя Алёша и название животного. Для красоты и благозвучия в имени появилась буква «у» — как-то сама собой, без всяких правил и объяснений.

Всё это произошло, когда Лизочка ходила в детский сад, где у неё было две воспитательницы — Алла Николаевна и Марина Николаевна. Но Куалёше отчество она решила дать другое — не такое, как у любимых воспитательниц.

Сначала ей очень нравился вариант «Куалёшевич» — звучно, солидно, почти по-взрослому. Знаете, как иногда родители дают имена своим детям, особенно не утруждая себя выдумкой? Так появляются на свет Алексеи Алексеевичи, Юры Юрьевичи и Иваны Ивановичи. Всё логично, удобно и почти без путаницы.

Но Лиза пошла другим путём.

— Львович, — решила она.

И правда, достойное отчество для зверька, который немного похож на медвежонка, немного на обезьянку, и питается исключительно листьями, прячась в кронах эвкалиптовых деревьев. Коалы покорили мир своим спокойствием и невозмутимостью. Видимо, они чувствуют за собой силу настоящего «царя зверей» — Льва.

Фамилию Лиза передала ему свою, девичью.

Все данные были аккуратно вписаны Лизиной рукой в паспорт, который она носила с собой в сумочке — на случай проверки документов. Мало ли что.

Впрочем, Куалёше Львовичу не были страшны никакие полицейские облавы, включая план «Перехват». Он обладал редкой способностью сливаться с местностью, мастерски маскируясь под окружающую среду. Учёные-зоологи называют это явление мимикрией.

Куалёша был очень спокойным и послушным мальчиком. Порою настолько незаметным, что хозяйка его постоянно теряла. Так случилось и на этот раз.

Куалёшу забыли на столике ресторана прибрежной гостиницы на острове Пхукет. Он сам видел, как его любимая хозяйка Лиза поздно вечером уезжала домой вместе с родителями.

Всю ночь Куалёшка не сомкнул глаз. Ему было грустно и одиноко. И всё же в глубине души он надеялся, что хозяйка вот-вот вернётся, прибежит за ним… Но — чуда не произошло.

С утра туристы отправились на завтрак, и незнакомый мальчик первым заметил мягкую игрушку на столе. Алёша — так звали малыша — очень обрадовался находке и тут же поделился радостью с родителями.

Алёша попросил папу объяснить тёте, что он очень хочет найти хозяйку игрушки. Папа на ломаном английском с трудом передал его просьбу. Девушка на ресепшене всё поняла, тепло улыбнулась и бережно забрала куалёнка к себе за стойку. А дружная семья с чувством выполненного долга отправилась загорать на море.

Тем временем Лиза с родителями обнаружили пропажу уже в самолёте. Мама предложила Лизе поспать, и та согласилась — вместе с Куалёшей. Но, когда мама полезла в сумку за игрушкой — её там не оказалось.

Без куалёнка Лизочка спала плохо. В коротком сне она видела себя в тёмных очках рядом с Куалёшей — на лежаке у моря, под пальмами. Как обычно она шёпотом делилась с ним своими наблюдениями, словно диктовала путевые заметки.

Сразу по прилету домой папа отправил в отель по электронной почте фотографию Лизы с игрушкой.

Мама сделала этот снимок на корабле, в тот момент, когда папа погружался с аквалангом, а Лизочка с Куалёшей загорали на палубе. Пожалуй, это был самый удачный кадр за весь отдых.

Ярко-красное солнце уже наполовину окунулось в океан, на прощание озарив выступающие из воды скалы — острые, как клыки сказочного морского чудища. На фоне этой красоты Лизочка, улыбаясь, нежно прижимает к себе любимую игрушку.

Потом папа позвонил в гостиницу и спросил, не находили ли они маленькую коалу?

— Да-да, — радостно ответили на другом конце провода, — он у нас! Сидит на ресепшене и ждёт хозяйку. Мы позаботимся о нём, не волнуйтесь, пожалуйста.

Родители написали в отель письмо по электронной почте со словами сердечной благодарности и попросили отправить Куалёшу Львовича в Москву ценной посылкой, обязательно проверив, правильно ли указан адрес доставки.

Заботливые сотрудники отеля постирали игрушку перед отправкой на родину, желая сделать приятное любимым туристам. После автоматической сушки голова у Куалёши заметно увеличилась, но этого в далекой стране никто не заметил.

На почте Куалёшу аккуратно упаковали в воздушно-пузырчатую плёнку, которую так любят лопать и дети, и взрослые. Это милое занятие хорошо успокаивает нервы и даже снимает стресс.

Дорога домой была трудной: самолёт то и дело встряхивало в воздушных ямах. Лётчики называют это явление «болтанкой». Полёт напомнил Куалёше его приключение в стиральной машине — только, к счастью, без воды и мыльной пены.

Куалёша как настоящий шпион-разведчик вглядывался в происходящее вокруг сквозь пупырчатую плёнку упаковки.

В багажном отделении Куалёша встретил старого знакомого — Ленивца из волшебной Коалии, страны, где он когда-то жил. Ленивец летел устраиваться на работу в зоопарк. Он путешествовал в роскошной золочёной клетке со стразами. Увидев земляка, он неожиданно тонко и громко завизжал от восторга. Дальше встреча прошла в тёплой, почти домашней атмосфере.

В реальном мире ленивцы и коалы очень похожи друг на друга, но живут на разных континентах. А в сказочной Коалии они вместе проводят дни и ночи, неподвижно зависая на ветвях соседних деревьев или прячась в густой листве. И, что удивительно, им никогда не бывает там скучно!

Куалёша снова увидел себя висящего на ветке эвкалиптового дерева рядом с мамой. Они играли в «леапардос» — игру, придуманную ими самими. К сожалению, малыш никак не мог вспомнить правила игры: голова у него увеличилась, а вот память уменьшилась.

Конечно, со временем Куалеша научит Лизочку играть в «леопардос». Куалеша вспомнил, что в тот день шёл какой-то странный портальный дождь — как будто из иных измерений.

Вдруг всё вокруг изменилось: игра обернулась реальностью. На Куалёшу с мамой напали настоящие летающие леопарды! Пятнистые хищники приближались, и Куалёшина мама поняла, что вдвоём им не спастись. Собрав последние силы, она швырнула испуганного сына в открывшийся в стене дождя портал… Куалёныш исчез в виртуальной реальности, и портал захлопнулся перед самой мордой хищника.

Так Куалёша очутился на заводе игрушек в Китае, среди таких же, как он заколдованных зверят. Маленького коалу вместе с остальными игрушками упаковали в красивую коробку с прозрачной стенкой и отправили в магазин.

Так он и оказался в Москве в «Азбуке вкуса» — в образе одинокой плюшевой игрушки, без своей мамы.

И как же хорошо, что в тот день Лизочка с папой зашли туда за кофе для мамы!

Даже самое долгое путешествие когда-нибудь заканчивается.

Самолёт с надписью «Аэрофлот» мягко приземлился в аэропорту Шереметьево.

К счастью, почта сработала безупречно: ничего не потеряли и не повредили.

Встреча была трогательной. Лизочка осторожно разрезала скотч, сняла плёнку и крепко обняла своего потеряшку.

Куалёнок пообещал больше не пропадать.

И почти сдержал слово…

Целых три недели они были неразлучны. Лизочка внимательно следила за каждым движением своего медлительного и погружённого в себя друга. Для верности она всё время крепко прижимала его к себе.

А потом Куалёша снова потерялся — на этот раз в музее СССР…

Но это уже совсем другая история.

Москва, март 2026

Л. И. Биноклев
ЧЕМОДАН

Художник Александр Гусев

Засыпая, я лежал на спине, и вдруг мне вспомнилось, как накануне мы пили чай на кухне, и внучка Лизочка угощала меня конфетами из подарка с Кремлёвской ёлки. Новый год, чай, конфеты… — и моё сознание уже рисовало историю из моего собственного детства: воспоминания о пребывании в пионерском лагере, где я обычно проводил один месяц летних каникул.

Жизнь в пионерлагере текла согласно распорядку дня: ранний подъём, зарядка, уборка постели, туалет, линейка, завтрак. Далее — участие в трудовых и спортивных делах лагеря. В свободное время — тридцать минут перед обедом — я регулярно посещал специальную комнату для чемоданов, чтобы навестить свой потёртый фибровый кофр с металлическими углами и замками.

Выглядел он почти как пиратский сундук с сокровищами, но только в нём хранились — мои конфеты. На дне чемодана была представлена в широком ассортименте карамель всех возможных видов и названий. Первыми в ход шли: «Мечта» — карамель с цитрусовой начинкой в виде шайбочек с мелким клетчатым узором, специально изготовленным для лучшего сцепления рифленой подошвы кондитерского изделия с моим языком; «Снежок» — перламутровая слоистая карамель с деликатным вкусом. При раскусывании конфета издавала звук, отдаленно напоминавший хруст утреннего снега при сильном морозе, когда бежишь по нему в русских валенках; «Раковые шейки» — конфета с тонкими красными полосками, имеющая внешнее сходство с мясом варёного рака. Согласно легенде, российский кондитер Алексей Абрикосов, наблюдая как дети играют в «Ресторан», задумал сделать детскую конфету, похожую на популярную закуску из речных обитателей. Особняком держались ириски «Золотой ключик» и «Кис-кис» — безусловные лидеры по повреждению пломб в зубах. При близком знакомстве любой ирис был тверд как камень. Чтобы сохранить зубы, нужно было растапливать конфету во рту, превращая её в тягучую массу с легкой горчинкой жженого сахара. Отдельно хотелось бы отметить сосательные леденцы типа «Барбарис», «Дюшес» и карамель «Взлётную» вкупе с ними, причём последние бесплатно выдавали поштучно стюардессы в самолёте, чтобы у пассажиров уши не закладывало. Дополнительно приобрести фирменные леденцы «Аэрофлота» можно было в здании аэровокзала.

Шоколадные конфеты — мои любимые, но в моём чемодане почему-то их не было ни одной: они полагались мне только на Новый год — в подарке на Детской Ёлке. Я сразу же выучил их названия наизусть: «Маска», «Белочка», «Кара-кум», «Грильяж», «Трюфель» и «Мишки»: «Мишка на Севере» и «Мишка Косолапый», как на картине художника Ивана Шишкина. Мне хорошо запомнилось и название известной советской кондитерской фабрики — «Рот-Фронт», полученное предприятием в знак солидарности с немецкими коммунистами. Стараясь подсластить мою лагерную жизнь, мама снабжала меня огромным пакетом конфет попроще, рангом пониже. Интересно, что во время пребывания дома в Москве мне столько конфет не полагалось: сладкое очень вредно для зубов.

Во время отдыха в лагере у меня совершенно пропадал аппетит. Даже кофе и какао в столовой вызывали неприязнь. Здесь известные напитки варили в огромных алюминиевых кастрюлях и потом разливали в чайники из того же металла. Кисель меня тоже не радовал: он был слишком жидким и похожим на клейстер, на который в деревнях клеят обои. Мне нужен был Настоящий Кисель — чтобы ложка в нём стояла!

В нашу первую встречу с чемоданом в комнате для свиданий с ручной кладью я аккуратно сорвал с него наклейку с фамилией и номером отряда, мастерски выполненную моим папой в лучших армейских традициях: тушью, плакатным пером. Мне не хотелось привлекать лишнего внимания к заветному тайнику. Ежедневное рандеву с сокровищами проходило, как в шпионском романе. Я делал вид, что ищу свой багаж и дожидался момента, когда других пионеров не было рядом.

Наконец-то мы остаёмся с чемоданом наедине, без свидетелей! Ещё раз жуликовато осмотревшись, я маленьким ключиком открываю замочки и быстренько набиваю карманы конфетами под завязку. Прикрывая их ладонями, я с напускной беззаботностью покидаю схрон. Сеанс связи закончен — пора возвращаться в отряд.

Однажды я заметил, что в родительский день одному мальчику из нашего отряда привезли немного дорогих шоколадных конфет. Только маленький бумажный кулёк — и больше ничего. Таких конфет не было ни разу в моём новогоднем подарке. По всему было видно, что конфеты зачётные: не с ликёром, конечно, и не иностранные, но точно толковые. Пацан старательно их съел в присутствии родителей, к обоюдной радости. А мне в тот день достались только фрукты — конфеты мама уже не предлагала, а то «попа слипнется».